Чтение онлайн

– Гэррети?
– это был Макфрис, череп, покрытый волосами. Его глаза лихорадочно мерцали.
– Доброе утро. Еще один день.

– Да. Много выбыло ночью.

– Шестеро после Барковича, - Макфрис достал из пояса тюбик с ветчиной и начал выдавливать ее в рот трясущимися пальцами.
– В том числе Пирсон.
– Да?

– Нас осталось мало, Гэррети. Всего двадцать шесть.

– Не так уж мало.

– Нас мало. Мушкетеров. Ты, я, Бейкер, Абрахам, Колли Паркер и Стеббинс, если ты его считаешь. Почему бы не посчитать Стеббинса? Итак, шестеро мушкетеров и двадцать оруженосцев.
– Ты еще думаешь, что я выиграю?

–

Почему это весной тут такой туман?

– Слышишь?

– Нет, не думаю. Выиграет Стеббинс. Он несокрушим, как алмаз.

Говорят, в Вегасе на него ставят девять к одному - с тех пор, как выбыл Скрамм. Он ведь почти не изменился с начала пути.

Гэррети кивнул. Он достал тюбик с мясной пастой и начал есть, пока не появился долго хранимый сырой гамбургер Макфриса.

– А тебе не кажется странным?
– спросил Макфрис, рыгнув.
– Снова появиться дома после всего этого?

Гэррети снова почувствовал воодушевление.

– Нет, - сказал он.
– Мне это кажется совершенно естественным.

Они спускались с длинного холма, и Макфрис вгляделся в белое облако внизу.

– Черт, там туман еще гуще!

– Это уже не туман. Это дождь.

Дождь падал медленно, явно не собираясь прекращаться.

– А где Бейкер?

– Где-то сзади, - сказал Макфрис.

Гэррети, не говоря ни слова - слова теперь были роскошью, - отстал. В тумане он не нашел Бейкера и вновь оказался рядом со Стеббинсом. Макфрис назвал его алмазом, но и в этом алмазе появились маленькие трещинки. Сейчас они шли вдоль полноводного течения реки Андроскоггин. На другом берегу возвышались в тумане постройки Портервиллской текстильной фабрики, похожие на башни средневекового замка.

Стеббинс не поднял глаз, но Гэррети знал, что он заметил его присутствие. Оставалось ждать, когда он пожелает вступить в разговор.

Дорога изогнулась, и они перешли реку по мосту. Внизу бурлила вода, одетая хлопьями желтой пены.

– Ну?

– Побереги дыхание, - сказал Гэррети.
– Тебе оно еще пригодится.

Они прошли мост, и толпа опять сомкнулась вокруг них. Река осталась слева, а справа возвышался почти отвесный холм. Зрители забирались на деревья, на кусты, друг на друга и хором выкрикивали имя Гэррети. Он вдруг увидел девушку из Брикьярд-Хилл по имени Кэролайн. Она уже была замужем, имела ребенка. Она могла бы в свое время дать ему, но он был мал и глуп. Впереди Паркер еле слышно выругался. Они опять взбирались на холм, но это был последний холм перед Фрипортом. Все как-то сгрудились на вершине (у Кэролайн была отличная грудь, и она всегда носила облегающие свитера), потом начали спускаться.

– Ну?
– повторил Стеббинс, отдышавшись. Выстрелы. Упал парень по имени Чарли Филд.

– Ничего, - сказал Гэррети.
– Я просто искал Бейкера, а набрел на тебя. Макфрис думает, что ты выиграешь.

– Твой Макфрис - идиот, - сказал Стеббинс.
– Ты правда думаешь, что разглядишь свою девушку в такой толпе?

– Она будет впереди. У нее есть пропуск.

– Полицейские слишком заняты, чтобы следить, у кого есть пропуск, а у кого нет.

– Это неправда, - Гэррети сердился, потому что Стеббинс вторил его собственным опасениям.
– Зачем ты так говоришь?

– Ты действительно хочешь видеть свою мать?

– Что?

– Ты не хотел в детстве жениться на ней, когда вырастешь? Многие дети хотят этого.

– Ты что, спятил?

– Почему ты думал, что можешь выиграть,

Гэррети? У тебя второсортный интеллект, второсортная физическая подготовка и наверняка второсортное либидо. Я уверен, что ты не спал со своей девушкой.

– Заткни свой поганый рот!

– Так ты девственник? Может, ты тяготеешь к мужчинам? Не бойся ты говоришь с Папой Стеббинсом.

– Я переживу тебя, даже если придется идти до Вирджинии!
– крикнул Гэррети в гневе. Он не помнил, чтобы так злился на кого-нибудь за свою жизнь.

– Ладно, ладно, - успокаивающе сказал Стеббинс.
– Понимаю.

– Мать твою!

– О, интересное слово! Почему это ты его вспомнил?

Гэррети на миг показалось, что сейчас он бросится на Стеббинса или упадет в обморок от гнева, но он не сделал ни того, ни другого.

– Даже если придется идти до Вирджинии, - повторил он, стиснув зубы. Стеббинс сонно улыбнулся:

– Я чувствую, что могу идти хоть до самой Флориды, Гэррети.

Гэррети отшатнулся от него и пошел искать Бейкера. Гнев по-прежнему кипел в нем, смешиваясь с бессильным чувство стыда. Стеббинс, похоже, хотел вывести его из себя, и ему это удалось.

Бейкер шел рядом с парнем, которого Гэррети не знал. Голова его была опущена, губы беззвучно шевелились.

– Бейкер!

Бейкер поднял голову, мелко трясясь, как собачонка:

– А, Гэррети.

– Да.

– Мне снился сон. Ужасно реальный. Который час?

– Без двадцати семь.

– Дождь, похоже, будет идти весь день?

– По...аай!
– Гэррети качнулся, на миг потеряв равновесие.
– Проклятая подметка отлетает.

– Оторви их к черту, - посоветовал Бейкер.
– Ногти врастут в них, и будет еще хуже.

Гэррети скинул один туфель и пнул его в направлении толпы. К нему сразу же потянулись жаждущие руки; завязалась потасовка. Другой туфель не хотел слезать - нога в нем распухла. Гэррети нагнулся, получил предупреждение, но все же стащил туфель с ноги. Он хотел тоже кинуть его в толпу, но пожалел силы и оставил просто лежать на дороге. Вдруг на него нахлынула волна отчаяния. Он шел и тупо думал: "Я остался без обуви. Я остался без обуви".

Дорога под ногами была холодной. Сквозь остатки носков Гэррети ощущал каждый камешек. Он подошел к Бейкеру, который тоже шел без обуви.

– Я почти готов, - сказал спокойно Бейкер.

– Я тоже.

– Знаешь, я вспоминаю все хорошее, что со мной было. Один раз я впервые пригласил девушку на танец, и какой-то пьяный хер попытался ее у меня увести. Я вывел его наружу и набил морду - смог потому, что он был такой пьяный. И та девушка на меня так смотрела, что я был на седьмом небе от счастья. Вспоминаю мой первый велосипед. И как в первый раз читал "Женщину в белом" Уилки Коллинза... Это моя любимая книга. Вспоминаю, как сидел с удочкой над прудом, и как лежал во дворе с книжкой комиксов. Гэррети, я думаю об этом, как будто я уже старик.

На них брызнул серебристый утренний дождик. Толпа приутихла, но не уменьшилась - шеренгами вдоль дороги тянулись выжидающие лица под плащами и зонтиками. Бесконечный ряд серых лиц, похожих, как близнецы.

– Надеюсь, уже не будет темно, - сказал Бейкер.
– Ненавижу идти в темноте, не зная, кто я и что я здесь делаю. Надеюсь, все кончится до темноты.

Гэррети начал говорить, но его прервали выстрелы. Бейкер скривился: - Вот чего я боюсь. Этого звука. Зачем мы делаем это, Гэррети? Мы все сошли с ума.