Ветеран
Шрифт:
Выполняя очередность действий рассказанную нам купцом, мы немного волновались и было отчего. Но все сработало. Да здоровенных двухлоктевых кувшина в небольшой нише, которые невозможно было даже приподнять вдвоем. Клянусь, даже у меня случился приступ жадности. Здесь было столько, что хватило бы на всю жизнь. Мне. Слава Единому, что люди подобрались опытные и не нервные. Смерив золото и друг друга взглядом, оценив шансы, не сговариваясь порешили, что жадность это плохо и надо действовать сообща.
Восстановив, тайник в прежнем виде мы отправились обратно.
– Основную казну он нам так и не
– Почему, - прошептал зачарованный видом золота атаман пришлых.
– Не может у такого купца быть так мало денег, - категорически произнес Безухий.
– Наверняка это у него срочные деньги для подобных случаев, или откупиться или что. Их много, но не очень, как раз ровно столько, чтобы откупиться от дешевых разбойников, типа нас.
– Не фига себе немного, - возразил я, - мы втроем не смогли утащить. К тому же его богатство не в золоте, а в бумагах, товарах, кораблях.
Этот разговор велся уже на обратном пути. Старик бывший провожатым, немного успокоился, все получилось, бандиты убедились, что золото есть, значит дальше будет все нормально. Ну в самом деле, не звери же они, убивать просто так людей - тем более откупившихся.
Мысли старика настолько явственно прорисовывались на его лице, что даже было неинтересно. Тем более, что придется убирать всех, золото то мы унести не смогли.
4
Мы уже почти вышли из крепкого купеческого квартала, как нас остановил осторожный свист, раздававшийся из подворотни. Присмотревшись мы заметили ШУстрго, энергично махающего нам рукой.
– Сюда, быстрее.
Подбежав к нему я строго спросил:
– Как ты здесь оказался?
– Да братва предупредить послала. В порту гвардейцы появились, рубка идет. Поосторожнее надо бы.
– Ну все предупредил? Теперь обратно пошли. И быстро!
– Подожди, - Шустрый уцепился за мою руку, - видишь воон те ворота.
– Ну?
– Так вот, несоклько минут назад оттуда выглянула одна знакомая тебе личность.
– Ну?
– Гну! Там кто-то из банды Хрипатого, может и он там же.
Переглянувшись мы решили посмотреть, что там происходит. Если же их гораздо больше, то потихонечку свалим. Подойдя к воротам, я потянул створку на себя, те приоткрылись ровно на столько, чтобы пролезть не толстому человеку. Скользнув во двор мы не обнаружили ничего, кроме нескольких трупов, охранников и явных арестантов. Быстренько осмотревшись мы пошли шарить по дому, пока не услыхали звуки.
Картинка была так похожа на ту, что оставили мы, что вызывала умиление. Кто-то трудился над разложенной женщиной, кто-то прижигал пятки купцу, кто-то с равнодушным видом сидел за столом и пил найденное тут же вино. Убить их не составляло особого труда. Оставив шустрого на стреме, мы расстреляли находящихся в комнате из арбалетов, не заморачиваясь на длинные разговоры и объяснения за что мы их всех убиваем. Пришпилив допрашиващего купца к стене, а пьюшему вино всадили болт в дно кувшин так, что он пришпили чудом не расколовшийся черепок к раззявленному рту.
Тело на бабе даже не услышало этого, продолжая заниматься своим делом.
Безухий, подошедший чтобы прекратить столь явное неуважение оказываемое нам, был мной остановлен.
– Погоди. Дай
человеку сдохнуть счастливым.Дождавшись пока тело не застонет и не начнет двигать бедрами быстрее, Безухий аккуратным движением небольшой тяпки для рубки капусты, сильным ударом перерубил тому шейные позвонки. Человек умер счастливым.
Оглянувшись в поисках противника, я послал своих, кроме Безухого, быстренько осмотреть дом, а сам взял стул и уселся напротив купца:
– Ну вот что, купец, - обратился я к пожилому человеку в халате, с закрученной по обычаям безземельного племени бородой.
Тот обреченно продолжал смотреть на меня. Безухий повел глазами в сторону разложенной мамзели, на которой все еще лежал труп жирного. Девочка была молодцом и не вылазила, чтобы не напоминать о себе, ну или просто сознание потеряла, не знаю. Я отрицательно мотнул головой, Безухий с сожалением еще раз оглянулся, но согласно кивнул. Видимо тоже понял, что второй кусок нам не осилить.
Сейчас они быстро обшмонают дом и убитых нами "сослуживцев", мне же нужно привести в чувство купца. Нам не потянуть второй куш, значит есть возможность сделать доброе дело.
– Эй, - я легонько отхлестал его по щекам, приводя в чувство.
– Ну ка, давай, сфокусируйся.
Взгляд хозяина наконец стал сосредоточенным и он спросил прерывистым голосом:
– Кто вы?
– Солдаты, - ухмыльнулся я.
– Обычные солдаты.
– Освободители, родненькие , - прошептал купец и затрясся в рыданиях.
Я почувствовал себя очень неудобно:
– Значит так, так мужик, сейчас берешь выживших и где-нибудь ховаешься. Если кто докапывается, то говоришь, что уже подоили. Бывай.
Купец сзади всхлипывал. Я выскочил из комнаты, собрал своих и мы бегом направились к нашим.
***
– Как чувствовал! Как чувствовал!
– все повторял Шустрый забегая то с одной, то с другой стороны.
– я Захожу, а там эти! Ну я кааак!
Он делал воображаемый замах, с удовольствием пересказывая все, чему мы только что были свидетелями. Видимо тренировался для будущих слушателей, я даже представил его на пару секунд убеленным сединами старцем, который рассказывает внучатам: "... и каак я его БАМ!".
На секунду стало смешно, но глянув на его одухотворенное лицо, я решил что долгая жизнь ему никак не грозит, впрочем, как и всем нам.
***
Оставшаяся дорога прошла без приключений, если не считать небольшого курьеза со священником, уже на подходе к складам мы заметили несколько ошъялков, причем из местных, которые пытались утащить что-то из небольшого храма. Священник, вцепившийся в небольшую позолоченную (судя по легкости с которой ту таскали) ванну упирался и пытался усовестить преступников.
– Дети, мои раскайтесь и придите к Единому, припадите к стопам Его, и воздастся вам по грехам вашим, ибо...
– Знаем, святой отец, знаем, - отвечал сквозь зубы детина тянувший ванну на себя.
Его товарищ бегал вокруг пытаясь хоть что-то сделать.
– Креста на вас нет, слугу Его грабите,
– Что поделать, батюшка, несовершенен человек, поскольку создан был в последний день творения, когда Единый устал и торопился на отдых, - прервал его Шустрый, сноровисто стукая грабителя по башке.