Дом боли
Шрифт:
– Называй, как хочешь. По мне, так защитная реакция.
– На что?
Я наклонилась к нему, отобрала сигариллу и принялась сама втягивать сладкий дым.
– Ты только что со своей мертвячьей эмпатией, по сути, трахнул меня в мозг. Недостаточная причина?
Он снова рассмеялся звонко, как хрустальный колокольчик.
– Какая лексика! Ужинать будешь?
– Конечно! В мои планы входит окончательно напиться и выкинуть что-нибудь особенно безобразное.
Он сокрушенно покачал головой.
– Прости, ненаглядная, но у нас планы на вечер.
– Хочешь, чтобы я еще за тобой понаблюдала?
– Именно.
– Не-е-е-ет.
– Убивать не придется, - покачал он головой, - но тебе будет интересно, поверь. Ладно, теперь одеваться и ужинать.
13. Трудности перевода
Атмосфера за столом была... неоднозначная. Жанетт, вернувшая честно мне артефакт, выглядела лет на двадцать, но с трудом сдерживалась при одном взгляде не Линда. Ярость эмпатически так и шла от нее волнами. Я, в качестве эксперимента, попробовала уловить ее и так же сконцентрировать. Получилось. Любопытно, значит, можно использовать и чужие эмоции для подобного... Линд, в свою очередь, не сводил с женщины глаз, явно прикидывая, не повторить ли все еще раз. Одетта держалась королевой и поглядывала на остальных с затаенным превосходством. Леви пытался стать тенью, а Кассэл был бледный и еще более нервный, чем обычно. Почти готовые пациенты скорбного дома, одним словом. Когда вошел Скримджой, на сей раз в темно-зеленой шелковой рубашке и все тех же кожаных брюках, маги попробовали втянуться в спинки кресел, Жанетт глянула с вызовом, а Одетта изобразила сладкую улыбочку. Она начинала меня слегка бесить. И только головорез продолжал плавать в собственных мыслях, не выныривая на поверхность. Почти никто не говорил, и только дроу, находящийся в приподнятом настроении, весь вечер рассказывал какие-то истории, которые могли бы показаться забавными человеку с очень черным чувством юмора. Впрочем, ему не удалось испортить мне аппетит.
После ужина я пошла к себе - лечь спать пораньше, но меня остановила оранжевая волна гнева возле одной из дверей. Будь я трезва - плюнула бы, да прошла мимо, но теперь меня разобрало любопытство. Да к тому же был повод еще попрактиковаться с вуалью, так что я завернулась в тень и скользнула в приоткрытую дверь.
Женщины ругались.
В Дайсаре я часто была свидетелям женских стычек, вот только они обычно заключались в обмене хорошо завуалированными оскорблениями. Жанетт и Одетта же слов особо не выбирали.
– Он - мой, - прищурившись, шипела умненькая девушка с глазами лани, - плевать, насколько ты там помолодела из-за этой жемчужины, но ему нужна - я.
– Пф-ф! С чего ты взяла?
– фыркнула блондинка, и ее сверкающие от гнева голубые глаза на миг напомнили мне Кейна виконта Дэрэта.
– Думаешь, малолетние дурочки в его вкусе?
– Уж точно не потасканные шлюхи, на которых пробы негде ставить!
– Что ты сказала?
– нехорошо прищурилась старшая из дебоширок.
– Что после Линда он на тебя уже и не посмотрит!
Звонкий звук пощечины нарушил наступившую на миг звенящую тишину. Одетта прижала ладонь к лицу, кровь бросилась ей в голову, а гнев перешел в чистую и незамутненную ненависть.
– Он выбрал меня! И я сегодня же попрошу его вышвырнуть тебя отсюда!
Жанетт резко и зло расхохоталась.
– Тебя?! Спятила что ли?
– потом она моргнула и ухмыльнулась еще шире.
– Ты что переспала с ним?
Одетта вздернула тоненький носик, ничего не отвечая.
– Тогда, маленькая
шлюшка, ты точно не по адресу. Иди-ка ты к эльфийке со своими воплями. Берса она уже убила, может, и тебя прирежет. А Скримджой только посмеется, поверь мне.– Ты...
– Он вытащил ее из подземелья, - с издевкой продолжила блондинка, - делает подарки, носит на руках, а сегодня утром она проснулась в его постели. Так что если ты все сказала, пошла вон из моей комнаты!
– Да чтоб ты провалилась!
Взметнулись желтые юбки, и мы с Жанетт остались одни. Та пожала плечами, опустилась на стул перед красивым трюмо, заполненным косметикой, и уставилась на свое отражение.
– Он нас всех убьет, - равнодушно проговорила женщина, - наверняка. Но куда мне идти-то?
В ее пальцах появилась сигарилла, и комната наполнилась сладким дымом.
– Мы все на ужине у чудовища.
Она вздохнула и принялась распускать волосы, больше делать тут было нечего. Но я не успела выйти, дверь скрипнула, и в комнату вошел Линд. Лицо женщины, увидевшей его в отражении зеркала, исказилось почти животным бешенством.
– Ну что?
– хрипло проговорил удав.
– На чем мы там остановились?
Борьба была яростной и короткой. Выбитый из руки кинжал со звоном упал на пол. Хлесткий звук пощечины и рычание мужчины. Сдавленный вскрик женщины от боли в заломленной за спину руке.
Вы бы не вмешались что ли?
Я забрала все чувства Жанетт, сжала их в искру и со всей силы ударила Линда, но на этот раз перестаралась. Подскочил пульс, безумно заплясало в груди сердце, а из носа потекла струйка крови. Мужчина охнул, согнулся и, матерясь, схватился за висок. Женщина, не церемонясь, со всех сил ударила его коленом, заставив его заорать в голос, а потом треснула блюдом, попав, правда, по плечу. Я выбралась из ее комнаты, пока она выталкивала незваного гостя, и сползла по стенке, как только оказалась в коридоре. Н-да. Учиться еще и учиться.
Удав скрючился у стены напротив, и нам обоим было хреново. Только он ругался вслух, а я - про себя.
Спать. Пить вино, пытаться расслабиться и уснуть, а то от напряжения лопнет какой-нибудь сосуд в голове, и все, привет, пишите письма и оставляйте в часовне.
Я сдержала данное себе слово: по стеночке добралась до своей комнат и попыталась напиться, теперь меня от моей цели отделяла только финишная прямая.
Но кто б меня в покое оставил?
Одетта тихо постучалась и проскользнула в дверь.
– Не спишь?
– мы все тут как-то постепенно перешли на ты.
Я молча показала ей почти пустую бутылку.
– Можно с тобой поговорить?
– Можно, - любопытно, а с Жанетт она такой вежливой не была.
Девушка присела в кресло, принявшись машинально теребить выбившийся из прически каштановый локон.
– Странный был день, да?
– Пф-ф!
– Игра эта еще... Знаешь, я зашла потом к Скримджою, промыла раны и наложила повязку на плечо.
– Зачем?
– Как это - зачем?
– Ну, он же тебе - вообще никто, и то еще чудовище, чего ты так стараешься?
– Мне кажется, - в голосе зазвенел оттенок превосходства, - что мы нашли общий язык. Он даже предложил мне остаться в замке.
Короткий, выжидательный взгляд в мою сторону из-под длинных густых ресниц - как отреагирую. А никак.
– А ты надолго хочешь здесь задержаться?
– осторожно поинтересовалась гостья, не решив, как интерпретировать такую вызывающую индифферентность по поводу столь животрепещущего вопроса.