Кенди
Шрифт:
– Боже, что же нам делать?
– Необходимо вытурить ее из Чикаго как можно скорей. От Нила можно ждать всего, чего хочешь. Он просто с ума по ней сходит.
– Что ты можешь предложить?
– задумалась мать.
– Есть кое-что. Давай попросим бабушку Элрой отправить ее куда-нибудь подальше. Скажем, что так захотел дедушка.
– Это, конечно, мысль, а что если дедушка узнает?
– Дело в том, что дедушка очень болен. Он ничего не узнает. Кроме того, бабушка Элрой сама ненавидит Кенди и будет счастлива сделать это для нас.
–
Нил предстал перед глазами сестры и матери, и для них его присутствие было полной неожиданностью.
– Откуда ты здесь?
– задала вопрос девушка.
– Нил, ты подслушивал нас, не так ли?
– Да, мама. Я слышал ВСЕ. Предупреждаю, у меня к ней самые серьезные намерения.
– Нил!
– Да ты соображаешь, что говоришь?
– пыталась образумить его сестра. Ты отдаешь отчет своим словам, Нил?
– Конечно, отдаю, - молодой человек был решительно настроен.
– Я люблю Кенди всем своим сердцем.
– Но Нил, - Элиза не узнавала своего брата, и его упрямство пугало ее.
– Как ты можешь? Как ты можешь любить такую ужасную девицу? Мне очень стыдно за тебя.
– Мне все равно, что ты думаешь о ней. Я принял решение и женюсь, безапелляционно заявил он, скрестив руки.
Мать тихо простонала и закатила глаза. Элиза вскочила.
– Мама, что с тобой?
* * *
По вымощенной дороге впереди двигалась тень, а за ней - грустная девушка.
– Я целый день ищу его повсюду, но так и не смогла найти.
Кенди остановилась около церквушки.
– Как похоже на Дом Пони, - улыбнулась она и зашла.
Свет проникал внутрь сквозь арочный витраж наверху. Кенди прошла к алтарю, где молилась коленопреклоненная шатенка с короткими волосами. Кенди узнала ее.
– Патти!..
– наблюдала она за девушкой, погруженной в молитву.
– У тебя дрожат плечи, Патти. Ты молишься, чтобы Стир остался жив. Я понимаю твои чувства. Я тоже не нахожу себе места после исчезновения мистера Альберта. Но ты должна еще больше волноваться о судьбе Стира.
Наконец, Патти поднялась с колен.
– Кенди?
– с тихим удивлением промолвила она.
– Патти, - Кенди тоже встала.
– Кенди, - в карих глазах появились слезы, - я боюсь. Я очень боюсь за него. Мне страшно за него.
Патти кинулась в объятия подруги.
– Не надо так бояться, Патти. Ну что с ним может случиться?
– Письмо, которое я получила от него несколько дней назад, меня очень испугало, - девушка дала подруге сложенный вчетверо лист.
– Можно прочесть?
– уточнила Кенди.
– Конечно.
– "Патти, хочу сообщить тебе печальную новость о моем друге Домми...", - писал Стир...
...
Подбитый "кукурузник" с трехцветными кругами на крыльях винтом полетел вниз. Четверо пилотов в зеленой униформе сидели на пригорке.
– Они возвращаются!
– радостно крикнул один из них, увидев самолет.
– Это же истребитель Домми!
– Стир побежал вперед. Самолет приземлялся.
–
Домми!– бежали к нему товарищи по оружию.
Рыжеволосый пилот, прижимая одну руку другой, вылез из подбитой махины.
– Стир...
– и рухнул на землю.
– Домми!
– подбежавший Стир перевернул его на спину.
– Что с тобой?
– Черт...
– молодой человек держался за рану на груди.
– Всех остальных тоже сбили. Слушай, Стир, позаботься о моей девушке...
– он вытащил снимок.
– Домми...
– Старайся избегать ранений,.. не лезь под пули...
Рука, державшая фотографию, бессильно опустилась, и лучистые синие глаза закрылись навсегда.
– Домми... Домми!..
– звал его друг, но упавшая рука уже не возьмет портрет симпатичной улыбающейся девушки.
Из глаз, скрытых за очками, показались слезы.
– Черт... Вот она... страшная реальность... Какая жестокая война... Жизнь здесь идет за бесценок...
Стир зарыдал над умершим.
– Сегодня утром он разговаривал с нами, улыбался... Был счастлив... А сейчас он мертв...
– говорил он, сложив руки Домми на грудь...
...
...Кенди, читая письмо, сама не могла удержаться от слез.
– А что если... его тоже убьют?.. Я очень боюсь его смерти...
– Патти снова заплакала на груди подруги.
– Патти... Стира не убьют... Никогда не убьют, ты не должна так думать. Обещай мне, слышишь?
– убеждала Кенди, сама в слезах.
– Стир... ты не можешь допустить, чтобы Патти была несчастна.
Ей на память пришла миниатюрная шкатулка, которую ей подарил Стир.
– Знаешь, что, Патти, я хочу подарить тебе одну вещичку, - сказала она подруге и вынула шкатулку из сумочки.
– "Счастливая шкатулка". Ее сделал Стир.
– Стир?
– улыбнулась Патти, взяв подарок.
– Да. Стир подарил ее мне.
Шкатулка заиграла.
– Он говорил, что каждый раз, слушая музыку, ты становишься счастливее.
– Какая чудесная музыка, - слезы девушки в очках высохли.
– Конечно, - улыбнулась Кенди, - я уверена, Патти, удача от тебя не отвернется.
– Спасибо, Кенди, - сказала Патти, а тихая музыка лилась по церкви навстречу искрящемуся свету.
* * *
Оглушительный залп... Другой... В зареве пожаров бегут обезумевшие от страха люди... А когда шум стихает, наступает власть мрака пожарищ на обломках мирной жизни. Разрушенные дома нарушают красоту рассвета...
Среди желтых полевых цветов стоял молодой человек в пилотской форме и держал в руках пару ромашек.
– Эй, Стир!
– другой пилот окликнул его.
– Мы получили приказ идти в бой.
– Хорошие новости, - безразлично отозвался Стир и воткнул в петлицу цветы.
Винт закрутился, и строй самолетов тронулся с мест. Стир оглянулся из кабины на товарищей. Самолеты взмывали в оранжевое небо.
* * *
Две девушки вышли из церкви. Шатенка прижала шкатулку к груди.