Геракл
Шрифт:
У меня нет времени,- озираясь по сторонам, сказал Автолик.- Слушай меня, старик!
Я внемлю, о почтенный!
– сразу же воскликнул пастух.
Да помолчи ты хоть минутку!-со злостью бросил Автолик. Торопливое бормотание пастуха мешало ему сосредоточиться. Старик молча с готовностью кивнул.
Так, пастух,- проговорил Автолик.- Ты наверняка изнемогаешь от желания узнать, что же привело меня сюда так неожиданно, да еще ночью?
Старик кивнул.
Я не буду делать из этого тайны. Старик, мне нужны твои стада!
Пастух расширил от ужаса глаза.
Побойся
Автолик вздохнул. Облик Геракла мало помогал: старик не хотел повиноваться.
«Что же, если не получается по-доброму,- подумал Автолик,- придется делать по-злому. А облик Геракла мне пригодится для того, чтобы никто не знал, что здесь замешан я...»
Старик!
– возвысил голос сын Гермеса.- Я тебя последний раз спрашиваю, отдашь мне скот Эврита или нет?
Да бери!
– в сердцах плюнул старик.- Не буду же я с тобой в самом деле, бороться. Эти сказки про наш давний поединок хороши для внуков, но мне дороже моя жизнь, а не посмертная слава!
Отлично, старик!
– возликовал Автолик.- Это хорошо, что ты меня послушался. Теперь я смогу сохранить тебе жизнь, только завяжу тебе глаза, чтобы ты не видел, в какую сторону я погоню скот!
Пастух пожевал губами и проговорил:
Было бы неплохо, о Геракл, чтобы ты еще связал меня самого. Тогда я смогу сказать царю Эвриту, что защищал его стада, но ты лишил меня возможности двигаться...
Хочешь обмануть хозяина?
– грозно спросил Автолик.- И хочешь, чтобы я участвовал в этом обмане?
А как называется то, что хочешь сделать ты?
– парировал старик.
Если хочешь, объясню,- сказал Автолик, связывая старика по рукам и ногам.- Ведь Эврит обещал мне свою дочь в жены, так?
Так!
– ответил пастух.
Но ты знаешь, что его дочка до сих пор вместе с отцом?
Да,- удивленно проговорил старик.- Только вчера имел счастье на нее любоваться. Сидит себе на террасе дворца, уплетает апельсины за обе щеки и думать не думает о замужестве!
Значит, ты можешь сделать этот вывод, Эврит обманул меня и не дал обещанной награды!
Выходит, что ты хочешь отомстить ему?
– спросил пастух.
Выходит, так!
– сказал Автолик.- Ну ладно, старик. Поговорили - и хватит. Я пошел!
Постой!
– взмолился старик.- Прошу тебя, положи меня поближе к костру - ночи сейчас стоят холодные - да подкинь еще дровишек в огонь.
Автолик исполнил обе просьбы пастуха.
Слушай,- опять заговорил старик,- не обижайся, но я вынужден буду весь наш разговор передать Эвриту.
Ладно!-сказал Автолик.- Говори! Я ведь понимаю, иначе пострадают твои внуки - те самые, которым ты рассказывал про меня!
Автолик напоследок еще раз проверил, хорошо ли лежат повязки на глазах старика и остался доволен. Юноша хотел, чтобы пастух не заметил того, что сын Гермеса вообще никуда стада гнать не собирается.
Автолик решил сделать Ириде сюрприз. «Принося в жертву скот,- думал Автолик,- его режут или сжигают. А я принесу целое стадо живого скота. То-то будет переполоху на Олимпе!
И этим я не только прославлюсь среди богов, но и сделаю большую честь Ириде!»Автолик выгнал стада овец и коров из загона и для пущей уверенности в том, что пастух ничего не заметит, прогнал его на некоторое расстояние в горы.
Когда огоньки в окнах лачуг жителей Ойхалии скрылись вдали, Автолик остановился, принял свой первоначальный облик и легонько свистнул.
Коровы, овцы и молодой человек пропали в один миг, как будто их и не было.
Эврит обвиняет Геракла
Кусок застрял в горле у Эврита, когда, сидя за утренней трапезой, он услышал громкий шум из-за плотно прикрытых дверей. Вдруг двери распахнулись и в зал почти вбежал бледный Халит.
Царь страшно не любил, когда его беспокоили во время еды, поэтому он сердито закричал:
Ну что еще такое, Халит? Что за переполох во дворце? Клянусь Зевсом, я прикажу заковать тебя в цепи и отдать на галеры!
О царь!
– вскричал распорядитель и бухнулся на колени.- Не гневайся на меня! Там внизу - старик, твой пастух. Он уверяет, что сегодня ночью Геракл украл твои стада!
У Эврита отвисла челюсть.
Что? Этот мелкий негодяй, это бывший раб решил напакостить мне?
Царь вскочил с места и в большом возбуждении зашагал по залу. «Он решил отомстить!
– подумал Эврит.- Однако, скот не иголка, он не сможет его спрятать, и, вообще, далеко со стадом он не уйдет! Клянусь небом, я разыщу мерзавца и опозорю перед всем миром!»
Халит ждал вспышки царского гнева, однако, ее не последовало.
Приведи сюда старика!-хмуро распорядился Эврит.
Халит проворно поднялся с колен и скрылся за дверью. Через мгновение он вернулся. Вместе с ним в зал вошли двое стражников, которые втащили трясущегося от страха пастуха и бросили его на пол.
Эврит смерил скорчившуюся фигурку презрительным взглядом.
Рассказывай!-коротко приказал он.
Я мирно сидел у костра, никого не трогал,- начал старик дрожащим голосом.- Как вдруг ко мне подошел Геракл...
Старик запнулся.
Ты знаешь, что тебя ждет?
– грозно спросил пастуха Эврит.
Знаю,- прошептал пастух.- Однако, о справедливый царь, дай мне докончить свой рассказ...
Продолжай,- махнул рукой Эврит.
Я ни за что бы не отдал животных,- проговорил старик,- и дрался бы с Гераклом до последнего вздоха! Но этой горе мускулов ничего не стоило одолеть меня! Он просто связал меня и отбросил в сторону!
Эврита рассердило пустое бахвальство старика.
Ты бы сражался с Гераклом? Что ты несешь, старик! Тебе просто надо было поднять шум!
Я не мог,- чуть не плача, оправдывался пастух,- уж очень неожиданно подскочил он ко мне и зажал рот! Геракл схватил меня за руки, связал их за спиной...
Ты хотя бы посмотрел, куда он погнал стада?
– зловещим тоном спросил Эврит.
Геракл завязал мне глаза!
– пожаловался пастух.-- И я потому ничего не видел!
Так,- сказал царь.- Так!
– повторил он погромче.