Чтение онлайн

– Я слышал, ты все еще встречаешься с тем преподавателем средней школы, Ричардом Зееманом.

– Да, - настороженно подтвердила я, стараясь не напрягаться. Насколько мне известно, полиция не в курсе того, что Ричард оборотень. Неужели он под подозрением? Я потерла рукой живот, чтобы был повод отвести глаза, и понадеялась, что напряжение в мое теле он примет за боль от ран. Надеяться никто не запретит.

– Я когда-то спрашивал тебя, встречаешься ли ты с людьми, а ты сказала, что нет.

Я изо всех сил старалась не выдать своих чувств телом. Ведь речь сейчас

шла не обо мне, а о Ричарде.

– Значит, ты спрашивал об этом во время одной из наших с ним размолвок. Они у нас происходят регулярно.

– Почему?

– Почему все твои вопросы касаются моей личной жизни? У нас в городе рыскает опасный вампир, которого нужно срочно поймать.

– Убить, - поправил он. Я кивнула.

– Убить. Так к чему все эти вопросы по поводу того, с кем я встречаюсь?

– Почему ты не хочешь ответить на вопрос касательно мистера Зеемана?

Мы ступили на шаткую почву. Дольф ненавидел монстров, причем всех разновидностей. Его сын был помолвлен с вампиршей, и та пыталась уговорить его присоединиться к ней в не-жизни. От этого мрачно-циничное отношение Дольфа к нечеловеческим согражданам стало просто пугающим. Знал ли он о Ричарде, или только подозревал?

– Честно говоря, Ричард был как раз тем человеком, с кем я была намерена провести остаток своей жизни, и тот факт, что мы снова движемся к разрыву, меня совсем не радует, и говорить мне об этом тяжело. Понимаешь?

Дольф оценивающе взвесил меня коповским взглядом, словно пробуя на вкус мои слова, стараясь понять, правда это или ложь.

– А что изменилось?

Я задумалась, как бы ответить на такой вопрос. В первый раз мы разошлись, когда я увидела, как Ричард кого-то съел. То был плохой парень, но все же… у девушек должны быть принципы. Во всяком случае, так я тогда думала. Будь у меня возможность вернуться в прошлое, сделала бы я другой выбор? Вполне возможно.

Дольф к этому времени уже приблизился к моей кровати.

– Анита, так что у вас изменилось?

– Я, - тихо ответила я.
– Я изменилась. Мы расстались, я начала встречаться с Жан-Клодом. Некоторое время я металась между ними двумя, пока Ричард, наконец, не озверел от того, что я никак не могу решить. И он решил за меня, за нас. Раз я не смогла сама решить, то он просто взял и отнял у меня один из вариантов решения.

– Он не хотел тобой делиться.

– Да.

– Но теперь он снова с тобой встречается.

– В некотором роде.
– Мне ужасно не нравилось направление, которое принимал наш разговор.

Очевидно, Эдуард тоже был не в восторге, поскольку он нас перебил.

– Все это, бесспорно, очень увлекательно, лейтенант, но та весьма опасная вампирша от этого никуда не девается. Она убила, или помогла убить, по меньшей мере, двух известных нам женщин: Бев Левето и Маргарет Росс.
– Я решила, что их имена он назвал для того, чтобы напомнить Дольфу о реальности проблемы.
– Вам не кажется, что нам лучше перейти к вопросу о поимке вампирши, вместо того, чтобы допрашивать маршала на предмет ее личной жизни?

Он произнес это с улыбкой на лице, исполненной дружеского

шарма. Мне никогда не бывать такой замечательной актрисой, как Эдуард, но в подобные моменты этого очень-очень хотелось.

– Почему вы не убили в гостинице обеих вампирш?
– задала я интересовавший меня вопрос. Может, если Дольфа переключить на профессиональную тематику, он оставит в покое меня. Эдуард скорчил занятную физиономию, которая должна была выражать степень его смущения. Это не его собственная реакция, конечно, но чувство, возможно, и присутствует. Эдуард невероятно редко упускал мишень. Он подошел к изголовью кровати.

Во-первых, таким образом широкая фигура Дольфа его больше от меня не загораживала, во-вторых, Дольфу при его соседстве наверняка будет сложнее изучать реакцию моего тела на его вопросы.

– Когда мы добрались до гостиницы, в комнате была только одна. Она была уже мертва, когда мы прибыли, но мы все равно отрезали ее голову и вырезали сердце, как и предполагалось. Я-то знаю, что они не всегда оказываются настолько мертвы, насколько выглядят.

– Это, наверное, была Нивия.

– Как ты узнала ее имя?
– поинтересовался Дольф.

Я открыла рот, тут же закрыла его, потом произнесла:

– От информатора.

– От кого именно, Анита?
– продолжал настаивать он.

Я покачала головой.

– Не спрашивай, и мне не придется тебе врать.

– У тебя есть информатор, многое знающий об этих убийцах, а ты не желаешь назвать его нам, чтобы мы могли устроить допрос. Ты, и только ты, способна допрашивать его.

– Это не совсем так.

– Ты хорошо знаешь свое дело, Анита, но ты не лучший коп, чем я или Зебровски.

– Я никогда и не утверждала подобного.

– Но ты держишь нас в стороне. Хранишь от нас секреты.

– Ага, точно так же, как вы их храните от меня. Я знаю, что вы больше не звоните мне по большинству вопросов. Вы мне не доверяете.

– А ты доверяешь мне?
– спросил тогда он.

– Тебе я доверяю, Дольф. Я не доверяю твоей ненависти.

– Я вовсе тебя не ненавижу, Анита.

– Нет. Но ты ненавидишь некоторых из тех, кого я люблю, и в этом проблема, Дольф.

– Я никогда не причинял вреда твоим бой-френдам.

– Нет, но ты их ненавидишь, ненавидишь просто за то, что они есть, кто они есть. Ты как расист в прежние времена, Дольф - твоя ненависть ослепляет тебя.

Дольф опустил взгляд, сделав глубокий вдох.

– Я был у штатного психотерапевта. Я пытаюсь прийти к пониманию… - он взглянул на Эдуарда; тот ответил ему невинным взглядом.

– Твоей семьи, - закончила я за него, чтобы ему не пришлось вдаваться в детали.

Дольф кивнул.

– Я рада за тебя Дольф, правда. Люсиль… - я передернула плечами. Что я могла сказать, что его жена, Люсиль, до ужаса боялась за него… и его? Он в ярости разгромил две комнаты в их доме, примерно так же, как и комнату допросов, что произошло в моем присутствии. Он очень грубо обошелся со мной на месте преступления. Дольф едва не потерял свой значок, и потерял бы, если бы его не удержали.