Дом боли
Шрифт:
– Что тебе из него надо?
– удивилась моя собеседница, чуть прищурившись.
– Там должна быть одна рубиновая серьга, талисман. Орен отобрал все мои вещи, и мне очень нужно ее вернуть.
– Зачем?
– Хочу связаться со своими, - честно призналась я, - и попросить помощи.
– Как выглядит украшение?
– Серьга, рубиновая бусина на золотой застежке, маленькая.
Она чуть подумала.
– Хорошо. Ночью, я схожу и принесу ее тебе, идет? У меня есть копия ключа от сейфа.
– Спасибо.
– И Крис...
Я
– Что?
– Если он тебе нравится, переспи с ним. Всем станет проще.
– Он мне не нравится, - покачала я головой, - это просто его мертвячий гламоур.
– А есть разница?
Что ж теперь стоило быть последовательной и навестить магов, говоря откровенно, именно им досталось сильнее всего за обедом. Может, Скримджою было с ними не интересно, а может, он вообще планировал избавиться от Кассэла после боев, раз уж цветок готов, а больше ему ничего от мэтра не нужно.
За закрытыми дверями царила атмосфера уныния с легкими нотками истерики. Опущенные портьеры, масса каких-то сладко пахнущих баночек с мазями на столике, большая чашка ароматного глинтвейна, полумрак - все намекало на то, что это обиталище тяжело раненного человека. Кассэл лежал на животе на своей кровати, укрытый до шеи легким покрывалом из синего шелка, а Леви, бледный до синевы, снова хлопотал над учителем. Штанина на ноге парня топорщилась, скрывая повязку, и он
– Графиня...
– Зови меня по имени, - отмахнулась я, - Крис. Как вы тут, живы?
Старший маг повернул голову в мою сторону.
– Где в итоге жемчужина?
– Это все, что тебя интересует?
– фыркнула я.
– Спина как?
– Сойдет, - поморщился маг, - расскажи, чем кончилось дело?
– Сейчас жемчужина у Жанетт, - нейтрально ответила я, - ей нужна немного целебной магии.
– Что случилось?
– ахнул Леви.
– Это дроу?
– Не встревай в разговор, - проворчал его учитель.
– Скримджой на сей раз почти не при чем, - покачала я головой, - это Линд.
– Не выдержал таки...
– В смысле?
– Жанетт долго водила его за нос. Строила глазки. Но пока Берс был жив, Линд держал себя в руках. Ничего удивительного, в общем.
– Ну, разумеется, - поджала я брезгливо губы, - изнасиловать женщину, чего тут удивительного. Все нормально.
– О!
– Кассэл, наконец, сел на кровати.
– Если честно, эта высокомерная стерва приложила много усилий, чтоб все кончилось именно так. Определенно, все для этого сделала.
Ясно. С ним говорить мне было не о чем.
– Я провожу, - подхватился Леви, видя, что я встаю.
Мы покинули спальню старшего мага, и он остановил меня у двери.
– Вы сами-то как?
– Ты.
– Простите?
– Давай на "ты", мы все тут товарищи по несчастью. Я - ничего. Сойдет. А вот тебе надо выпить чего-нибудь и поспать.
– Наверное...
– Слушай, как ты вообще связался с этой компанией? Работорговцы все-таки...
Он
опустил голову.– Я не знал. А потом, что я могу? Тут же мой учитель...
Что ж, вполне понятная жизненная позиция: голова в песке. Ничего. Бывает и такое.
Я попрощалась с парнем и пошла обратно в комнату Скримджоя. Жанетт права: нужно сказать ему, что мне плевать, что он делает с остальными, и больше я в его игры не играю принципиально.
Темный эльф сидел на подоконнике и что-то читал. Белоснежная шелковая рубаха на его спине расцветала красными пятнами, напоминая о моем срыве.
– Ну, ненаглядная, - полюбопытствовал он, спрыгивая с подоконника в комнату, - всех навестила, все живы?
Я уселась в кресло, закинув ногу на ногу.
– Только Жанетт, выполнила свою часть сделки. Я, знаешь ли, держу слово.
Он иронически поднял бровь.
– Да что ты? И тебе все равно, что будет с остальными?
Я улыбнулась ему во все свои двадцать восемь зубов.
– Наплевать. Хватит. Я больше и пальцем не шевельну, перебей хоть сотню человек. Я просто буду ждать, когда меня хватятся и за мной приедут. Неделя, две, месяц... Моя задача - продержаться и сохранить, по возможности, здоровье и разум.
Он усмехнулся, обходя кресло по кругу, остановился за моей спиной.
– И что же произошло за те два часа, что тебя не было?
– Подумала над тем, что ты мне сказал, - лаконично ответила я, не оборачиваясь к нему.
– И до чего ты додумалась?
– Ты прав. А я просто хочу выжить и сохранить рассудок по возможности, - пожала я плечами, - вот и все.
Узкие ладони легли мне на плечи, сдвинув ткань в стороны, и горячие пальцы принялись разминать мышцы.
– Мне нравится, как ты приспосабливаешься, - промурлыкал Скримджой,- только вот, лгать тебе еще нужно научиться.
– С чего ты взял, что я лгу?
– А с того, что ты даже сейчас жалеешь других. И вообще, не пререкайся с тем, кто способен влезть в твою голову.
– Жалею, - кивнула я, не желая спорить, - Но тут уже речь идет ни о жалости, а о выживании.
– Докажи, - усмехнулся он, а его дыхание щекотало мой затылок.
– Не собираюсь ничего тебе доказывать.
Он тихо рассмеялся, продолжая разминать мои плечи.
– Я многому тебя научу. Начнем с эмпатии. Почему ты ее полностью блокируешь? Оставляй как бы открытую форточку. Тогда всегда будешь ощущать, что происходит вокруг. Давай. Попробуй.
Я попробовала, и результат не заставил себя долго ждать.
– За дверью кто-то есть, да?
– Ага, - он обошел кресло и опустился коленями на пушистый ковер передо мной.
Солнце заходило с противоположной стороны замка, в лиловых сумерках его глаза сверкали, как янтарные волшебные фонари. Мертвячий дроу снова придавил гламоуром, и я только выругалась, чувствуя, как пересыхает во рту.
– Сыграем в одну игру?
– мягко проговорил темный.
От этого слова - игра - у меня уже начинался нервный тик.