Чтение онлайн

5 марта 1684 года в Линце состоялось подписание договора о создании «Священной лиги» в составе Польши, Австрии, Венеции и Папской области. По замыслу соглашения Польша должна была получить Молдавию и Валахию, которые признавались сферой ее интересов, Австрия получала право на завоевание всей Венгрии. Венеция обязалась заблокировать побережье Турции силами своего военного флота, пресечь доставку продовольствия в Константинополь, а также послать сухопутные войска с целью возвращения Морей (Пелопоннеса) и Крита. Папа обещал «Священной лиге» моральную и финансовую поддержку.

Члены лиги пытались втянуть в союз и Россию, имевшую издавна конфликты с Турцией из-за Украины. В Москве тоже отдавали себе отчет в предоставившейся возможности использовать поражение Турции под Веной и отвоевать себе территории на Украине, получить доступ к Черному морю. Однако вступление в лигу

Россия ставила в зависимость от урегулирования взаимоотношений с Польшей.

Когда в Москву прибыли послы Леопольда I с миссией вовлечь Россию в лигу, князь Василий Голицын, ведавший тогда внешней и внутренней политикой государства, заявил им, что его страна имеет серьезные опасения относительно позиции Польши в случае возобновления войны с Турцией. Россия вступит в «Священную лигу» лишь в том случае, если Польша согласится на подтверждение условий Андрусовского перемирия и окончательный возврат России Киева.

Жесткая позиция России в этом вопросе, как и нажим со стороны австрийской и папской дипломатии, вынудили Речь Посполитую начать переговоры. Рим в это время тешил себя надеждой, что вступление России в лигу вернет в его подчинение отделившуюся несколько веков назад православную церковь. Через своего посредника, королевского исповедника отца Вота, папа оказывал значительное влияние на Собеского, который льстил себя надеждой, что участие России в войне ускорит катастрофу Турции.

Польско-российские переговоры велись в 1684 году в Андрусове в трудной и напряженной атмосфере. Царская делегация не желала идти ни на какие уступки, добиваясь полной капитуляции со стороны Польши. В конце концов Речь Посполита в интересах «Священной лиги» и идеи совместной борьбы с турками уступила Москве и в 1686 году послала в царскую столицу многочисленное посольство с познанским воеводой Гжимултовским во главе. 6 мая (26 апреля по старому стилю) того же года между двумя государствами был подписан «Вечный мир». Речь Посполита уже навсегда уступала России Киев вместе со всей округой, а также все земли, утраченные на основании Андрусовского перемирия 1667 года. Кроме того, к России отходило Запорожье, которое в соответствии с положениями Андрусовского перемирия являлось кондоминиумом [62] обоих государств. Номинально власть над ним по Бахчисарайскому трактату по-прежнему осуществляла Турция. За уступку Киева Речь Посполита получила лишь финансовую компенсацию. Россия обязалась отказаться от перемирия с Турцией и Крымским ханством и заключить с Польшей наступательно-оборонительный союз против мусульман. При этом обе стороны постановили не подписывать сепаратного мира с неприятелем. Было решено, что Россия нападет на Крым, завладеет крепостью Азов и отвоюет себе доступ к Черному морю.

«Вечный мир», иначе называемый трактатом Гжимултовского, окончательно закреплял поражение Польши в борьбе с Россией за гегемонию в Восточной Европе. Россия получала абсолютное превосходство над своим западным соседом»{111}. По иронии судьбы, этот договор являлся прямым следствием успеха польского оружия под Веной и образования вслед за этим «Священной лиги». Плоды этой победы доставались прежде всего России.

Поляки с тяжелым сердцем приняли условия договора Гжимултовского.

«Лучше бы язык мой раньше отсох, нежели таким тяжким условием теперь присягать, которые во вред Речи Посполитой отбирают столько земель, — сказал Собеский. — Потомки будут обвинять меня, однако жестокая необходимость вынуждает меня к этому». Подписывая трактат, король заплакал. Не было сенатора, который бы не плакал, видя, как расстроен король. Ведь почти каждый из государственных сановников лишился в кресах (окраинных областях) изрядного достояния. Россия выплатила владельцам поместий компенсацию в размере миллиона злотых, из которых Собеский получил 60 тысяч, однако утраченное во много раз превышало эту компенсацию.

Вступив в «Священную лигу», Россия развернула широкую дипломатическую деятельность в государствах Западной Европы, чтобы убедить их вступить в войну с Турцией. Такую же кампанию с еще большим

размахом уже вел Ян Собеский. С целью окружения Османской империи он установил контакты с извечным врагом Порты — Ираном. Первое письмо шаху Ирана Сулейману было послано еще перед венской битвой. После одержанной победы Ян III послал в Иран Богдана Грудзецкого, который горячо уговаривал шаха начать войну с Турцией.

Шах принял поляка со всеми почестями, вместе со всем своим советом даже напился допьяна в честь Яна III, но в войну не вступил. Десять раз ездили в Иран польские послы, особенно же большие услуги оказывал королю некий сириец, которого в Польше называли графом де Сири, трижды ездивший с дипломатической миссией в Исфахан. Результатом этих поездок было лишь установление дипломатических и культурных контактов между двумя государствами. Письма Собеского были посланы также в Индию, Аравию и Эфиопию, которой Собеский советовал напасть на турецкий Египет. Одновременно король посылал посольства в страны Западной Европы.

Ни один монарх в польской истории не предпринимал таких дипломатических шагов, как Собеский. Однако, к сожалению, эти действия не принесли желаемых результатов. Франция, Англия и Голландия имели свои интересы на Востоке и не собирались вступать в «Священную лигу». Франция открыто была заинтересована в поддержке своего традиционного союзника, Оттоманской Порты, так как боролась с Габсбургами за сферы влияния в западных землях Германии и Италии. А посольство с письмом в Эфиопию вообще не добралось. В результате в «Священную лигу» удалось втянуть только Россию, и то ценой огромных уступок со стороны Речи Посполитой. Не удались также попытки оттолкнуть от Турции татар, предпринятые в 1685 году (посольство Гольчевского в Бахчисарай).

Ян III, добиваясь организации «Священной лиги» и создания антитурецкой коалиции, совершил серьезную ошибку. В то время наиболее выгодным для страны было бы немедленное использование победы под Веной для заключения с Турцией мирного договора, вынуждающего поверженного противника к территориальным уступкам в Подолье и на Украине. Король же, вдохновленный венским триумфом, твердо уверовал в то, что сопротивление турок не будет длиться дольше двух-трех лет. Между тем, война продолжалась пятнадцать лет, и Ян III не дожил до ее окончания. Речь Посполита и не способна была, и не подготовлена к ведению столь изматывающей войны, значительно превышавшей ее экономические и финансовые возможности. Сосредоточение всех сил страны на юге изначально перечеркивало всякую политическую и военную активность на западе. Ян III слишком поздно осознал свою ошибку. Позже он не раз пытался изменить выбранный курс, однако это было ему уже не под силу.

А пока что никто не терял надежды. В августе 1684 года Ян III во главе значительных сил, насчитывавших 22—23 тысячи польских и около 1800 бранденбургских и курляндских воинов, двинулись в Подолье. Однако, когда, вернув Язловец, армия достигла Днестра, против короля выступила группа оппозиционных магнатов во главе с гетманом Яблоновским. Начались длительные споры на военном совете, время было упущено, и вскоре к Днестру подошли значительные турецко-татарские силы. О продолжении похода уже нечего было и думать, тем более что в лагере начались голод и болезни, а союзнические имперские войска, которые в соответствии с согласованными ранее планами должны были нанести удар по Темесвару (сейчас Тимишоара) и войти во взаимодействие с поляками, после взятия Пешта вскоре завязли под Будой. Впрочем, имперское командование и не намеревалось широко взаимодействовать с польской армией в завоевании Молдавии и Валахии для Яна Собеского, поскольку Леопольд I не хотел ограничиваться завоеванием только одной Венгрии, а в глубине души надеялся подчинить себе оба румынских княжества. Шумно начатый военный поход 1684 года не достиг даже Молдавии. Не принес успешного результата и следующий, в 1685 году, под предводительством гетмана Яблоновского.

В 1686 году Речь Посполита еще раз решилась на крупную военную операцию — выставила около 39 500 человек, из них 36 тысяч с 88 орудиями и 15 мортирами двинулись под предводительством короля в сторону Молдавии. Это была армия, превосходившая ту, которая в 1673 году сражалась под Хотином и в 1683-м под Веной.

Всей этой мощи противостояла только горстка турок, татар и молдаван под предводительством силистрийского бейлербея Мустафа-паши, который старательно избегал встречи с поляками в открытом бою, зато основательно терзал их партизанскими вылазками. Только 24 августа под Пагулом состоялась наконец встреча с неприятелем, однако после короткой стычки орда быстро ушла в степи. Успех поляков был только видимостью.