Бифуркатор
Шрифт:
– Ты что, ещё спишь?
– голос Стёпки немного суетливый.
– А сколько время?
– Уже десять. Давай поднимайся, мы скоро подойдём.
Связь обрывается, и я сажусь на кровати. Десять? Прямо вот десять ноль-ноль? А почему у меня состояние, будто только недавно рассвело?
Всё ещё потирая сонные глаза, я чищу зубы и только сейчас осознаю Стёпкино мы. Мы на подходе, как-то так он сказал. Значит, всё же уговорил Сергея пуститься в опасное путешествие!
На мне всё ещё Стёпкина футболка. Надо одеться во всё новое. Я так и поступаю, даже нижнее бельё меняю. Джинсы - только вчера
Наскоро побросав в себя разные бутербродики, я выхожу на улицу. У ворот уже беседуют Стёпка и Серый. Друг в привычном одеянии: цветная футболка и излюбленные клетчатые рубашки поверх, а вот Сергей, как истинный спортсмен, в белой обтягивающей майке, демонстрирующей его мускулы.
Завидев меня, Стёпка машет рукой, будто я их не вижу.
– Мы можем опоздать, - говорит он.
– Бежим быстро.
– Не суетись, - Серёга касается плеча брата.
– Здесь пару кварталов, дойти - пять минут.
В принципе, в нашем маленьком районе до любого дома можно дойти за пять минут. Меня вдруг пробивает на сентиментальности.
– Серёг, - говорю.
– Ты извини, что так всё получается. А ты вообще изверг, травмируешь своего брата!
– строго грожу Стёпке.
– Стоп-стоп-стоп!
– Серый перекрещивает руки.
– Тайм-аут! Никто никого не травмирует.
– Да, - уверенно кивает головой Стёпка.
– Он сам увязался.
– Ну во-первых, не увязался, - хмурится Сергей.
– Просто, я просил тебя, идиота, ни во что не вмешиваться. Знаешь, что вчера он устроил мне?
– Серый смотрит теперь на меня.
– Сказал, что пойдёт в любом случае. Что даже если я запру его, он вылезет в окно. Мне и так вчера от папы весь вечер доставалось из-за канареек. А тут ещё этот истерики закатывает.
– Я же знаю на что давить, - гордо усмехается Стёпка и обращается ко мне: - К тому же, ты что думаешь, я бы позволил идти только нам двоим, слабакам?
– Вот это верный аргумент, - кивает Серый.
– На это мозгов у него хватило. Я могу отправить в нокаут противника почти любой весовой категории.
– Даже весовую категорию с пистолетом?
– хмурюсь я и усмехаюсь.
– А что, там могут быть и такие?
– теряется Сергей.
– Да даже если будут! Кто решится стрелять в офисах посреди рабочего дня?
– Ну... в общем, идея сумасшедшая, - тут же вставляет Серый.
– Но мне бы и самому хотелось разобраться с тем, что я вчера увидел. Да, с полицией сделать это проще, но первую встречу организуем с глазу на глаз, порвём пару лиц, надерём пару жоп, а уж потом в полицию.
Я улыбаюсь через силу. Кажется, Серый даже не понимает, с какой силой мы столкну-лись, и Стёпка пользуется тупостью брата. И конечно футбольный нападающий совсем не понимает: стрелять в нас могут кое-чем бесшумным и покруче чем пули. Например: ма-ленькие чёрные дыры.
– Тогда чего стоим?
– жмёт плечами Стёпка, и мы несёмся по улице.
К жёлтой двухэтажке прибегаем и правда минут за пять, на часах пока 10.48. На какой-то момент
я замираю и внимательно наблюдаю за зданием. С виду милое, утонувшее в пестроте реклам, фасад окружён венчиком кустиков, и по углам здание охраняют четыре одинокие берёзки.Пока я смотрю, из единственной железной двери, напоминающей чёрную заплатку, вы-ходит девушка, смотрит на часы и спешит по улице.
– Пойдём же, - торопит Стёпка.
Я качаю головой и пересекаю за ним дорогу.
Чтобы проникнуть в здание не понадобилось звонить в домофон, дверь поддалась. Раз-жиревший парень на вахте даже не посмотрел в нашу сторону. Заведение гудело человече-скими голосами, повсюду сновали офисные рабочие, глуповатые клиенты.
Поднявшись на второй этаж по крутой лестнице, мы попадаем в вестибюль с той же ат-мосферой. Дверь правого крыла распахнута настежь, сквозь неё можно увидеть людей-муравьёв, суетящихся вокруг своих муравьиных дел. А вот в левое крыло путь нам отрезала бирюзовая дверь. Стёпка потянул, та тоже поддалась.
И мы попали в другой мир.
Одинокие лампы дневного света - единственный источник звука. С обеих стен на нас глядели закрытые двери. За ними не слышно ни звука. Пока мы медленно двигались впе-рёд, Стёпка даже попробовал открыть парочку, но те оказались запертыми. На гладких деревянных поверхностях висят таблички:
Корпорация "Осень"
Клуб вязания "Красная Шапочка"
Отдел маркетинга "Абордаж"
– Смотри, - Стёпка отрывает меня от чтения, толкнув локтём в бок.
Прямо впереди, в тупике коридора, отличающаяся от всех своим месторасположением, прячется оранжевая дверь. На простеньком листочке формата А4, спрятанного в файл, чернеет:
кабельная компания
СОМЕРСЕТ
Ниже идеальный трёхлистный клевер, а на верхней планке косяке скромная 9, спрятан-ная в жестяном ромбе.
– Это наша конечная точка.
– Да тут глухо, как в гробу, - хмурится Сергей.
– Спокойно, внизу люди, никто стрелять не будет!
– немного раздражённо говорит Стёп-ка. Он в нашем клине центральный. Делает пару шагов вперёд и тянет дверь на себя. Та поддаётся. Внутри меня обрывается жизнь.
Стёпка оборачивается:
– Мы входим или будем лясы точить?
– Только сразу предупреждаю, - шепчет Серый.
– Вы у нас два умника, вот вы и будете там говорить. Я просто постою у двери на случай физической подмоги.
Стёпка улыбается и глядит на старшего брата как на наивного младенца.
– Ты у нас самый старший, поэтому могут говорить как раз с тобой. Хватит философии. Гоу-гоу-гоу!
С этими словами друг входит внутрь. Откуда у него столько энтузиазма? Удивляюсь. Вроде всю жизнь был серой мышкой!
Мы оказываемся в маленьком кабинете, не больше туалета в моём доме. Я понимаю, что папа сделал нам большой сортир, но всё равно, под это дело актовый зал не отведёшь. Оцениваю площадь клозета в тринадцать квадратов. А если учесть, что правая и левая стены заставлены шкафами, нам остаётся небольшой коридорчик, в котором могло бы поместиться не более пяти человек. Жалюзи на единственном окне, плотно прикрыты, комната погружена в плотный мрак, а прямо перед нами высятся два придвинутых друг к другу стола, на которых спиной друг к другу спят мониторы.