Кенди
Шрифт:
– Жизнь в театре, вероятно, очень нелегкая, - сказала Кенди в утешение.
– Наступит день, и я всем докажу, что я талантливей ее!
– актриса резко оперлась руками на перила балкона.
– А не пойти ли нам куда-нибудь пообедать?
– предложила она уже другим тоном, и ее губы изогнулись в улыбке.
– Я буду рассказывать, а Вы будете меня слушать, хорошо? подмигнула она, повернувшись к гостье.
* * *
– Выйти в город пообедать?
– доктор Клэйс оторвался от чтения.
– Карен так сказала?
– Да, - Кенди уже переоделась в летнее платье.
–
– обрадовался он. Вы замечательно подходите на роль подруги.
– Но доктор Клэйс, завтра я уезжаю, - Кенди опустила голову.
– Я же Вам говорила.
– Теперь, когда дело пошло на лад?
– Но мне очень надо.
– Нет, не надо, - девушка в ярком платье вошла в комнату.
– Мне бы хотелось, чтобы Вы остались. Дядюшка, ты не возражаешь?
– Кенди, а что если я отправлю телеграмму доктору Леонарду?
– Что же мне делать? Если я завтра не уеду, мне ни за что не попасть к Терри на премьеру, - думала Кенди, а внутреннее волнение не исчезало.
* * *
Закатное солнце отражалось в бассейне, и черные силуэты пальм дополняли южный пейзаж. Прекрасный вид из большого окна зала, где и сидели девушки за столиком.
– Какой красивый ресторан, - задумчиво произнесла Кенди. Карен отпила из бокала.
– Хочешь, я попробую угадать, о чем ты сейчас думаешь, Кенди? Ты думаешь о Террозе Гранчестере, - усмехнувшись, она облокотилась на руки. Кенди опустила голову.
– Нет, что...
– Не морочь мне голову. Недавно ты назвала его просто "Терри".
Кенди покраснела.
– Это случайно...
– Вы с Террозом, похоже, давно знакомы, - синий глаз прищурился.
– Да...
– И ты хочешь попасть на Бродвейскую премьеру, верно?
– Карен допила вино.
– Прости, но тебя на ней не будет.
– Почему это, интересно?
– в голосе Кенди чувствовалось возмущение.
– Я вовсе не хочу помешать тебе встретиться с Терри; наоборот, я буду только рада.
– Но тогда почему?
– Кенди едва ли притронулась к своей порции.
– Я с удовольствием лишу Сюзанну одного зрителя.
– Ну, это уж слишком.
– Ты пробудешь здесь до тех пор, пока не закончится спектакль. А уж потом ты сможешь увидеться с Террозом.
– Терри уже, наверное, прислал приглашение, оно ждет меня дома, мысленно говорила себе Кенди.
– Любым способом, но я все-таки должна попасть на Бродвей.
* * *
Тишину южной ночи нарушало лишь пение сверчков. Окно дома отворилось, и веревка из простыней опустила чемодан вниз.
– И потом, почему я должна подчиняться этой капризной девушке?
Кенди оценила обстановку и стала осторожно спускаться. Но прибежавшая некстати такса нарушила ее план побега.
– Прошу тебя, не надо лаять, - просила Кенди собаку, но, как она и боялась, в комнате зажегся свет, и Карен вышла на балкон.
– Кенди?
– увидела она неудачливую беглянку и усмехнулась: - Цирковое представление в полночь.
* * *
Оранжевая жидкость наполнила бокал.
– Тебе должно понравиться. Это вино делают из флоридских фруктов, говорила Карен, но притихшей гостье совсем не хотелось пить.
–
– Это неправда!
– Меня ты не обманешь. Я актриса, и прекрасно чувствую людей. Это входит в мою профессию.
– Тогда, пожалуйста, позвольте мне поехать на Бродвейскую премьеру!
– Мне очень жаль, но должна сказать тебе, что мысли Терроза заняты другой.
– Откуда Вы знаете?
– Просто у актеров нашей труппы есть одна примета, - спокойно разъяснила Карен, - актеры, которые играют Ромео и Джульетту, потом обязательно женятся.
– Не может быть!..
– Кенди не верила тому, что слышит.
– Вот Роберт Хэтуэй, наш руководитель, он женился на актрисе, которая играла с ним роль Джульетты. Могу назвать и другие примеры.
Кенди опустила глаза.
– Ты же знаешь, Терроз и Сюзанна сейчас все время вместе репетируют.
– Перестаньте!
– Кенди встала.
– Давай смотреть правде в глаза, - Карен прищурилась, - на этот раз мы с тобой проиграли Сюзанне, - она пригубила бокал.
– Спокойной ночи, - Кенди решительно ушла.
Оставшись в своей комнате, девушка посмотрела на звезды.
– Не верю я ни в какие приметы. Я уверена в Терри. А Терри может не сомневаться во мне. Терри...
Зеленые глаза подернулись дымкой грусти...
* * *
В нью-йоркском театре готовили сцену к репетиции.
– Надо немного поправить свет!
– командовал режиссер.
– Чуть-чуть правее. Весь свет на двоих. Пройдем всю сцену еще раз. Ромео и Джульетта на середину.
Актеры заняли свои места.
– Так, давайте повторим сцену бала.
Прожектора осветили двоих главных действующих лиц. Ромео, согласно пьесе, снял маску и обратил восхищенный взгляд и речь к танцующей девушке:
– Сияет красота ее в ночи
Как в ухе мавра жемчуг настоящий.
И я любил? Нет, отрекайся, взор.
Я красоты не видел до сих пор...
Балка, на которой держались прожектора, издала предательский треск...
Небесного цвета глаза девушки расширились в ужасе...
Перетягивающие канаты лопнули...
– Терри! Осторожно! Терри!!!..
Словно в замедленном кино, девушка со всей силы устремилась к возлюбленному, отталкивая его от того места, куда со страшным грохотом упала арматура... погребая под своей тяжестью ее саму...
– СЮЗАННА!..
– Терри и остальные бросились к ней.
– Сюзанна!.. опустившись на колени, он схватил ее на руки, тщетно пытаясь привести в сознание...
* * *
Девушка в летнем платье стояла на морском берегу, одна в ночи.
– Наверное, сейчас закончилась репетиция, и ты идешь уставший домой, Терри...
* * *
В госпитале Святого Якова Стрэтфордская труппа ожидала окончания операции. Режиссер ходил туда-сюда, другие сидели, подавленные.
– Терри!.. Осторожно! Терри-и!..
– этот крик звенел в голове молодого актера. Впечатление от произошедшего угнетало его, как никого другого.
– И откуда в этом хрупком существе столько силы?.. Столько решимости?.. Ведь она спасла меня... Сюзанна... Не умирай, Сюзанна...