Вход для посторонних
Шрифт:
Глава 2 На задании
Приятно шляться по весеннему городу в рабочее время. Особенно приятно осознание того, что в отличии от беспечной толпы, ты на работе, и денежки капают, капают даже если ты, как сейчас Аля, пялишься в витрину дорогущего бутика.
Следует уточнить, что Алька не на разодетые манекены пялилась, а саму себя в отражении рассматривала.
Очень она себе нравилась.
Среднего роста, крепкая и ладная — никто и не догадается, что ещё совсем недавно её было в два раза больше.
В те, почти забытые времена, носила она бесформенные хламиды, уверенная, что излишек
Алька улыбнулась, вспоминая удивление младшего брата, когда он впервые заметил, что у сестры есть талия.
А у сестры, как оказалось, есть всё.
И тонкая талия, и выразительные бёдра, и стройные ножки, и даже достойный внимания бюст.
Попробовала бы она тогда напялить на себя юбочку из розовой органзы — все бы решили, что из цирка слониха сбежала. А сейчас очень даже миленько, и в волосы она себе добавила красные и золотые пряди чтобы веселее было. Бабушка правда за сердце схватилась, когда увидела, но внучка успокоила — это не навсегда. Это просто весна. Просто душа перемен просит.
Тоська считала, что крайности, на которые идёт её похудевшая подруга — это поиски новой себя. Наверно она была права, но сама Алька предпочитала считать, что это она так примеряет на себя новый, доселе неведомый ей мир.
На диктофоне, взятом у папы, были записаны уже три сеанса гаданий, и Аля спешила на четвёртый, обдумывая блестящую статью, которую ей предстояло написать.
То, что статья будет блестящей она не сомневалась ни минуты. Владиславу Сергеевичу понравится.
Она, в общих словах, передаст ему краткое содержание во время их совместного ужина. Они вместе посмеются, может быть обсудят детали, а потом перейдут на 'ты'. От этих мыслей у Али что-то сжималось в тугой комок где-то в районе солнечного сплетения, и горячая волна приливала к щекам.
В своих мечтаниях Аля была очаровательна, кокетлива и остроумна. Владислав Сергеевич терял голову и рассыпался в комплиментах, а она благосклонно их принимала, намекая на возможное продолжение вечера.
Тут Алькины мечтания дали небольшой сбой, потому что личного опыта продолжения вечеров у неё не было от слова 'совсем'. По плану, до вступления в серьёзные отношения, этот опыт должен был появится, но у жизни свои сюрпризы — придётся довериться обстоятельствам. В конце концов, первый раз бывает у всех и ни у кого он не становится последним. Может быть Владиславу Сергеевичу даже понравится…
Щёки опять полыхнули и Аля, очнувшись, заставила себя сосредоточится на работе, то есть поспешить на очередную встречу с судьбой.
В старую коммуналку её впустила то ли старушка с детскими косичками, то ли ребёнок, одетый старушкой. Аля рассмотреть не успела — её провели по длинному коридору и оставили одну в атмосфере старомодного уюта.
Круглый стол с четырьмя тяжёлыми стульями, покрытый тёмной скатертью с бахромой. Диван, оббитый потрескавшимся дерматином с тусклыми заклёпками. Фикус у зашторенного окна. Одноногий столик со старомодным приёмником… Время здесь словно остановилось. Казалось, включи приёмник, и раздастся „Синий платочек“ или что-нибудь столь же старое и легендарное.
Алька уже поняла, что ожидание — часть ритуала. Чем дороже визит, тем дольше ожидание. Самая дешёвая приняла без всяких проволочек и сеанс занял
не больше получаса. Кстати сказать, это гадание произвело самое приятное впечатление.Женщина лет сорока, уставшая и неухоженная, сообщила Але, что её ожидают неожиданные перемены как в профессиональном смысле, так и в личном. Посоветовала не терять надежды и верить, что всё будет хорошо.
Коротко, по делу и с привкусом оптимизма.
Аля, как специалист, оценила умелое словоплетение.
Правда без подробностей — самая достоверная.
Предсказание сбудется в любом случае, ведь жизнь не стоит на месте. Может быть перемены и не будут особо заметны, но ведь никто не обещал глобальных.
Дорогая Мадам оказалась самой противной. Она настойчиво уверяла клиентку, что на той сглаз и даже проклятье. Что от этих аурных язв необходимо избавится иначе возможное счастье не удержать.
Расценки по восстановлению повреждённой ауры были тут же предоставлены импозантным секретарём, а предсказательница, так попросила называть себя гадалка, перешла к самим предсказаниям, не забыв напомнить, что этот набор розового счастья возможен только после снятия порчи.
Однако, цинично думала Аля, мало того, что содрала за свою болтовню хорошенькую сумму, так ещё и доплаты желает за гарантии. Ловкая тётенька…
Дорого и очень дорого в этом салоне стоило всё. И мебель под старину, и ароматные свечи фантастических цветов и очертаний, и секретарь этот, ненавязчиво подносящий кофе.
Аля не особо внимательно вслушивалась в стандартный набор глянцевого счастья, больше прислушиваясь к жужжанию старенького диктофона в сумке, а воображение уже щёлкало пальцами по клавиатуре…
— Тебе что, не интересно? — удивилась провидица рассеянности клиентки.
— Нет, что вы, — заверила Аля, — только я всё думаю, кто порчу на меня навёл и где денег взять чтобы от неё избавится.
— На первый твой вопрос смогу ответить, как только второй решишь, — пообещала, блеснув белыми, хищными зубами провидица, — захочешь отомстить, помогу.
— Это как? — заинтересовалась девушка.
— Порчу вернём ещё и усилим. Вот как.
— Дорого наверно, — предположила Аля с сожалением.
— А ты как думала? Это уже не гляделки в шарик, а настоящее колдовство, — пояснила наивной дурочке.
— Так вы что, и колдовать умеете? — выпучила глаза Алька.
— Я, деточка, всё умею, — заверила небрежно, — а ты, иди. Иди себе. Как со вторым вопросом разберёшься, возвращайся. Я помогу. Враги твои ещё пожалеют…
Аля уходила озадаченной — обещание имело криминальный подтекст… Нет, не может быть, мотнула головой, освобождая её от неприятных мыслей. Но с другой стороны…
Третья была жуликоватой старухой, уверяющей, что является потомственной ведуньей и обещающей всяческие беды и несчастья если…
В список «если» входила длина юбок, цвет волос и посещение злачных заведений. Так же настоятельно рекомендовалось не знакомится в интернете, в общественном транспорте и просто на улице.
У Али создалось такое впечатление, что потомственная ведунья лично знакома с бабой Дусей из второго подъезда. По крайней мере и она, и соседка пропагандировали одинаковые женские добродетели с одним незначительным отличием — баба Дуся делала это совершенно бескорыстно, часто даже вопреки желаниям слушателей, а ведунья брала мзду и ещё ожидала благодарности.