Дикие
Шрифт:
– Заканчивай ржать, - с неимоверным трудом я умудрилась собрать собственные мозги в кучу. – И рассказывай, что случилось с Сэм.
Улыбка моментально исчезла, лицо мужчины стало серьезным и сосредоточенным, каким-то хищным, диким. Он хрустнул костяшками тонких пальцев. Такого Конарда вполне можно было испугаться, такого Конарда надо было испугаться. Но мне отчего-то страшно не было.
– Сэм не просто так отравилась. Ее заставили принять отраву, - глухо проговорил волк, явно сдерживая злость. – Она видела того, кто это сделал. Но… Ее трясет, буквально колотит, когда я пытаюсь
молчание слишком затянулось.
– Кристин, маленькая, что не так?
– У меня может не получиться, - медленно, нехотя призналась. – Я гарантию дать могу только если работаю с членом своей стаи, с кем-то… на кого хорошо «настроена», понимаешь?
– Со мной вчера у тебя получилось, - поднялся с дивана Макклин.
– Я тебя знаю с детства и …
– Ты отказываешься? – перебил Конард, хмурясь. В глубине его глаз, на самом дне, под чудовищных размеров злостью, я видела тревогу. Ощущала ее. Макклин невероятно сильно переживал за Саманту.
– Нет, - качнула головой, засовывая в карман мобильник, делая шаг к нему, к выходу, - просто предупреждаю. Поехали.
– Спасибо, маленькая.
– Пока не за что, - качнула головой, гадая, насколько все действительно плохо с Самантой и что ждет меня после того, как я утяну в себя ее страх.
Небольшой, аккуратный дом, белый штакетник, почтовый ящик с улыбающейся мордой Твити – дом таинственной Алисии казался бы очень милым, если бы не слишком большое количество волков вокруг него. Городских волков. Трое – на крыльце, двое – в машине у калитки, и неизвестно сколько внутри.
Я достала мобильник.
– Пишешь альфе? – повернул ко мне голову Макклин, глуша мотор.
– Ему и Марку. Они должны знать, что уехала я с тобой.
– Умная девочка, - улыбнулся Конард. Я лишь пожала плечами. Ну не надеялся же Конард в самом деле, что я вот так просто уеду с ним из стаи, никому ничего не сказав. Хотя судя по его поведению – не надеялся. Умный мужик, опасный волк. Куда я лезу…
А через несколько минут я уже заходила в тот самый дом. Заходила с некоторой опаской, притупившийся нюх – сущее дерьмо. Ничего невозможно понять, словно зрение потерять, словно все черно-белое.
На пороге нас встречала девушка, и она была…
– Человек?! – удивленно вздернула вверх брови, рассматривая незнакомку. Невысокая блондинка, скорее аппетитная, чем полненькая, хорошенькая и очень уставшая. Простые шорты и майка с надписью “Viva Barcelona”, растрепавшийся хвост, серьезный взгляд карих глаз.
– Я – Алисия, - протянула девушка мне руку. – Рада, что вы наконец-то добрались, правда Сэм только-только уснула.
– Кристин, - сжала я ладонь, а сама все пыталась справиться с удивлением. – Ничего страшного, возможно, нам даже не придется ее будить.
Люди, знающие об оборотнях, встречались не так уж и редко, правда… встречались все больше не у нас. А вот люди не только знающие, но и помогающие оборотням точно в этих местах не водились.
– Алисия – врач общей практики, - прошептал на ухо Конард, подталкивая в спину. – Обычный врач общей практики.
–
Ага, - кивнула девушка, махнув рукой, чтобы мы следовали за ней, - благодаря тебе, Макклин, еще и собачий доктор.С дивана у окна послышалось глухое рычание – еще один городской волк.
– Заткнись, Рой, задолбал уже, - беззлобно отозвалась девушка, невозмутимо продолжая подниматься по ступенькам. Действительно беззлобно, больше устало. И на удивление Рой захлопнул пасть.
Внутри дом оказался таким же светлым, как и снаружи, вот только менее просторным. Волки любят открытые, большие пространства, люди же, как правило, стараются забить все какими-то мелочами, хламом, все заставить. Я никогда не понимала этой тяги к безделушкам. Словно фигурка Эйфелевой башни способна заменить Парижское утро на Марсовом поле. Будто брелок на ключах способен оживить мертвые воспоминания. Какая чертовски восхитительная, наглая ложь.
Правда, вместо брелоков у Алисии были, скорее всего, футболки и майки. Ну, хотя бы практично.
Мы поднялись на второй этаж, и девушка указала рукой на дверь.
– Вам туда. Много это займет?
– От нескольких минут до нескольких часов, - покачала головой.
– Тогда я спать. Вторые сутки на ногах, кукушка едет. Если понадоблюсь - будите.
– Возможно, сама проснешься, - вздохнула я. – Саманта может кричать.
– Как-то я уснула во время двенадцатичасовых родов, что мне какая-то волчица, - хмыкнула Алисия.
Действительно развернулась и, толкнув дверь напротив, скрылась за ней. Я на несколько секунд застыла. Потом тряхнула головой и все-таки сделала шаг, повернула ручку, вошла в комнату Сэм.
На большой кровати Саманта почти потерялась, сжавшись в болезненный комок под пестрым одеялом, дыхание – неровное, сон - беспокойный и тяжелый. В комнате было очень душно, царил полумрак из-за опущенных штор, воздух казалось пропитался страхом.
Девушка выглядела бледнее обычного, я понимала, что это всего лишь игра света, но… появилось ощущение, что кожа совсем истончилась. Ее внутренний зверь практически не чувствовался.
– Открой окно, - чуть повернула я голову. – И не вмешивайся, что бы ни происходило, понял?
– А, малышка Хэнсон…
– Макклин, если хочешь, чтобы я помогла, - перебила волка, садясь на стул возле кровати. Конард поворачивал щеколду на створке окна, - с этого момента ты молчишь. Даже не дышишь, не моргаешь, – я взяла с тумбочки какой-то листок и карандаш, протянула его оборотню.
– Что это?
– Это на случай, если язык во рту помещаться перестанет от желания вставить пару язвительных комментариев. Записывай.
Волк откинул голову назад и расхохотался. Громко, на весь дом, но бумажку все-таки взял. Я подождала, пока его гогот стихнет, нашла руку Саманты под одеялом, сжала холодные пальцы и закрыла глаза.
Моя волчица встрепенулась в один миг, закрутилась, завертелась, начла скрестись. А я тут же будто заново ощутила страх Сэм, огромный, жадный, голодный страх. Настолько большой, что он вдруг сожрал весь воздух в комнате, сжал гигантскими, сильными лапами горло, врезался в грудь, заставив с шумом вдохнуть.