Ветеран
Шрифт:
Плюнув и отложив решение это загадки до более лучших времен, я отправился спать. Наплевать на все бежать не удастся, ошейники не пустят за пределы лагеря, покончить хизнь самоубийством, как это сделали некоторые, я всего успею. Причем в коллективном порядке. Так что волноваться особенно не из-за чего, у меня всего два варианта: либо сдохнуть так, либо этак. Так что я лучше пока еще повыбираю, а торопиться не будем.
Книга скачана с сайта mirknig.su (бывший mirknig.com)
Глава 3.
1
Утро. Нам не сообщали специально, что именно на сегодня назначен штурм, но солдат, он ведь как горные тараканы, разводимые гномами. /Гномы очень точно предсказывают подземные толчки
В нашу клоаку прибыли полковые маги. Ну, конечно, не наши, а тех строевых частей, которые посланы сюда. Нас с утра покормили, по этому, когда прибыли маги, да еще в сопровождении полевых кухонь, все уже становилось ясно. Солдат может бояться, но должен преодолеть свой страх, для нас даже это было роскошью. Нас тупо опоят настоем затормаживающим один из основных инстинктов - самосохранения, и вперед.
***
Мы обедали, когда по лагерю пронеслась весть о визите магов. Не доев, я облизал ложку, сунул её в карман и встал.
– Ты куда?
– встрепенулся Шустрый.
– Схожу, гляну кого нелегкая принесла.
– Я с тобой.
Под негромкий смех окружающих, тот в несколько быстрых движений ложкой опорожнил свою тару и вскочил, стараясь разом прожевать всю кашу. Не знаю почему, но он прилип ко мне хуже банного листа. Скажу больше, он был уверен, что я не лох с воли, а из фартовых, да еще чистых. Чистый, это не то, чтобы я мылся недавно, это значит без наколок и клейма. Значит умный, хочет заработать и свалить, а то что я ничего не помню, так это тоже бывает.
– Вон у меня кореша по башке стукнуло, так он вообще себя бабой считал, да не простой давалкой, а благородной, - как то рассказывал он, - так ничего. Кореша ему второй раз по морде съездили, снова нормальным стал. Единственное что с тех пор, как врежут ему - баба, второй раз - мужик. Через это и погиб.
– Как?
– спросил я, чтобы поддержать разговор.
– В тюрьме ему по морде съездили, а баба которая в нем не выдержала такого позора и удавилась на решетке. Говорят минут двадцать катался, петлю затягивая, пока не сдох. И что интересно, - он оживился, - предсмертную записку написал, от бабского лица.
– И что такого?
– лениво спросил я тогда.
– Да то!
– подскочил он на месте.
– Когда он мужиком был, то писАть вообще не умел, он буквы за картинки принимал! Вот так!
Подобные разговоры он заводил с пугающей периодичностью. И еще вбил себе в голову, что я сумею выпутаться из любой ситуации, а заодно и корешей вытащить, но не всех, а тех, кто рядом. Вот и сейчас, мы стояли недалеко от палаток, под бдительными взглядами охраны, набранной, понятно дело, не из смертников, а из профессионалов. /Стандартная практика. Легионом в лагере командуют, вернее, дрессируют его, сержанты. На марше жизнь ввсника зависит от конвойников. На "рабочем" месте назначается командир из строевых частей, который и "отвечает" за них. Для того, чтобы случайно не похоронили вместе с палаткой и магами его же солдаты, выделяется охрана из очень опытных воинов. Их задача не сохранить жизнь командиру и магам, а дать возможность нацепить на руку управляющий браслет и уже с его помощью навести порядок во вверенном подразделении./
Негромко разговаривая ни
о чем, мы стояли, стараясь даже не показывать, что нас интересует, то что происходит в охраняемом периметре. Правда плохо получалось, но не из-за нас. Мы как раз были на высоте, в отличии от толпы припершихся сюда заинтересованных придурков, изображающих из себя праздношатающихся. Возможно, хотя и не факт, что остальные пришедшие точно так же думали о нас.И наконец мы дождались. Из палатки вышел наш командир, какой-то капитан, судя по морде не из дворян, такой суровый тип из тех кто верно служат всю свою жизнь, без напоминаний о себе, рассчитывая, что их честную преданную службу заметят. Ничего не дождавшись и выйдя на пенсию, такие либо спиваются, либо устраиваются в один из "диких" наемных отрядов, которые хоть к оркам - красивые эльфийские скальпы добывать; хоть к эльфам - во славу светлого оружия биться.
За ним вышли несколько магов, один из которых сверкнул белозубой улыбкой и обратил на нас внимание своих товарищей, ткнув в нашу сторону пальцем.
– Пошли, - сказал я.
– А чё? Дожидаться не будем?
– спросил Шустрый, тем не менее не отставая от меня.
– Чего дожидаться то? И так все ясно.
***
Вернувшись к костру, я подсел, отвечая на не заданные вопросы:
Маги, четверо, и отец-командир.
Дождавшись пока все не загомонят, а Шустрый не начнет рассказывать, освещая происшедшее таким количеством подробностей, что создается впечатление, будто он находился в палатке и разрабатывал план сражения наравне с магами. Безухий, шумно дыша, допивал кипяток:
Что еще нового?
Я тоже плеснул в кружку и уселся рядом:
С ними некромант, как мне показалось.
С чего ты взял?
Не знаю! Просто показалось и все. Предчувствие у меня нехорошее.
Это хорошо. Предчувствиям можно верить. Да не переживай, изменить что-либо мы не в силах, так что сиди и наслаждайся последними спокойными мгновениями.
Мысль была дельная и я застыл, ловя кожей лица и закрытыми глазами остатки летнего тепла, до тех пор, пока не засвистели капралы, не заорали сержанты, пытаясь построить инертную массу отдыхающих и не хотящих умирать людей.
***
– Все готовы?
Раздался невнятный голос:
– Что же они творят, суки!?
– Они специально это делают?
– Мы же сдохнем все из-за них!
– Тихааа!
– голос прикрепленного командира перекрыл недовольные голоса.
– Вы, каторжники, если вы и сдохнете, то невелика потеря.
Нам только что объявили, что мы будем иметь честь атаковать город. Для этого нам предлагалось принять волшебное зелье, которое якобы увеличивало силы, реакцию, увеличивало регенерацию и еще кучу всего. Отвечу так: все это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Если такой напиток и есть, то он явно слишком ценен, чтобы использовать его на каторжниках. Я лично видел только два варианта: либо оно не доработано и как раз проверяется на арестантах, либо это не такое зелье. Оба варианта не устраивали меня никак, другое дело, что большинство народа элементарно этого не понимало. Отказаться не получалось, подогнанные к отрядам полевые кухни с зельем и контролирующими это действо магами, а также бдительно следящий за всем командир, дважды без колебаний включающий "сильную руку", так что два десятка в которые затесались особо умные были сожжены на месте, пугая окружающих мешали этому.
Дойдя до кухни, я взял миску с отравой и задержав дыхание влил в себя эту бурду, могло показаться что я ошибаюсь, но по моему я узнал эту бурду. Встретившись взглядом с Безухим, мы одновременно мрачно качнули головами.
***
К началу атаки было доставлено три сборных отряда ВВС: Мраморное плато - около семисот человек, Восточная яма - тысяча четыреста и Дикий Лес - около тысячи. Два отряда: Галерники (морские ВВС) и Соседи (составленные большей частью из нелюдей, совершивших преступления и осужденные по людским законам.), даже не были вызваны, но в них, в отличие от участвовавших в сражении, и учили по настоящему, а не просто собирали отребье.