Чтение онлайн

– Вы, кажется, весьма уверены в этом.

– Полностью уверена. Их армия не представляет большого интереса для нас. Мы превосходим численно их сухопутный экспедиционный корпус в Индокитая, наша армия была восстановлена немецкими преподавателями, которые предпочли жить здесь, нежели под режимом, в настоящее время правящим Германией. Но в воздухе мы слабы. Мы хотели бы заново оснастить ВВС современными американскими истребителями и бомбардировщиками, но американцы отказываются поставлять наш последний заказ. Шесть истребителей P-64 [89] и десять бомбардировщиков A-27 [90] , задержанных в Америке несмотря на то, что мы уже заплатили за них. Мы хотели бы купить больше американской техники, но вместо этого можем быть вынуждены приобрести японские самолёты. И это заставит нас вступить в союз с ними, а не с вами. Мы этого не хотим.

– Вы рассматривали британские самолеты?

– Могли бы, если б их нам предложили. "Спитфайры" и "Харрикейны" [91] мы восприняли бы как подарки богов. Но нам подсовывают устаревшие "Гладиаторы" и вовсе древние "Глостер-Петух" [92] . Они ничем не отличаются от того, что на уже есть. Сэр Джозайя, мы должны попросить помощь Индии в этом вопросе. Мы просим также походатайствовать перед американцами, убедить их, что мы всего лишь хотим управлять нашей собственной судьбой, никого не запугивая и ни над кем не доминируя. Скорее как те самые тринадцать колоний. Если Америка протянет руку дружбы нам, мы не станем искать никого иного.

– Кроме Индии, конечно.

– Разумеется, сэр Джозайя. Положение моей страны и Индии неразрывно связано. География, простая география.

Вашингтон, округ Колумбия, США. Управление снабжения, комната 208

– Итак, Филип, что у нас по анализу германской промышленности?

Филип Стёйвезант извлёк из кофра для бумаг внушительную стопку папок.

– Мы довольно неплохо начали изучение картины германской промышленной мощи. Это наш первоначальный обзор обстановки, хотя в плане мелких деталей он оставляет желать лучшего.

– Это - обзор?

Генерал Джордж Маршалл [93] был совершенно ошеломлён объёмом выложенных документов.

– На что тогда, во имя всего святого, похожи мелкие детали?

– Я могу попросить, чтобы одна из моих помощниц принесла то, что у нас есть. Она ждёт снаружи. Предупреждаю, однако, что она ввезёт всё это на тележке, данных действительно много. Никто никогда не пытался сделать это прежде. Мы пытаемся создать картину экономики целой страны, чтобы затем понять, как её разрушить. Это не просто вопрос обнаружения определённой фабрики и её бомбардировки. Мы должны понять, как взаимосвязаны различные промышленные структуры. Исходя из этого мы сможем запланировать кампанию, которая парализует немецкую военную экономику. Из этого также будет извлечены другие уроки. Мы не просто создаём цельный образ немецкой экономики военного времени. Так мы получим хорошее пособие для понимания немецких планов. Например, мы видим схему перевозок припасов, особенно топливных, сходящуюся к складам на Востоке. Всё указывает на скорое нападение Германии на Россию, хотя в нынешнем году делать это уже поздно. К тому же, их армия нуждается в подкреплениях после боёв во Франции. Но наращивание поставок происходит слишком быстро, чтобы предполагать нападение в более отдалённом будущем. Похоже, немецкого вторжения в Россию стоит ожидать в следующем году. Можно даже предположить, как они собираются провести его. Запасы накапливаются на трёх основных направлениях: на севере, в центре и на юге. Совмещение этих сведений с железнодорожной картой Советского Союза показывает, что запланированы три удара: один на севере, нацеленный на Ленинград, один в центре, нацеленный на Москву и третий на юге, нацеленный на Киев. Поскольку объёмы перевозок растут, мы смогли даже высказать предположение относительно замысла данных ударов. Это покажет нам всю их стратегию вторжения. Акцент на южное направление будет означать приоритет захвата ресурсов, северное направление предполагает промышленные и политические цели.

Но это приятное дополнение, на самом деле. Суть в том, то мы, изучая производственные мощности, сами были заинтригованы. Кажется, будто Германия относится к этой войне не очень серьёзно. Уровень мобилизации невысок. Они до сих пор производят большое количества гражданских товаров. Даже делают охотничьи ружья для гражданского рынка. Пожалуй, даже мы достигли большей мобилизации, чем они. Во всяком случае, уверенно выходим в лидеры.

– Как вы получаете всю эту информацию?
– генералу Арнольду было любопытно, - я не видел ничего подобного прежде.

– Комбинация источников, сэр. В некоторых просто сведены существующие отчёты и открытые данные. Атташе по экономическим вопросам в Берлинском посольстве и в другом месте собирали этот материал в течение многих лет, но никто ничего не сделал с ним. А у меня есть люди, теперь его обрабатывающие.

– Женщины, я полагаю.

Арнольд был немного саркастичен. Число женщин, занимающих ключевые позиции в Отделе экономической разведки, было уже замечено в вашингтонских кругах.

– Верно. В деятельности такого рода женщины выигрывают у мужчин. Они более методичны и обращают внимание на мелочи. Происходит из заботы о младенцах, как я думаю.

Стёйвезант выслушал признательный смех и продолжил.

– Мы также начали развивать разведывательные источники в финансовых и промышленных сообществах. Пока что проверяем подлинность того, что получили от них. Наши начальные исследования промышленной экономической структуры гитлеровской Германии сосредоточены на следующем: электроэнергия, включая источники топлива и системы распределения; сталь, включая источники сырья; нефтепродукты, включая синтетические процессы; авиационная промышленность,

включая глинозёмные [94] заводы и моторостроительные; а также транспорт, самые главные компоненты которого это железные дороги, каналы и дорожная сеть. Ещё мы включили в наши оценки поставки цветных металлов, производство станков, производство и распределение продуктов питания.

Одна из вещей, которую мы узнали, пришлась очень кстати. Оказывается, энергосети и система распределения электроэнергии в Германии относительно новые. Они построены на деньги, заимствованным в основном у Соединённых Штатов. Сейчас американские банки не предоставляют большие денежные суммы для капитального оборудования без тщательного изучения плана расходов. Так мы вышли на крупные международные банки, в основном в Нью-Йорке, и получили в относительную доступность чертежи и технические требования касательно немецких электростанций и систем. В ходе этого мы наткнулись просто на золотую жилу. Долго ли, коротко, но нам удалось всестороннее и целенаправленно изучить германскую электросистему, включая распределительные сети. Получилось даже подготовить целевые папки, включающие точки целеуказания и потребную бомбовую нагрузку для разрушения. То же самое мы сделали для нефтяных и синтетических топливных производств; частично через те же самые источники, частично через нефтедобывающие предприятия, и частично через людей. Нам повезло в этом, нам предоставили опыт работы Германии на румынских нефтяных полях в Плоешти и на Ближнем Востоке. Это продемонстрировало чрезвычайную важность и уязвимость немецких синтетических топливных производств и относительную важность перегонных заводов Плоешти. Таким образом, мы начали готовить целевые папки к этим местам. Ещё мы провели анализ немецкой сталелитейной промышленности и её источники сырья. Здесь нам удалось меньше, в основном из-за того, что эти поставки идут по комбинации водных и железнодорожных путей. Но мы накопали достаточно, чтобы поставить систему перевозок на первые строки списка приоритетных целей.

– Чудесный вы человек! Есть здесь хоть что-нибудь, что вы не изучили за прошедший месяц?

Стимсон был впечатлён объёмом проведённой работы.

– Я должен озвучить вот что... Политическая обстановка сейчас крайне неблагоприятна. Могу сказать, что президент рассматривает возможность победы нацистов с особым беспокойством. Три диктатора, все враждебные к Соединенным Штатам, идут к господству в важных частях мира. Они угрожают полностью опрокинуть равновесие сил и с ним мир во всем мире. Гитлер и Муссолини закончили завоевание Европы и, кажется, всерьёз рассматривают завоевание Западной России и Северной Африки. Англия была поставлена в унизительное положение. С другой стороны планеты, японские военачальники рвут Китай и выглядят достаточно уверенно, чтобы сделать то же самое с остальной частью Дальнего Востока. Между тем четвёртый диктатор, Сталин, хотя вряд ли может считаться дружественным к Америке [95] , является наиболее ценным из вероятных союзников, с которыми мы способны противостоять Гитлеру. Кажется вероятным, что он также будет разбит. Если мы не сможем найти союзников, то придётся вести эту войну в одиночку, а значит - изо всех сил [96] . Филип, сначала я сомневался, стоит ли приглашать частного промышленника на эту встречу. Должен сказать, объём работы, которую вы и ваша команда провели, вне всяких возможных сомнений говорит о вашем праве присутствовать здесь. По этой причине я уполномочил вас получить сведения столь секретные, что даже президент не знает полностью, чего мы достигли. Мы взломали большое количество дипломатических и военных шифров. В общем, эта работа получила кодовое название "Ультра". Она позволяет нам отслеживать немецкое и японское стратегическое планирование. Я хочу расширить обязанности вашего отдела, чтобы он использовал расшифрованную информацию для определения будущей немецкой стратегии. Мы расшифровываем, узнаём, что нацистское руководство хочет делать, а ваш отдел определяет, на что хватает их ресурсов. Но одно я обязан сказать прямо сейчас. Эти сведения не должны просочится. Иначе мы проиграем надвигающуюся войну.

Индия, Калькутта, правительственная резиденция

– Мы больше не можем находиться в положении выбора, пандит. Мы уже десять дней морочим голову Управлению Колоний и Доминионов, может быть, сумеем продолжать в таком же духе ещё столько же. После чего подойдём к точке невозврата, где следует принимать решение. Мы либо бросаем вызов Уайтхоллу [97] и остаёмся в войне, либо выполняем их пожелания и подчиняемся их приказам.

– Говоря как лидер Партии Конгресса, я должен пояснить, что "остаться в войне" - достаточно трудное понятие для объяснения нашим членам.

Неру говорил медленно и вдумчиво. Его встречи с рядовыми членами партии ещё не закончились.

– Даже те, кто не хочет оставаться под британским ярмом, не понимают, почему его исчезновение должно заставить нас присоединиться к войне, идущей где-то далеко и мало нас касающейся. Если же речь идёт собственно обо мне, то меня ваши аргументы убедили. Я полагаю, что новообретённые честь и безопасность нации - достаточное основание, чтобы продолжать войну. Я даже считаю, что длительный союз с другими доминионами, которые остались в войне, лучше всего послужит нам в ближайшей перспективе. Но как объяснить это так, чтобы убедить сопартийцев? Это выше моих способностей.