Чтение онлайн

— Тогда и ты запомни. Весь твой жизненный опыт гроша ломанного здесь не стоит. Под колёса автомобиля ты не попадёшь, потому что здесь нет автомобилей. Здесь другие опасности. Опасные опасности. И светофоров, заметь, здесь тоже нет. Так что придётся тебе меня слушаться иначе ссориться нам с тобой будет не из-за чего.

— Вот только пугать меня не надо…

— Да кто ж тебя, дуру, пугает. Это я тебя предупреждаю.

— Я учту, — с независимым видом сообщила Аля и задумалась.

Алька думала о совсем неподходящих вещах. О том, что статья так и останется ненаписанной, что гадалка, предсказавшая ей перемены в жизни, была более чем права, что

выполнение последних двух пунктов жизненного плана придётся отложить на неопределённое время и что Владислав Сергеевич пригласит на ужин кого-нибудь другого. Может быть даже ту же Ольгу. От этих мыслей Альке стало совсем грустно. Хотя, куда уже грустней. Сидит, запертая в чужой могиле и выслушивает угрозы бестолковой ведьмы, которая нуждается в её, Алькиной помощи, но упорно отрицает очевидное.

Алька тяжело вздохнула.

— Рассвет скоро, — сообщила Мелина, — отдохнула бы, а то нам до города не меньше часа шагать, завтрак и того позже будет.

— Ничего, я выдержу, — заверила Аля, заталкивая в глубины подсознания мысли о еде.

— Выдержит она, — фыркнула ведьма, — думай тогда о чём-нибудь другом, а не о бабушкиных пирожках.

— Так ты мысли мои слышишь! — всполошилась Алька.

— Нет, это не мысли. Это твоё голодное воображение. Я даже запах этих чёртовых пирожков чувствую. Прекрати сию же минуту. Мне уже дурно от вони.

— Никакая это не вонь. Это аромат. Не нравится — не нюхай.

— Можно подумать, у меня есть выбор. Вообрази что-нибудь без запаха. Тебе же не важно, что хотеть. Или захоти что-нибудь в упаковке…

— Кильку в томате, — предложила вредная Алька и услышала в ответ мучительный стон.

— У тебя даже консервная банка воняет.

— Ничем не могу помочь. У любой еды есть запах, а у меня ассоциативное мышление. Кстати сказать, кильку в томате я на дух не переношу.

— В этом я с тобой полностью солидарна. Давай лучше бабушкины пирожки.

— То-то же, — Алька поздравила себя с мелкой победой, — Так я так и не поняла — ты мои мысли слышишь или как?

— Когда ты со мной общаешься, то да, слышу. Так что рот можешь держать закрытым, а когда ты сама по себе, то только чувствую как мысли шевелятся.

— Значит личное пространство у меня всё-таки есть, — обрадовалась Алька.

— В туалет всё равно вместе ходить будем, — в голосе Мелины радости не было.

— Хорошо, что мы девочки, — глупо хихикнула Аля.

— И это единственно общее между нами.

Склеп они покинули на рассвете.

Солнце тонкой полоской алело на горизонте, а над головой густела темнота, подсвеченная облаками. Ничего иномирного Аля в пейзаже не наблюдала.

Обычное осеннее утро, обещающее обычный осенний день.

Серые надгробья в утренней серости. Вдалеке кучерявые сгустки тёмной растительности — кусты ли, деревья — не понятно.

Воздух может быть чуть свежее и прозрачней, а так самое всё обычное. Аля даже разочаровалась немного. Чего она ожидала? Наверное, чего-нибудь вроде компьютерной графики популярных игр или спец эффектов мистических фильмов, но всё было таким обыкновенным, что даже обидно.

Вот она, Аля Прошина, в чужом, мире, а в мире этом ничего незнакомого. Такое чувство, что на экскурсию в деревню приехала.

Под ногами дорога, засыпанная крупным гравием. Идти по такой очень неудобно тем более, что жидкой грязи

здесь тоже достаточно. Аля порадовалась, что хоть с ботинками ей повезло. Вот одела бы она вчера балетки, как настаивала бабушка, сейчас бы уже шлёпала босиком.

В ногах путался грязный подол и мешал широкому шагу. Следовало бы придержать его руками, но Алька прижимала их к груди в надежде сохранить тепло собственного тела, просачивающееся сквозь ветхий платок, которым была обмотана грудь.

Лялька смутно представляла себе свой туалет, но догадывалась, что похожа на чучело, обёрнутое в саван. Хотя почему похожа — она и была чучелом в саване. На что ещё можно было рассчитывать в таком месте и в такое время. Было бы чуть теплее, и Алька сорвала бы с себя всё это тряпьё — и плевать на всякие там угрозы. Но холод был сильнее брезгливости и капризов. Он вообще был сильнее всех прочих чувств и желаний. На борьбу с ним уходила вся энергия и Альке оставалось только покорно переставлять ноги и шмыгать замёрзшим носом.

— Долго ещё? — в который раз спросила она у молчаливой Мелины.

— Уже скоро, — в который раз ответила та.

— Твоё скоро когда-нибудь наступит?

Если бы вопросы надо было задавать вслух Алька бы от них воздержалась, но мысленное общение располагало к брюзжанию, чем Алька с удовольствием и занималась. Мелина даже не пыталась возражать. Просто периодически напоминала, что в конце дороги их ждут еда и тепло. Надо только ещё чуть-чуть потерпеть. И Алька терпела. А что ещё ей оставалось делать? Терпеть, переставлять ноги и злиться на этот негостеприимный холодный мир.

— Пока тебе всё равно делать нечего, может расскажешь куда мы идём и что там нас ожидает? — вопрос этот уже давно беспокоил Альку, да только задать его она боялась. Думалось ей, что и сама Мелина ответа не знает, но упорно свои сомнения скрывает от попутчицы. Было в её молчании какое-то подозрительное напряжение. Словно она искала и не находила ведомые только ей знаки и приметы. — А может мы с тобой заблудились? — озвучила свои мысли Алька.

— Не говори глупости, — в голосе Мелины не было уверенности, только раздражение, — дорога доведёт нас до города, а там уже легче будет. Ты, главное, шевелись бодрее. Бабушкиных пирожков я тебе не обещаю, но голодными мы не останемся.

— Ты то уж точно голодать не будешь, — не удержалась от колкости Алька, — духи, говорят, энергию из воздуха черпают.

— Меньше бы ты разные глупости слушала. Духи и есть энергия. Только я уже не дух и желудок у нас один на двоих…

— Я что же теперь за двоих жрать должна? — Альку такая перспектива не радовала.

— Я же сказала — желудок один. Больше, чем влезет не съедим. Только, — в голосе послышались просительные нотки, — ты когда будешь еду выбирать, учитывай и мои вкусы. Хорошо?

— Учту, — пообещала щедрая Алька, — мне вообще всё равно. Я в вашей еде не разбираюсь. Только скорее бы до неё добраться.

— Уже скоро, — повторила надоевшую фразу Мелина.

— Послушай, а платить мы чем будем? — всполошилась Алька и даже сбилась с шага, — у меня ничего нет и выгляжу я не очень респектабельно. Меня в приличное заведение и не впустят даже…

— Мы сперва в Храм пойдём. Там нас и согреют, и накормят…

— Это у вас что-то вроде приюта для нищих, — Алю Прошину подобное предложение даже не удивило. А куда ещё податься грязной и обтрёпанной девице в чужом мире. Конечно, в приют для сирых и убогих. Хорошо, что такое место есть, а то пришлось бы ей руку за милостыней тянуть.