Басни
Шрифт:
Напуган был, и не жалея слов,
Пообещал он сто волов,
Завоевателю Титанов!
(Не обладая ни одним,
И сто слонов мог обещать он тоже,
Что для него не стоило б дороже).
Причалив к берегу, спасен и невредим,
Он из костей устроил всесожженье;
К царю богов от них вознесен дым.
"Юпитер,-молвил он,-вот жертвоприношенье!
Прими его: ведь дымом лишь одним
Величие твое и бескорыстье сыты;
Отныне мы с тобою - квиты!"
Юпитер
Чрез неneieuei же дней обманщик видит сон
О том, что в тайнике сокровища зарыты.
Он кинулся туда как на пожар,
Но лишь грабителей нашел он вместо клада.
Моля, чтобы ему дана была пощада,
Он обещал им сто талантов в дар,
В земле зарытых чистоганом.
Но те сочли слова его обманом:
– Приятель, ты шутить задумал невпопад,
Сказал ему один грабитель,
– Умри, и в дар из ста талантов клад
Плутону отнеси в подземную обитель.
О. Чюмина.
Сюжет заимствован из басен Эзопа и Поджио (прим. к б. 43). Встречается также у Рабле в "Гаргантюа и Пантагрюэль".
183. Лисица и Кот
(Le Renard et le Chat)
Лиса и Кот вдвоем пустились в долгий путь,
И с первых же шагов их скука одолела.
И вот Лиса, чтоб идя не заснуть,
С Котом о доблестях поспорить захотела
И говорит: "Почтенный кум,
Я слышала не раз, как хвалят все твой ум,
И говорят, что ты хитер, лукав и ловок.
Не смею умалять твоих заслуг,
Лисица и Кот
Но, право, милый Друг,
Не знаешь ты и доли всех уловок,
Которых у меня такой большой запас!"
– Ты, кумушка, права на этот раз,
Ей Кот в ответ, - к тому же я, признаться,
С тобой не стану и тягаться;
Моих затей недолог счет:
Один простой талант - в нем все мое спасенье,
Зато уж он один, без всякого сомненья,
Твоих три сотни за пояс заткнет!
Так, слово за слово, и завязалась ссора.
Но рассудить задумал их Зевес.
И только что взошли они в дремучий лес,
Как бросилась на них борзых лихая свора.
Тут Кот в единый миг на дерево залез
И вниз кричит: - Вот все мое уменье!
Теперь, кума,
Яви-ка ты плоды лукавого ума
И поищи по-своему спасенья!
Лиса же, между тем, на разные лады
Морочила назойливую свору,
И, ведая в лесу все тайные ходы,
Старалась улизнуть в извилистую нору.
Но и в норах, где пес Лисы не достигал,
Ее охотник ?u?i? донимал.
И как моя кума ни ухищрялась,
Все ж в зубы под конец двум ловким псам
попалась.
Нередко нам вредит излишество затей.
По мне, одно оружие имей,
Да в совершенстве им владей
И в дело вовремя пустить его умей.
Г-т.
Заимствована из "Апологии
Федра" новейшего латинского поэта Ренье (Regnerus) (1589-1658) (прим. к б. 149). На русский язык басня переведена Сумароковым ("Лисица и Кошка").184. Муж, Жена и Вор
(Le Mari, la Femme et le Voleur)
Жил Муж,
В Жену влюбленный страстно.
Но, обращаяся с Женою полновластно,
Он был несчастен... Почему ж?
Да потому, что равнодушна
К нему была его Жена,
Всегда ровна, всегда послушна,
Всегда, как камень, холодна!
Несчастный Муж страдал, - и это так понятно:
Ведь он был Муж,-с Женой жить принужден.
Женатым же тогда приятно,
Когда союз любовью освящен.
Супруга же к нему любовью не пылала
И с нежностью его ни разу не ласкала.
И вот однажды в ночь обиженный супруг
Ей горько плакался на жизнь свою, как вдруг
Их разговор
Прервал внезапно Вор.
Несчастная Жена так Вора испугалась,
Что с трепетом скорей прижалась
Всем телом к Мужу. "Милый друг!
Вскричал тут радостно супруг.
Не будь тебя - такого счастья
Я не изведал бы вовек.
Возьми же, добрый человек,
В награду за твое участье
Что хочешь!" И в короткий срок
Вор все унес, что только смог.
Из басни вывел я такое заключенье:
Страх - чувство всех других сильней.
При нем забудешь отвращенье.
Но иногда и страх бледней
Бывает при любви. Так был один влюбленный
Настолько страстью ослепленный,
Что дом поджег нарочно свой
Лишь для того, чтоб, от огня спасая,
Своей рискуя головой,
Возлюбленную несть в объятиях сжимая.
Мне по душе горячей страсти зной:
Я рассказал сейчас рассказ любимый мой.
Но на такой порыв испанец лишь способен:
Не так безумен он, как пылко благороден.
А. Зарин.
Из Бидпая и Локмана (прим. к б. 19 и к б. 140).
185. Два Человека и Клад
(Le Tresor et les deux Hommes)
Бедняк, которому наскучило поститься
И нужду крайнюю всегда во всем терпеть,
Задумал удавиться.
От голода еще ведь хуже умереть!
Избушку ветхую, пустую
Для места казни он поблизости избрал,
И, петлю укрепив вокруг гвоздя глухую,
Вколачивать лишь в стену стал,
Как вдруг из потолка, карниза и панели
Червонцы на пол полетели.
И молоток из рук к червонцам полетел!
Бедняк вздрогнул, остолбенел,
Два Человека и Клад
Протер глаза, перекрестился
И деньги подбирать пустился.
Он второпях уж не считал,
А просто так, без счета,
В карманы, в сапоги, за пазуху наклал.