Чтение онлайн

— Я пойду, — сказала я, потому что мне этого хотелось.

— Черт возьми, да. — Мэгги широко улыбнулась и потерла ладони. — Это будет так весело.

Я заслуживала веселья.

— Ладно, давай сначала разберем твои вещи, а потом поедем искать тебе ковбоя для танцев. — Мэгги была искренне воодушевлена этим планом. — Я заодно закину клубнику в пекарню. Я живу прямо над ней, соберусь за пять минут.

— Меня ковбои не интересуют. Я с ними покончила.

Хантер снова рассмеялся, но мы оба его проигнорировали.

— Я тоже, — сказала Мэгги, смеясь. — Но они продолжают

появляться, а я продолжаю пить текилу. Это изматывает.

Я рассмеялась, напряжение немного отпустило, и в ту же секунду я поняла, что мне нравится эта девушка. Настолько, что я пойду с ней в The Dusty Spur, хотя это было последнее, что мне следовало бы делать.

Потому что в прошлый раз, когда я переступала порог The Dusty Spur, я была подростком и пьяной — от прикосновений Кольта и от рюмки водки, которую он уговорил одного из мужчин за соседним столиком нам купить.

Но с той ночи изменилось слишком многое.

Неоновые пивные вывески The Dusty Spur принадлежали другой жизни — той, где мои губы пахли вишневым бальзамом и им.

Хантер был прав.

Я оставила ковбойские бары в прошлом, но устала позволять таким мужчинам, как Грант со своим контролем, мой отец с вечно недовольным взглядом и даже Кольт Кэллоуэй с его нарушенными обещаниями, решать, кем мне быть.

Сегодня вечером я войду в этот бар и постараюсь не вздрогнуть, когда все обернутся. Будут шепот и вопросы, на которые мне не хочется отвечать, но впервые за долгое время мне было все равно.

Я стряхнула пыль с джинсов, расправила плечи и позволила едва заметной улыбке тронуть губы, встретившись взглядом с Мэгги.

— За ковбоев не ручаюсь, но на текилу можешь рассчитывать.

The Dusty Spur пах разлитым пивом, выдохшимся дымом и целой кучей воспоминаний, которые я предпочел бы оставить похороненными.

Это место всегда было одним и тем же, и в этой предсказуемости было что-то успокаивающее.

Я откинулся на потертый, скрипучий стул и дал пиву охладить ладонь, чувствуя, как по пальцам стекает конденсат, когда поднес кружку к губам. Алкоголь стал желанной передышкой после чертова дня на ранчо — дня, который вымотал меня сильнее, чем я готов признать. Но я был благодарен за редкий вечер, когда можно расслабиться. Даже если знал, что на рассвете пожалею об этом.

Но Маккой почти умолял меня выбраться куда-нибудь после того, как мы уехали от моих родителей. И хоть он мне не родня, по факту им был. Мы дружили с детства, и родители любили его как собственного сына. Если бы не моя неспособность отказать ему, я бы уже давно лежал в постели.

В углу надрывался музыкальный автомат, тянущий старую балладу Джорджа Стрейта о женщине, которая ушла, прихватив с собой его сердце. У конца стойки, как всегда, сидела компания стариков. Напряжение в плечах только начало отпускать, когда я заметил фигуру Хантера ростом под метр девяносто, прорезающую небольшую толпу

на затертом танцполе.

Челюсть брата была сжата в упрямой манере Кэллоуэев, доставшейся нам от отца, когда он плюхнулся на стул напротив меня с такой силой, что шаткий стол закачался. Морщины у глаз выдавали: его день на ранчо был не легче моего.

— Что с тобой не так? — спросил я, сделав еще один долгий глоток пива.

— Где тебя черти носили? — Он крутил подставку под стакан между пальцами. Картонный круг рассекал воздух с каждым щелчком запястья, движения были резкими, дергаными.

— Кто тебе в штаны залез? — Маккой подался вперед, прищурившись и бросив на моего брата выразительный взгляд. Но я не был уверен, что Хантер вообще его услышал. Он сидел напряженный, каждая мышца натянута, и для человека, которого редко что задевало, это было слишком нетипично.

— Коровы сами себя не кормят, Хантер. — Я снова медленно отпил пива, разглядывая его. — Вот где я был.

Он резко посмотрел на меня. Глаза — того же карего оттенка, что у нашего отца.

— Это я прекрасно знаю, придурок. Где твой телефон?

— Вот он. — Я вытащил его из кармана, и, черт побери, у меня было пять пропущенных от Хантера. — Не знал, что обязан отчитываться перед тобой, как перед инспектором по условно-досрочному.

Он откинулся на спинку стула, дерево жалобно скрипнуло под его весом.

— Знаешь, иногда ты бываешь редкостным мудаком.

— Поддерживаю, — подал голос Маккой, поднимая кружку и чокаясь со мной.

Он был засранцем, но Рид Маккой был нам как брат.

Именно поэтому я не обиделся, когда он рассмеялся, увидев мою хмурую физиономию.

Я внимательнее всмотрелся на Хантера: подергивание челюсти, то, как он избегал моего взгляда, когда я действительно начал смотреть. Его что-то выбило из колеи, а в этом городке на такое были способны немногие.

— Серьезно, что происходит? — Я поставил пиво на стол, стекло звякнуло о неровное дерево чуть громче, чем следовало. — У тебя вид, будто ты призрака увидел.

Он горько фыркнул, не отрывая взгляда от подставки, словно в ней был ответ на то, что его изнутри сжирало.

— Может, и видел.

— Хватит говорить загадками. — Голос вышел жестче, чем я хотел, под словами свернулась угроза. — Выкладывай.

— Я пытался тебе дозвониться, чтобы предупредить, что она сегодня будет здесь. — Он наконец поднял глаза, вглядываясь в мое лицо, и то, что он увидел, заставило его замяться. Достаточно надолго, чтобы у меня скрутило живот. — Блэр вернулась.

Два слова. Этого оказалось достаточно.

Внутри меня все замерло. Легкие подвели, сжавшись, а пальцы сомкнулись на горлышке пива так, будто я хотел разнести его в крошку.

Блэр Монро.

Чертова дюжина лет прошла с тех пор, как я видел ее в последний раз, а она все равно была врезана в мои кости так, словно никуда не уходила.

Тогда весь город шептал наши имена, будто им суждено быть вместе. Но это была другая жизнь.

Я откинулся на стуле, закинул щиколотку на колено и изо всех сил попытался не показать, насколько меня задели его слова.