Бутлегеры
Шрифт:
– Жанна, давай без пошлостей. Виталия отравили. Он едва жив остался. Может быть, до сих пор находится без сознания.
– Значит, повезло мне. Не придется греха на душу брать. Я уже было решила сама с ним расправиться, когда заявится.
– Жанна! Возьми себя в руки!
– А ты, Игорь, на меня не ори. И не учи жить. Дружка своего, кобеля бессовестного, поучи. Не иначе, как его шлюха какая-нибудь и траванула. Не так ли?
Возразить мне было нечего, но и подтверждать ее версию тоже не хотелось. Поэтому я миролюбиво предложил:
– Ладно, потом поговорим, когда проспишься и протрезвеешь. Я тебе все подробно расскажу. А сейчас, извини, тороплюсь. Давай я сам соберу
– Ну, пойдем в комнату. Я тебе и еще кое-что покажу. Например, порнофильм один, очень интересный.
– Я что сексуальный маньяк, чтобы порнуху с утра смотреть, да еще в такой момент.
– Не волнуйся, Игорек, это кино тебе понравится.
Не слушая моих возражений, Жанна взяла со стола пульт и включила моноблок. На экране появились не особо отчетливые, но все же узнаваемые лица Виталия и Ирины Гуревич. Несколько минут я, не отрываясь, наблюдал, как Вязов и референтша с упоением занимались любовью. Ирочка явно была большой мастерицей в сексуальных утехах. У нее оказалось весьма красивое тело, которое буквально танцевало в постели, все время находясь в движении. Оно сладострастно извивалось, то взымая вверх, то опадая вниз, и делая это с какой-то распутной грацией, невольно завораживающей взор. Учитывая, что совсем недавно я видел ее тело, правда, одетое, в нелепой позе безжизненно валяющееся на ковре, наблюдать его на экране полное сил и страсти было горько.
Я выключил моноблок и повернулся к Жанне.
– Откуда у тебя эта пленка?
– Мир не без добрых людей,- усмехнулась она.
– Доставили вчера вечером ко мне в офис курьерской службой. А теперь ты ответь на один вопрос. Он вчера вечером был у этой сучки, и она его отравила, так?
Я кивнул.
– Почему она это сделала?
– спросила Жанна.
– Не знаю. И не уверен, что сумею узнать. Она уже мертва. Ее задушили.
Васькова открыла рот, явно намереваясь что-то сказать, но неожиданно промолчала. Я с удивлением взглянул на Жанну, и вдруг понял какая мысль пришла ей в голову и почему она не посмела ее высказать. Ирина подсыпала Виталию отраву, а он, обнаружив это, ее задушил. Я похолодел. Не дай бог, если такая же версия относительно развития событий в квартире Гуревич осенит и других.
Увы, но так и получилось. Прокуратура избрала такую версию рабочей и наиболее убедительной. Тем более что в карманах у Виталия нашли кое-какие драгоценности, принадлежавшие Ирине. Получался замечательный заголовок для бульварной прессы: "Милицейский опер - убийца и грабитель одиноких женщин!" К счастью, в СМИ пока информация не просочилась, зато к Вязову в больнице приставили охрану и никого к нему не пускали.
Официальным расследованием занималась прокуратура. Мое мнение относительно Вязова, естественно, ее не интересовало, поэтому я решил провести собственное расследование, чтобы доказать непричастность Виталия к убийству Ирины.
Корецкий в одной из своих книг весьма образно сравнил прокуратуру с головой профессора Доуля. Действительно, прокуратура без милиции, как голова без тела. Предполагается, что она должна думать, а розыск и задержание преступников будет осуществляться силами милиции. В данном случае по убийству Гуревич работали ребята из ОУР, мне удалось выяснить у них обстоятельства дела, разжиться фотографией парня, подстреленного в "мерсе" и фотороботом его подельника. И сразу что-то в их противных мордах показалось неуловимо знакомым.
– Установочные данные на них есть?
– спросил я коллег.
– Есть, - кивнули ребята, - только они больше известны не по фамилиям, а как Бивис и Батт-Хед.
Теперь я вспомнил. С этими парнями, подделывающимися
в разговоре под мультяшных придурков с МТV, мы с Вязовым поцапались в привокзальной забегаловке. Вряд ли то происшествие имело отношение к делу, поэтому распространятся о нем я не стал и спросил:– Что известно про них?
– По официальным учетам Бивис и Батт-Хед чистые: не судимы, в разработке не были. Но по оперативной информации имели связи с заводским ОПС. Источники говорят, что рэкетом в чистом виде они не занимались, но имеют репутацию крутых отморозков. Возможно, использовались как ликвидаторы. Мочили своих же братков, заподозренных в неблагонадежности. Так сказать, палачи для внутреннего пользования, бандитская служба собственной безопасности. А самое главное, никто из наших источников не смог сказать, где они живут, с какими бабами спят, кем были до того, как подались в бандиты.
– Любопытно, - отметил я.
– Прямо нелегалы какие-то.
– Так оно и есть, - подтвердили коллеги.
– Законспирировались будто шпионы. Мы тут подергали кое-кого из жуликов, показали им снимок и фоторобот, порасспросили. И все в один голос поют: "Да, узнаю - это Бивис и Батт-Хед. Когда они промеж собой базарят, братва со смеху помирает. Точно, как те два придурка из мультика чешут. А больше про них ваще ничего не знаю".
– Кстати, кто из них кто? В машине кого застрелили: Бивиса или Батт-Хеда?
– Батт-Хеда. Бивис, судя по всему, лег на дно. Теперь найти его капитальная проблема. Мы, конечно, дали задание кому надо, чтобы стукнули, когда Бивис объявится, но пока тишина.
"Уголки" делали свое дело и не особо переживали, что результата пока нет. У нас куча народа в официальном и неофициальном розыске. При таком объеме работы к розыскникам предъявлять какие-либо претензии глупо. Найдут - хорошо, а на нет и суда нет. Поэтому заняться поимкой Бивиса я решил сам. В конце концов, Вязов - мой друг.
Тогда, после поездки за грибами, у меня создалось впечатление, что бармен в привокзальной забегаловке знает Бивиса и Батт-Хеда. Поиски я решил начать именно оттуда и их не откладывать.
Когда я приехал в забегаловку, бармен оказался на месте. Но на этом удачи и закончились. Я разложил перед тружеником рюмки и пивной кружки снимки, спросил:
– Знаешь их?
– Конечно. Бивис и Батт-Хед. Бывали у нас, пиво пили. А это что на фотографии Батт-Хед-то мертвый что ли? Замочили его?
– Замочили, - кивнул я.
– Где найти Бивиса?
– А черт его знает. Я с ними дружбу не водил. Приедет - пива налью, вот и все наше знакомство.
Такой ответ я предполагал, но все равно расстроился, поскольку других идей по поиску Бивиса в моей голове не было. Пришлось не солоно хлебавши возвращаться в райотдел.
Возле кабинета я обнаружил томящегося в ожидании Профессора. Он явно забрел сюда в надежде раздобыть денег на опохмелку. В другое время я бы, скорей всего, выпроводил его ни с чем, но тут вдруг проявил христианское милосердие и пожертвовал горькому пьянице из своих трудовых тридцатку. Профессор рассыпался в благодарностях и пообещал выпить за мое здоровье.
– У меня со здоровьем все в порядке, спасибо зарядке, а вот за здоровье Виталия Ивановича с полным основанием можешь накатить,- разрешил я.
– А что с Виталием Ивановичем, загрипповал?
– Если бы. На него устроили покушение. Чудом выжил. Сейчас в больнице лежит.
– Да вы что?! Вот ведь сволочи! Известно кто на него покушался?
– Известно. Жулики.
– Поймали их?
– Одного застрелили, а другой сумел смыться.
Я достал снимки и фоторобот, бросил на стол. Профессор повертел их в руках и неожиданно выпалил: