Артефакт
Шрифт:
В межмирье нет ничего. Абсолютная пустота, ни звуков, ни звёзд...
А после ей, повисшей на грани смерти, явился Он. Спас её, предложил место рядом с собой.
Но она уже была уничтожена.
Зелёные глаза княгини полыхнули мистической зеленью. Если бы рядом было хоть что-то живое, или условно живое, оно бы умерло на месте.
Только рядом ничего не было.
Как смешно Дея попалась на уловку, как она легко попалась...
Милениль
– Госпожа Милениль?
– окликнули её сзади.
Бывшая княгиня обернулась, надев повязку. За ней стоял один из старших Историков, Бардан.
– Вас призывает первый, - торжественно объявил он, придерживая капюшон.
Милениль кинула и отпустила его лёгким движением руки. Бардан поклонился и исчез.
Княгиня в последний раз оглядела пустыню и шагнула назад, в свой кабинет.
Величайший обман всех времён продолжает жить.
***
Эльмариэн тал'Ароузе мирно шла по лесу, спотыкаясь о корни и ветки. В отличие от своей младшей сестры Осени, Мари, как называли её ласково родственники, с лесом так и не подружилась.
Лес не желал её принимать, и она так и не поняла, почему отец, принц лит"маро, избрал её своей наследницей. Слишком тихая, спокойная и не конфликтная, Эльмариэн не была похожа на представителей народа, которым им с отцом предстояло править. К тому же, её магический дар был светлым, не как у остальных лит'маро. Не как у отца.
С другой стороны, у Осени вообще дара волшебного не было: она, как и её мать, была менестрелем. Менестрель на престоле - что может быть более абсурдным? Но всё же, сестра обладала характером лит'маро: вспыльчивая, порывистая и свободолюбивая.
Отцу она определённо нравилась больше, хоть он и не показывал этого. Он понимал Осень.
Внезапно, как и всегда, из кустов выпрыгнула Осень, перегородив печально размышляющей сестре дорогу.
– Мари, Мари!
– зашептала она, - иди сюда!
И затащила Эльмариэн в те же кусты, откуда выпрыгнула. Такое возбуждённое состояние было для Осени типично лишь тогда, когда из неё рвалось предвиденье. Мать Осени, госпожа Молесса, утверждала, что ей трудно контролировать эту часть своей души из-за того, что её отец не человек.
Почему-то Молесса называла народы, живущие за пределами человеческой империи, человеческим словом - "эльфы". Народы она также называла по-человечески: "тёмные эльфы", "светлые" и "серые".
Госпожа утверждала, что все проблемы с контролем дара менестреля у Осени из-за того, что её отец эльф, а не человек. И к тому же, колдун. Отец утверждал, что все проблемы Осени из-за её возраста. Спорили они обычно без остановки.
– Осень, - поймала сестру за рукав Эльмариэн, - ты в порядке?
Осень странно кивнула и ухватила
Мари за локоть.– Мари, Мари! Смотри!
Она указала куда-то на тропинку, с которой утянула сестру. Там ничего не было.
– Осень...
– Не отвлекайся!
– шикнула Осень.
– Осень, послушай, может, тебе стоит...
– Эльмариэн замялась, подбирая слово, - выпустить свой дар?
– Ещё не время, - странным голосом сказала сестра.
Её светло-карие глаза сверкнули на мгновение зеленью, и Эльмариэн осознала, что Осени совсем плохо.
– Осень...
– вздохнула Мари, оборачиваясь к ней.
– Смотри!
– грозно приказала сестра.
– Но там ничего...
Мысль Эльмариэн прервал золотой дракон, опустившийся с небес прямо на лесную тропинку. Мари сразу поняла, что дракон этот не очень нормальный: какому адекватному живому существу придёт в голову, при таких размерах, сесть на узкую дорожку?
– Правда, он красивый?
– дрожащим голосом спросила Осень.
Эльмариэн, не в силах подобрать слова, просто кивнула. Дракон между тем как-то плавно перетёкал в человеческую форму. Практически через секунду на месте величественного золотого дракона стоял юноша среднего роста, в его чёрных волосах сверкало несколько золотых прядей.
– Осень, - охрипшим от волнения голосом прошептала Эльмариэн, - он же как тот, белый...
Сестра не ответила. Когда превращение закончилось, и юноша крепко стоял на земле, Эльмариэн вдруг ощутила резкий толчок в спину и вылетела из кустов прямо на дракона. Тот, судя по всему, очень сильно удивился, но девушку поймал.
– Привет, - внезапно сказал он.
– Привет, - изумлённо ответила Эльмариэн, не пытаясь даже выбраться из его объятий.
Дракон, впрочем, отпускать её и не спешил. Украдкой, Мари бросила взгляд в кусты, но Осени там уже не было. Чего и следовало ожидать.
– Я Альт, - вдруг представился дракон.
– А я Эльмариэн, - отозвалась девушка.
У него были золотые глаза. Это всё что Эльмариэн могла бы сказать о нём. Золотые удивительно прекрасные глаза.
Казалось, они простояли пару мгновений.
Идиллию нарушил отец
– Эльмариэн!
– позвал он дочь строго.
Дракон и девушка разжали объятия и сделали друг от друга по шагу, чувствуя себя в чём-то виноватыми.
– И что тут происходит?
– с какой-то непонятной, холодной яростью спросил принц.
– Папа...
– неуверенно позвала Мари.
Отец махнул ей рукой, призывая замолчать, и потянул из ножен меч.
– Я дракон, - неуверенно заметил Альт.