Чтение онлайн

Чарли П повидал мир, он встречался со множеством разных людей; он был рабом и господином, созидателем и мыслителем, предпринимателем и чиновником, ему довелось править быстрокрылой колесницей и погонять старую клячу, которая тянет вагонетку с углем, а также вести космический корабль, летящий сквозь безжизненное пространство к далеким звездам. Это хорошо известный и неоспоримый факт – он лично стал свидетелем важнейших исторических событий: он видел, как строились египетские пирамиды, и расщепление атома происходило буквально на его глазах, на его памяти Пифагор доказал свою теорему, и Гутенберг изобрел свой печатный станок, а что касается таких выдающихся людей, как Дарвин, Маркс, Галилей, Ньютон, Моисей, Эйнштейн и даже князь Вронский, – их Чарли П считает не только единомышленниками и коллегами, но и близкими друзьями. Правда, есть в этой компании избранных один человек – заклятый враг и вечный соперник Чарли П, беззастенчиво воровавший его произведения, – это Шекспир, которому Чарли П так и не смог простить откровенного плагиаторства. Однако сам по себе Чарли П – скромный парень, он ненавидит всяческие проявления звездной болезни, не любит говорить о своей популярности и никогда не выставляет напоказ своего богатства. До настоящего момента об этом вообще никто не

знал – мальчик в лифте первый, кому он рассказывает такие подробности. Хотя, что касается богатства, Чарли П был бы просто неточен в изложении материала, если бы не включил в свою лекцию упоминания о том, что именно он, и только он один, выступил в качестве генерального спонсора и главного продюсера того нашумевшего представления, которое было дано на Луне, – участвовавшие в шоу земляне выступали вживую.

Какие могут быть сомнения: все, о чем рассказывает Чарли П, – чистая правда, многое он видел собственными глазами, а кое-что сделал собственными руками. И разве сидящий перед ним мальчик или любой другой зеленый юнец не придет в восторг, услышав его рассказ. Речь Чарли П завораживает. Пожелай он – и весь мир замрет, пораженный его красноречием и мудростью. Люди толпами повалят на его лекции и с радостью отдадут последние деньги, лишь бы услышать, как он говорит.

Чарли П продолжает свою лекцию, каждое его слово дышит правдой жизни, он проникает в самую суть вещей и явлений, обращается к корням и истокам: от тех далеких, скрытых во мраке прошлого времен, когда жизнь только зародилась в глубинах моря, а сам он был пучеглазой доисторической рыбой, и до того момента, когда он выполз на сушу ядовитым гадом; от той печальной истории, когда он, поддавшись искушению, попробовал яблоко, и героических рассказов о том, как он сражался плечом к плечу с Жанной д'Арк против тирании и рабства, и до толкования теории трехмерного пространства, приведшей к рождению светского искусства и учению Фрейда о психологии подсознательного: нет более плоских изображений и иконописной статичности фигур, и нет больше Бога и слепой покорности высшим силам; нет сословий и привилегий, морали и нравственных запретов – только отдельно стоящий индивидуум, независимая личность – современный человек. Люди. На своем веку Чарли П довелось наблюдать создание и развитие Великой Западной Цивилизации, мало того – он лично совершил тот маленький шаг, который стал гигантским скачком для всего человечества. [12] Да, пожалуй, и не один, а великое множество шагов. Маленький мальчик, сидящий в углу кабины, будет первым, кому выпало счастье оказаться на его пути. В ближайшие несколько лет, благодаря прессе, электронным средствам массовой информации и Интернету, слово Чарли П разойдется по всему миру и останется в веках как послание будущим поколениям. Что же касается самого Чарли П, то он – лидер нации, пламенный оратор, пророк и провидец, он – Солнце, затмевающее своим блеском небесное светило; он превратится в истинное национальное достояние, его будут рвать на части – различные общественные организации, союзы и ассоциации, культурные общества и гуманитарные миссии наперебой станут приглашать Чарли П выступить на их съездах и конференциях, горя страстным желанием получить совет, выслушать напутствие и проникнуться живительной мудростью его слов. Тот, кто был свидетелем и участником великих событий, тот, кто несет ответственность за весь ход исторического процесса, становится голосом и совестью целого поколения! Духовным лидером эпохи! Спасителем! Мессией! Как знать, если ему повезет и он с умом воспользуется ситуацией, то, возможно, Чарли П даже предложат делать собственное шоу на телевидении. Почему бы и нет? Другим же предлагают. И не такие чудеса случаются. Прогресс! Свобода! Полная чахла хлынула через край!

Но кто это ломится в закрытую дверь лифта? Кто насильно раздвигает створки, похожие на плотно сомкнутый рот с резиновыми губами, и просовывает между ними голову? Эй, не так скоро! Лекция Чарли П едва началась. Зеленый юнец еще не услышал ни единого слова.

Полчаса спустя Чарли П благополучно выходит из лифта на площадке восьмого этажа. Консьерж протягивает руку мальчику, который так и сидит на полу, забившись в угол кабины.

– Что случилось? – спрашивает консьерж. – С тобой все в порядке? Выходи.

– Не выйду, – говорит мальчик. – За свою жизнь я наслушался достаточно лекций от отца и деда. И у меня нет ни малейшего желания слушать еще одну.

Узнав, что болгарскую арфистку, которую он любил лет шестьдесят назад, привезли в тот же дом престарелых, где находится сам Чарли П, он мчится через полмира и шесть лестничных маршей, чтобы поскорее увидеть ее.

– О, я не хочу, чтобы ты видел меня в таком состоянии, – сказала арфистка.

– Но почему?! – удивился Чарли П. – Ты же знаешь, я всегда…

– Ты что, ослеп? Ты только взгляни на меня! – воскликнула арфистка. – Я старуха. У меня шестеро взрослых детей, восемнадцать внуков и четыре правнука. Я похоронила трех мужей. И вдобавок ко всему мое лицо покрыто морщинами, моя грудь высохла и обвисла, я почти совсем лишилась волос, у меня вставная челюсть, а левая нога, на которую ты сейчас смотришь, – это протез; ногу пришлось ампутировать – последствия диабетической болезни. А моя задница – что от нее осталось – одни кости. Когда я сажусь, мне приходится подкладывать подушечку. И самое ужасное – я больше не могу играть на арфе, потому что мои изуродованные артритом пальцы стали похожи на куриные лапы.

– Ерунда, – сказал Чарли П. – Мне все равно никогда не нравились твои занятия музыкой. Послушай, есть вещи поважнее. Я знаю, правила больницы запрещают неурочные посещения, но обычно после полуночи охрана спит. Как бы ты отнеслась к моему визиту сегодня ночью?

Чарли П никогда не отрицал, что он самый обычный человек и ничем не отличается от других людей: среднестатистический гражданин и заурядная серенькая личность со средними

способностями, примитивный обыватель, стоящий на самой низкой ступени социальной лестницы, один из многих – неприметное лицо в толпе. И хотя Чарли П стыдно в этом признаваться, но обычно люди поворачиваются к нему спиной, они даже не берут на себя труд перейти на другую сторону улицы, если замечают, что он идет им навстречу. На самом деле они этого не делают просто потому, что не замечают его. Чарли П нет, он не существует. Он – телефонный звонок, на который никто не ответил, встреча, на которую никто не пришел. Он тот, кто всегда оказывается последним в очереди и первым, на кого указывает несчастливый жребий. Он – уцененный товар на дешевой распродаже. Вот что такое Чарли П. И все же мы вынуждены задать вопрос: «Чем Чарли П отличается от других людей? Что помогает ему держаться на поверхности и плыть по течению?»

Конечно, это должно быть нечто большее, чем способность втиснуться в переполненный лифт или в час пик найти место в вагоне метро, даже если это колени другого пассажира. Может быть, все дело в том, что Чарли П слеплен из особого теста – из которого сделаны поэты? А как иначе объяснить его приступы, когда на Чарли П находит нечто странное, наделяющее его способностью творить слово, полное красоты и глубокого смысла, в то время как другие ничего создать не могут. Все, что от него требуется, – открыть рот, и слова сами хлынут наружу мощным потоком, глубоким и чистым, как джойсовский поток сознания. [13] Чарли П понятия не имеет, куда движется этот поток и к какому берегу прибьют его волны. Начав говорить, он не может остановиться, дав волю стихии, он не в силах сдержать ее. Слова всплывают одно за другим, это даже не слова, они не похожи на человеческую речь; однако, рождаясь невнятными звуками, приходя беспорядочными и смутными образами, они просачиваются сквозь его сознание и оживают, словно под лучами солнца, и ведут за собой, как умная лошадь, которая чует воду и сама безошибочно находит брод.

Они ведут не только его – людям, живущим обычной жизнью, заботами и проблемами будничной реальности, которым надо кормить детей, ежедневно ходить на работу и выплачивать проценты по кредитам, слова Чарли П кажутся чудом. В них слышится благородство и величие, они вызывают в душе восторг и удивление и дают возможность на короткий миг заглянуть в волшебный мир и увидеть, какой могла бы быть их настоящая жизнь.

Поэт, пламенный оратор и блудный сын, осмелившийся проникнуть в темные глубины собственной души и выдавить, как гнойный прыщ, собственное безумие, Чарли П не только идет сам, но и ведет за собой толпы людей туда – в Землю Обетованную.

Скупердяй! Крохобор! Жмот! Всю жизнь Чарли П приходится выслушивать подобные обвинения. Таксисты, бармены, старые друзья, бывшие жены – любой из них может подтвердить: Чарли П ненавидит расставаться с деньгами, он дрожащими руками считает каждый цент, и даже бездомный попрошайка, стоящий на углу, и тот заявляет, что ни разу в жизни не получил от Чарли П даже мелкой монетки. Сам Чарли П придерживается иного мнения: он считает себя самым щедрым человеком на земле. В конце концов, кто осмелится опровергнуть тот факт, что как минимум раз в год, под Рождество, он жертвует на благотворительность немалую сумму – всё до последнего доллара. Объектом его щедрости служит самый что ни на есть достойный человек – он сам. Или другой известный, когда случай: Чарли П кинул в фонтан три монетки, и не важно, что последний раз он швырял деньги в воду после просмотра фильма с аналогичным названием и произошло это более сорока лет тому назад. [14] И все же на прошлой неделе Чарли П принял твердое решение – кардинальным образом изменить свои привычки, взгляды и манеру поведения. Возьмем, к примеру, вчерашний вечер: в компании, где работает Чарли П, провожали на пенсию одного парня, по этому поводу устроили банкет в самом дорогом ресторане города. Так вот, Чарли П не только пришел на торжество, но и притащил кубышку, в которой хранятся все его сбережения, отложенные на черный день. Когда же его коллеги и единомышленники заказали самые изысканные блюда – все, какие только были в меню, Чарли П попросил принести ему чашку кофе за пятьдесят центов, а когда официант подал счет, Чарли П, не моргнув глазом, оставил на блюдечке целый доллар. «Такого, – сказал Чарли П, – пускай теперь попробуют назвать меня скупердяем!»

Как у любого из нас, у Чарли П есть свой способ излить душу, примириться с жизнью и сделать ее более-менее сносной. Если одни обращаются за советом и утешением к раввину или священнику, другие уходят в себя или идут в бар и напиваются до бесчувствия, то Чарли П жалуется; он жалуется на то и на это, и на все сразу, и таким образом кое-как дотягивает до вечера. Его жалобам нет конца, а повод для недовольства всегда найдется. Сегодня, например, он возмущается водителем, который небрежно вел машину, и чиновником, который был неучтив; особое раздражение вызывают женщины на улице – они слишком красивы (чем старше он становится, тем более привлекательными кажутся посторонние женщины), а те, с которыми Чарли П знаком, почему-то недостаточно хороши; и такси – когда спешишь, все машины, как назло, проносятся мимо; и полицейские – в нужный момент их никогда не оказывается рядом.

Небо слишком высокое, потолки слишком низкие, на море шторм, а на озере штиль, ковер слишком толстый, стены слишком тонкие, и почтальон не приносит ничего путного – только счета и рекламный мусор. Чарли П вечно всем недоволен, любая мелочь может стать причиной для жалобы: бывшая жена ходит за ним по пятам, как надсмотрщик, начальник – кровожадный зверь и жестокий палач; родственники слишком часто приходят в гости, а дети никогда не навещают отца; дни слишком длинные, а жизнь слишком короткая; а когда все поводы для нытья вроде бы исчерпаны, всегда можно обратиться к погоде: то слишком жарко, то слишком холодно, то дождь, то засуха, и метеорологи вечно ошибаются. Будьте уверены, чем больше Чарли П критикует несовершенство мира, чем громче звучит его обличительная речь, чем сильнее его негодование, тем лучше он себя чувствует.