Чтение онлайн

— Это вы мне? — спросил он.

— Кому же еще! Вы видите тут еще кого-то, кроме нас двоих? Присядьте-ка со мной.

— Не могу. Я спешу.

— Я не отниму у вас много времени. Буквально несколько минуток. Мне и самой надо спешить.

Поколебавшись немного, Жан подошел к беседке поближе, но садиться не стал. Поглядел неуверенно на женщину — она что-то записывала в блокноте. Выглядела она на удивление спокойной, даже беззаботной, как будто ничего и не произошло на площади полчаса назад.

— А вы не боитесь находиться на улице одна?

— Не думаю, — безразлично ответила женщина. — Вдохновение

требует отринуть все, что творится на фоне, и уделить внимание словам, которые просятся на бумагу.

— Вот как? Вдохновение… — Жан вдруг понял: — Вы ведь вампир, не так ли? Только вампир будет так спокоен в нынешней ситуации.

— Я не вампир.

— Вы врете.

— Ваше право так считать.

— Хотя с другой стороны, доказать, что вы вампир я никак не смогу…

— Пожалуй.

— И выглядите вы как человек. Вроде бы.

— Вроде бы.

— И не стоит забывать про презумпцию невиновности…

— Ого. Не знала, что быть вампиром теперь считается преступлением.

— Ну а кто в этом виноват? Сами вампиры, которые создали себе такую репутацию. Так что все они теперь преступники.

— Даже те, кто не хотел такими становиться? Которых заставили? Запугали? Которым пришлось?

— Ну… я ляпнул не подумав.

— Это был риторический вопрос.

— Если они пили кровь, значит, они тоже преступники. Каннибализм — это отвратительно, и неважно, каким образом человек до этого дошел. Ким сопротивлялся этому. Он отказался пить кровь! Он погиб, но все равно остался человеком.

— А-а, ваш товарищ… Вы же ведь знакомы, да?

— Откуда вы знаете? — удивился Жан.

— Да не то чтобы знаю, просто такое ощущение возникло, — уклончиво ответила женщина. — Вот тогда еще вопрос: а если бы кто-то из ваших близких стал пить кровь — как бы вы к этому отнеслись? Тоже записали бы его в убийцы и маньяки?

— Вы все усложняете…

— Я не усложняю. Усложнять дальше некуда. У черного и белого очень много оттенков. Но да ладно, — женщина положила блокнот на колени, а ручку засунула в его металлическую спираль. — У меня есть к вам пара маленьких вопросов. Ответьте, пожалуйста.

— Вы уже задали…

— Ладно, тогда пусть будет один.

— Только быстро, — нахмурился Жан.

— Конечно-конечно, — успокаивающе махнула женщина рукой, улыбаясь. — Вопрос следующий: что еще вы знаете?

— В каком это смысле?

— В самом прямом. Что еще вы знаете, кроме того, что поведали людям на площади?

— А что еще тут можно знать-то? — недоумевал Жан. — Я рассказал все, абсолютно все, ничего не утаил!

— Вампиры, значит, да? — с серьезным видом спрашивала женщина, как бы пытаясь в чем-то убедиться. — Ферма крови… Перекрытая дорога из Бланверта…

— Ну… да? Вы на что-то намекаете?

— Да ни на что, — успокаивающим тоном проговорила женщина. Она снова взяла ручку, открыла блокнот и сделала в нем какую-то отметку. По крайней мере, так показалось Жану. Она как будто поставила крестик. Или галочку. Жан заострил на этом внимание, покрутил в голове, и до него внезапно дошло:

— Подождите, уж не намекаете ли вы, что я что-то упускаю из виду?

— Что? — неподдельно удивилась женщина. — Нет-нет, ничего подобного. Я вовсе не это имела в виду.

— А что тогда?

— Мне просто стало интересно, вдруг вы знаете

то, чего не знаю я. Кстати, я люблю наблюдать за Бланвертом и его жителями, это так вдохновляет. Я говорила, что пишу стихи?

— Сказали только что. Не знаю, зачем. — Как будто она хотела поскорее перевести тему, подумал Жан. А может, и не «как будто»? — Вы странная.

— Правда? — усмехнулась женщина. — Могу заверить, что я самая что ни на есть обычная. Во мне нет ни капельки странного. Если только сочинение стихов ныне не считается странным…

— У меня такое ощущение, что вы что-то знаете…

— А у меня ощущение, что у вас неверное ощущение!

— Знаете, — фыркнул Жан, неубежденный ее словами, — у меня тоже есть к вам один вопрос.

— Да? Какой же?

— Как думаете, я правильно сделал? То есть… это надо было сделать. Но из-за этого пострадали люди… и я как-то уже не уверен в правильности…

— И пострадают еще, — спокойно, считай, равнодушно, заявила женщина. Жан аж оторопел от ее слов.

— Что?

— Еще много людей пострадает, — повторила женщина. — Это только начало.

— Почему пострадают? — спросил Жан взволнованно.

— А вы правда не подозреваете? Теперь, когда люди знают правду, как думаете, что они захотят сделать? — Она сделала паузу, видимо, позволяя Жану самому ответить, однако тот остался безмолвен. — Они захотят отомстить. Это те, кто от них пострадал. А те, кто не пострадал, тоже примкнут к первым, ибо жить бок о бок с убийцами никому не захочется. Люди будут защищаться. Хотя… «защищаться» — это не совсем, наверное, правильное слово…

— Подождите, вы хотите сказать…

— Ситуация развернется в противоположную сторону. И жертв станет больше, гораздо больше.

— Но… я не этого хотел! — задрожал Жан. — Я хотел, чтобы люди знали!

— И они теперь знают. Но вы не подумали, какие последствия будут у этого знания. Не печалься. Что я там говорила про оттенки — не забыли еще? Все равно, в конце концов, это случилось бы. Вы всего лишь многократно ускорили процесс. Не забивайте себе сильно голову.

— Но я хотел предотвратить людские жертвы, а не сделать только хуже!

Женщина закрыла блокнот, убрала его и ручку в карман джинсов и вздохнула.

— Боюсь, этого было изначально не избежать. — Она поднялась и вышла из беседки. — Спасибо, что уделили мне время. Прощайте, Жан Арди, — она махнула рукой с улыбкой и пошагала прочь.

— Откуда вы знаете мое имя? — бросил вслед изумленный Жан.

— Говорю же, я люблю наблюдать! — отозвалась женщина, прежде чем исчезнуть за домом.

Уже несколько часов Данди Акер сидел в своем кабинете, закрывшись. Он весь дрожал, был не на шутку напуган и до сих пор не мог поверить в то, что произошло. Какие-то пацаны подложили ему здоровенную свинью! Как же все так сошлось? Почему пленники сбежали с фермы именно сегодня? Это диверсия, точно диверсия, им помог кто-то из своих! Черт! А ведь стоило ожидать… стоило ожидать, что кто-то из вампиров такое выкинет! Но он был уверен, что они готовы к подобному развитию событий! По отдельности, что слова пацанов, что толпа оборванцев — вероятно, не нанесли бы такого урона, оставили бы пространство для маневра, но вместе… Черт, черт, черт!..