Браслет-2
Шрифт:
И вот тут со мной произошла удивительная вещь. Вернее — с моими ощущениями. Я одновременно увидел себя и внутри коробка, как это и было на самом деле, и лежащим в неудобной позе возле стола в гостиной. Картинка перед глазами двоилась, и мозг был вроде как в недоумении: какой из них верить? При чём картинка, транслируемая клоном, была сильнее, качественнее, что ли? А моё натуральное зрение смотрелось, как в серой дымке. Плюс к тому, сразу же заболели ушибленные (клоном!) бедро и колено на правой ноге.
— Ну и как? — склонился над клоном Санька, а мне ясно виделось, что он склонился
— «Как», «как»? — передразнил я, вскакивая вместе с клоном на ноги. — Кверху каком! Получилось!
Я сразу почувствовал, что слова мои вылетают и из горла клона тоже.
Санька оторопело отодвинулся от меня. От клона, конечно, но иллюзия была полной!
— Чё пищишь-то? Чуть не зашиб…
— Потому и пищу, что скорости ещё не уравнены. Я как жил раза в три быстрее вас, так и живу. И двигаюсь с той же скоростью.
— Вот блин! — Санька осел на подвернувшийся стул. — Чего же делать?
— Проблема! — усмехнулся я. — Теперь тело клона — моё тело. Я его как себя ощущаю. Качественная копия! Давай браслет. Сам всё остальное доведу до кондиции.
Тот беспомощно посмотрел сначала на стеклянную коробку, где так и сидел я маленький, потом на моё изображение на экране и опять уставился в живое теперь лицо клона. Потряс головой и сказал устало:
— Чё-т совсем крыша едет… Где теперь Вольдемар?…
Пашка хохотнул:
— Везде! Един в трёх лицах! За что боролись, на то и напоролись!
В этот момент на лестнице послышались торопливые шаги.
— Давай браслет! — зашептал я в ускоренном темпе. — Настя идёт! Щас точно проблемы начнутся!
Санька, как сомнамбула, стянул с руки браслет и протянул его клону.
Я мигом напялил его на руку и, переждав секундный каскад разрядов по всему телу своего двойника (а чувствовалось — по моему телу!), дал Сезаму необходимые указания по приведению моих биоритмов в нормальное состояние. Меня слегка повело, качнуло, фоновые шумы гостиной, которым я обычно не придавал значения, стали как-то выше тональностью. Мимолётная слабость в ногах быстро миновала и внутри опять сжалась готовая в любой момент распрямиться тугая пружина! Я почувствовал себя вновь с браслетом воедино!
В этот момент дверь на лестницу распахнулась и я, стоя к ней спиной, услышал Настин голос (натуральный!):
— О хосс-ссподи! Это что ещё за явление?
Я, не спеша, развернулся к ней всем телом клона и расплылся в широкой улыбке:
— Не узнала, что ли?
Голос звучал абсолютно нормально!
— Да ты бы хоть трусы одел бы, что ли? — вместо приветствия выдала Настя, подозрительно меня разглядывая. — Ни стыда, ни совести!
Она медленно подходила к моему двойнику и всё ещё сомневалась, то ли ей подсунули?
— За тем тебя и ждали, чтоб ты мне одежду принесла, — попробовал я подлизаться.
Но она сразу пресекла мои поползновения:
— Ещё чего! Ишь! Сам, что? Запамятовал, где что лежит?
Понятно, своеобразная проверка на вшивость.
— Ничего не запамятовал, — перешёл я в вялую оборону. — Как я туда голяком попрусь? Там же люди!
— А здесь что? Не люди?
— Ну,
мужики же всё-таки!Сунув руки в карманы халата, она обошла меня вокруг, придирчиво осматривая с головы до ног, зачем-то пошлёпала по серебристой спине, прислушиваясь, какой звук при этом получается, и, наконец, сдалась, направляясь к лестнице:
— Ладно… Щас принесу… Мухолов несчастный!
— Ты его прям, как арбуз оцениваешь! — гыгыкнул из своего угла Пашка.
Настя только фыркнула в ответ и молча вышла.
— Йес!!! — одновременно вскинули кулаки Санька с Пашкой, как только дверь за Настей захлопнулась. — Пронесло!
— Вы не радуйтесь! — охладил их пыл невозмутимый Игорь. — Щас она придёт и оккупирует Вовчика. Скажет: «Баиньки!» А ему куда деваться? Врубаетесь? Коробок-то здесь останется! А вдруг связь хреновая? Или ещё чего там? Заглючит ведь!
— Так чего ж мы стоим?! — сделал Пашка страшные глаза. — Надо Вовчика упаковать в башку этому… Как его?
— Во-во! — с ядовитым смешком поддакнул Игорь. — Тащи топор!
Тот юмора не оценил:
— Зачем?
— Башку рубить!
Я пришёл на помощь офигевшему Пашке:
— Ну, блин! Вы даёте! Щас всё уладим!
Браслет не зря был на руке у клона, то есть — у меня. Можно теперь проворачивать любые фокусы.
Я подогнал клона к столу, взял его руками свою стеклянную коробочку, поставил ему на макушку, и та беззвучно утонула в его голове. Прямо на глазах поражённо наблюдавших друзей.
— Вот теперь мы — единое целое! — с улыбкой констатировал я, непроизвольно прислушиваясь к своим ощущениям. Дискомфорта не наблюдалось. Ощущение цельной личности только усилилось. Я вообще не различал границы между нами.
— А-бал-де-е-еть! — с ужасом промямлил Пашка. — Ты там не задохнёшься часом? Может, дырок в башке навертеть?
— Я ж говорил: топор нужен! — ухахатывался Игорь.
— Да чё ты прикалываешься?! — взорвался Пашка. — Я ж серьёзно за Вовчика переживаю!
— А что ему сделается? — Игорю было смешно видеть Пашкину подавленную физиономию. — У него ж браслет на руке!
— «У него»! — фыркнул тот. — Кабы у него! А то у этого…
— Не переживай, Паш, — успокоил я его. — Система отлажена чётко! Он — это я и есть.
— Угу… Вон, идёт твоя… «система». Щас она тебя как два пальца… раскусит…
По лестнице и впрямь послышались торопливые шаги, и в дверях появилась Настя с трусами наперевес.
— На! — бросила она их через комнату, ещё не дойдя до меня. — Облачайся! Стриптизёр!
Не в духе она была — это сто процентов. Так и просвечивала меня рентгеном стальных зрачков.
— А чё, больше ничего нет, что ли? — поймал я трусы в полёте.
Опять-таки, невооружённым глазом было видно, что меня тестируют. Реакцию проверяют.
— А ты что? Опять куда-то собрался? — отпела она. — Ночь на дворе! Все путёвые люди спят давно! — При этом она окинула презрительным взглядом всю нашу компанию.
— Ну и ты… спи… — прокряхтел я, натягивая на себя предмет туалета. Тело слушалось безукоризненно!
— Ага… Поспишь тут с тобой… Всё? — оглядела она меня оценивающе. — Помаши всем «Спокойной ночи!» и — вперёд!