Фатум
Шрифт:
– Так вот, - произнес Стефан продолжая историю, прерванную появлением оруженосца: - Значит, повалил я её на постель, запустил руку под юбку, и вдруг...
– Она оказалась мужиком, - смеясь, перебил его Тинто.
– Тьфу ты. Типун тебе на язык!
– сплюнул повеса.
– Каким ещё мужиком. Я ж сказал: сиськи у неё были просто обалденные, тебе таких сисек в жизни не видать.
– Ты говори, да не заговаривайся, - обиделся Тинто.
– Я может, поболи твоего баб перещупал.
– Ладно, забей, - успокоил его Стефан.
– Короче,
– Муж?
– догадался Тинто.
– Ага, я тоже так подумал, - подтвердил Стефан.
– А муж у неё скажу тебе мужик здоровенный. Косая сажень в плечах.
– И что же дальше?
– опять засмеялся Тинто.
– Досталось тебе на орехи?
– Не, я как был без штанов, так в окно и сиганул, - ответил Стефан.
– Прям со второго этажа?
– удивился дядюшка Хавьер.
– Ага, - подтвердил Стефан.
– И бегом оттуда. Правда, далеко не убежал: за первым же углом на рыночной площади меня повязали стражники. Так я и оказался здесь, с вами, - добавил он.
– Погоди-ка, как ты говорил, её звали?
– вдруг заинтересовался Тинто Чоли.
– Анна, - ответил Рицо.
– И она жила в двухэтажном доме у рыночной площади?
– продолжал допытываться Тинто.
– Ну да, - подтвердил Стефан.
– Ах ты, сука!
– взбеленился Тинто.
– Ты ж трахал жену моего двоюродного брата!
С этими словами он подскочил и вцепился в горло опешившего повесы, явно намереваясь придушить того на месте.
– Стой! Стой! Полегче!
– закричал дядюшка Хавьер и попытался разнять сцепившуюся парочку.
Вряд ли бы ему удалось это сделать, если б не подоспели Ворис и Исая. Вместе они с трудом растащили дерущихся в разные стороны.
– Успокойся Тинто, - умолял дядюшка Хавьер.
– Ты что уже забыл, как Стефан спас твою задницу? Если б он не заколол того гада, ты б сейчас с нами не разговаривал!
Напоминание о недавнем сражении остудило воинственный пыл кузнеца. Он всё ещё глядел на Рицо исподлобья, но вроде бы отказался от попыток расправиться с ним.
– Ладно, - нехотя согласился он.
– Когда всё это закончится тогда и поговорим. Брат сам сделает из тебя отбивную!
– А когда, по-твоему, всё это закончится?
– поинтересовался Кен.
– Когда мы уйдем отсюда?
В комнате на мгновенье повисла тишина. Наверное, каждый из присутствующих думал над этим вопросом, однако до этого момента никто не решался произнести его вслух.
– Я бы хоть сейчас пошёл в город, - сообщил дядя Хавьер.
– Но побаиваюсь этой трясины. Сам не понимаю, как смог сюда добраться, - грустно улыбнулся он.
– С тобой-то всё ясно: глотка, поди, горит без спиртного, вот на всё и готов, лишь бы добраться до трактира, - раздражённо прокомментировал Ворис.
– А нам-то что делать? Если вернёмся в Генцо, наверняка вляпаемся в новые неприятности. А не вернёмся - всё наше добро достанется невесть кому!
Исая поддакнул и открыл было рот,
намереваясь добавить что-то от себя, но его опередил Стефан:– Сейчас идти в Генцо слишком опасно! Ведь эта сука Д'Аржи, похоже, совсем сбрендил!
– с жаром заявил он.
– Такого гнусного волшебства на своих людях ещё никто не применял, и хрен его знает, что он ещё задумал с нами сделать.
– А про своё добро можешь уже забыть, - криво усмехнулся Тинто.
– Герцог Лавайе наверняка окружил город. И уж поверь мне, твоих хрюшек сожрут задолго до конца этой осады.
Последнее было, несомненно, справедливо - обоим фермерам лучше было бы смириться с разорением. Однако Ворис не мог этого принять и, выслушав Тинто, не на шутку разъярился:
– И что тогда вы предлагаете?
– брызгая слюной, закричал он.
– Сидеть тут до скончания веков?
– Лично я предлагаю пойти в наёмники к Лавайе, - возразил Стефан.
– А что? Отомстим барону за обиду и денег подзаработаем. Двойная выгода!
– Хорошо тебе рассуждать, когда за душой ни кола не двора, - скривился Тинто.
– А у меня в Генцо семья осталась. Мне-то что прикажешь делать?
Хавьер и оба крестьянина согласно закивали головами, им, как и Тинто, было что терять.
– Ну, допустим, попадёте вы в город. И что дальше?
– продолжил настаивать Стефан.
– Чем вы поможете родным? Забыли что ли, какие-ребята бьются на стороне Лавайе?
– Ага, ни магия их не берёт, ни сталь!
– пробормотал дядя Хавьер.- Нечисть какая-то не иначе!
– Нет, это люди, - возразил Кен.
– Наёмники, известные под именем "когорты печали", - пояснил он.
– Как-как?
– хором переспросили остальные.
– Когорта печали, - повторил оруженосец.
– Они назвались когортой, потому что их всего три сотни, как и в любой когорте императорской армии.
– А причём тут печаль?
– удивился дядя Хавьер.
– Сам не знаю, - ответил Кен.
– Возможно, это как-то связано с их флагом.
– С тем, где плачущий череп на черном фоне?
– уточнил Стефан.
– Мы с Тинто как раз напротив знаменосца оказались. Эх, и здоровенный мужик!
– Это наверно сам хольд Асарад, их лидер, - пояснил оруженосец.
– А его флаг на самом деле амулет силы, при помощи которого он и создал тот проклятый пузырь.
– Знал бы раньше, всунул бы ему копьё под ребро!
– заявил Стефан Рицо.
– Молчал бы уж! Всунул пару раз и думаешь теперь крутой?
– усмехнулся Тинто.
– Скажи спасибо, что копьё твоё ещё не оторвали!
Стефан покраснел и метнул на кузнеца испепеляющий взгляд. Стихнувшая было ссора, грозила разразиться с новой силой, но тут в комнату вошли ещё двое бывших ополченцев и разрядили своим появлением накалившуюся обстановку.
– Обед прибыл!
– весело крикнул с порога Жан, тот самый городской стражник, давешний знакомый Кена.