Чтение онлайн

– Нина, - послышался голос Жени.
– У вашего дома есть вертушка детская, знаешь? Такая детская площадка в торце, вокруг боярышник растет?

Я подняла глаза.

– Знаю, за помойкой.

– Ага. Вот туда сможешь выйти сегодня вечером? Когда луна взойдет?

– Во сколько?

– Не знаю, как это будет, во сколько. Когда луна. Мы все там будем... Ну, нас пятеро. Ты только не бойся, Нина, ладно?

– Вы что, секта? Эзотерики какие-нибудь?
– мне стало не по себе. Не то чтобы я боюсь сектантов, оккультистов и прочего. Просто было грустно, что явление, которое не хотелось никак называть, оказывается

называется и объясняется вот так, банально.

– Не знаю, что эти слова значат, - сказал он, глядя на меня ярко-зелеными глазами в упор.

Я сидела и молчала. Получалась лажа так или иначе. Им надо от меня что-то. Для этого он готов прийти и друзей привести, удовлетворить мое любопытство. Но я не хотела, чтобы с одной стороны было "надо", а с другой "любопытство". Все вообще шло не так.

– Нет, - сказала я.
– Давай так. Я сделаю все. Что же я, зверь что ли? Если я сумею, я сделаю. Не за это. Не за откровенность, не за секреты какие-то. А потом, когда-нибудь, ты мне расскажешь. Не за это.

– А ты ведь... придешь еще?
– спросил он растерянно.
– Ты сказала, что мы не будем дружить...

– Я просто... сама не знаю, зачем сказала, - поморщилась я.
– Мне было обидно...

– Я верю тому, что люди говорят. Нина, ты все-таки приди сегодня, пожалуйста. Чтобы ты сама решила, надо или не надо это делать. Чтобы не было так, что ты не знаешь - для чего... Нина?

Он коснулся моих волос (я сидела с опущенной головой).

– Я просто не умею дружить с людьми. Я не знал, как надо... чтобы ты не испугалась. Я боялся, что испугаешься - и все.

Я медленно подняла голову.

– Я буду искать. И приду. На вертушку и сюда... Но она же живая? Зачем ей тропа? Она хочет уйти в тот лес, потому что там ее дом, в смысле - она оттуда? Я сама не знаю, что спрашивать... И еще - дай мне тех твоих яблок, я твоих друзей вечером тоже пирогом угощу.

Сергей

"Посоветуйте хорошего психиатра". Это мне впору написать в городское сообщество в Живом Журнале. Она опять пришла...Дина, предвестник несчастья. И зловещая старушонка словно нарочно вела меня на встречу с ней. Или нет? У меня уже мания преследования, паранойя?

Дина - вестник смерти. Но у меня все уже умерли, кто мог. Кто еще остался? Я сам? Она пришла за мной?

Я сидел, уперевшись локтями в стол, смотрел в экран. Девочка с гитарой, что давеча пела про навь, сегодня повесила у себя фотографии - "Дворик". Я откинулся, посмотрел издали, прищурился - ого, это же соседний наш двор... Вот стая собак, вот тополь огромный, вот белые розы в палисаднике. А вот и наш двор - да-да. На строительной будке, которую у нас недавно поставили, надпись мелом: "Стройте скорее и валите на!" Да-да, помню эту надпись, видел мельком. Я стал набивать ответ - рад был отвлечься от дум о психиатре.

"Узнаю родные места! Этот, с будкой, двор мой, а с собаками - соседний. Вы что, в наших краях живете? Тесен мир! Кстати, последняя ваша песня очень впечатлила". Я отослал комментарий и пошел полежать на диване. Мне показалось, что на подоконнике сидит, рассматривая меня круглым глазом, ворон. Я махнул рукой - "кыш" - и птица взмыла куда-то ввысь, может быть, на верхушку американского клена.

Я упал на диван и натянул зеленый плед. Уткнулся в подушку из ИКЕА без наволочки. Постарался забыться.

Нина

Луна

взошла - и огромным шаром висела на горизонте. На вертушке сидели: Женя, девушка в вытянутой зеленой футболке и камуфляжных штанах с сигаретой, бомж из нашего подвала, которого, как Женя говорил, зовут Репей, и еще какой-то невнятной наружности мужичок в серой джинсовой куртке и с серыми же волосами. Я вытащила пирог из пакета и села на одно из сидений, которое мне галантно предложил Репей. Дожила... Знали бы дамы из нашего отдела, с кем я ем пироги - сказали бы, совсем Нинка двинулась крышей с горя и одиночества.

Девушка предложила мне сигарету - тонкий "Кисс" или "Гламур" - дешевое дамское курево.

– Накопила на них, - подмигнула она мне.
– Ты мне днем дала денежку, а я и кошечкам отложила, и вот на сигареты.

– Я днем вас не встречала, - сказала я. Потом перевела взгляд на камуфляжные штаны.
– Разве что бабушку вашу... У вас это семейная форма одежды?

Хлопая крыльями, на плечо девушки взмыл ворон, я отшатнулась, ойкнула.

– Ручной?
– изобразила вежливость, когда опомнилась.

– Совершенно дикий, - мотнула головой девчонка.
– Меня зовут Рябина.

– Нина, - ответила я.

– Нина, мы...
– начал Женя.
– Вообще говорить нельзя. Но ты проводник. Значит - не то что одна из нас, а даже больше, чем одна из нас. Ты умеешь открывать двери, видеть тропы в другие места. Это я уже тебе говорил. Мы не люди. Мы - соседи. Мы живем в дворах.

– Духи? Духи дворов?
– я обвела взглядом компанию.

– Не совсем. Мы не духи, то есть мы не бездомные, у нас есть тело, видишь, мы - едим, пьем...

– Курим, - подала голос Рябина.

Женя укоризненно на нее посмотрел.

– Ну дай мне объяснить, а? Мы и есть Дворы. И при этом мы - умеем, например, быть невидимыми или менять облик. Как Рябина - когда она как старушка.

– А какая она на самом деле? Старушка или как сейчас? Хотя... я и сама вижу, - в облике бомжовой девчонки проглянул иной - зеленоглазая девушка с пестрыми волосами, в рябиновом венке.
– А ты, Женя? Подросток с зелеными глазами? А вы...
– я посмотрела на серого невзрачного мужичонку. Мне показалось, что это парень с длинными белыми волосами, забранными в хвост, в волчьей куртке мехом наружу. "Волк-оборотень", - подумала я, вспомнив читанные мной книжки фэнтези.
– Тут тоже все ясно, - перевела глаза на Репья, и увидела юношу с копной серых волос - и правда как ключки репья.- И тут ясно. Пионер попал в сказку. В смысле пионерка. В смысле я.

Рябина протянула мне зажженную зажигалку.

– А где же вы живете зимой? В подвале?
– спросила я, прикуривая.

– Кто как, - неопределенно сказал Женя.
– Кто где. Но, в общем, перезиму... перезимо-вы-ва-ем.

– Такие дела, - добавила Рябина.

– В прошлом году драка была в нашем дворе, - подал голос Репей.
– Это я вот... моя вина. Серое прорвалось...

– Че ты, Репей, - сочувственно сказала Рябина.
– Я хоть и ворчу иногда, что у тебя бардак будто бы во дворе, а ведь нет же - ты такой здоровый двор один держишь, на квартал вытянулся. И хорошо тут у тебя, не зря я к тебе в гости хожу всегда. Одна драка в год - это ты хорошо держишься. Правда.