Вася
Шрифт:
— Тоже думаете, не из наших мест? — вдруг спросил я, рассматривая рисунок.
— Я даже об этом и не думал. Я ж мужик, и в этих женских штуках то не силён, — усмехнулся он.
— А где оно сейчас?
— Вот ты спросил. Я ж пацаном, тогда был в разы младше тебя. Думаешь, помню, куда его мать убрала? Нее, я ж его более то и не видел.
— Понятно. Дед Егор, можно я ещё к вам зайду ну, чтобы досмотреть здесь всё? А то и, правда, уже идти пора, — почему — то из моих уст это прозвучало немного виновато.
— Ох, вот я дурак, то старый! Мы ж не об этом с тобой разговор то начали. Голова моя садовая, Васёк, конечно, приходи, конечно! А грибы как
— Спасибо! Хорошо. Я через пару часов тогда снова зайду, — улыбнулся я и хотел уже выйти, как:
— Васёк, слышь, ты извини меня, что задержал тебя!
— Что вы, дед Егор! Вы не представляете, сколько нового и интересного я узнал! Помыл бы в знак благодарности посуду, но бежать уже нужно!
— Что ты! Бог с тобой, какая посуда, — засмеялся дед, — Ты главное, сам приходи чаще и это… слышь, Васёк, Евдокию берегите, как зеницу ока… от неё ведь я завишу, — неожиданно проговорил дед.
Я кивнул, не вникнув в последние его слова. Забежал в дом, надел сапоги резиновые, взял ветровку, небольшой нож, корзину и, закрыв дом, поспешил в лес. Ключи отдал деду Егору со словами вдруг родители приедут раньше, передайте, что пошёл за грибами. Дед пожелал мне лёгкой «охоты» и настоятельно порекомендовал не сворачивать с протоптанных дорожек. Но лес я знал хорошо и как только попал в него, ноги сами понесли по когда-то уже хоженому маршруту. Времени было пять вечера, но солнце ещё было высоко, и я был уверен, что через пару часов вернусь с полной корзиной грибов.
Глава пятая. По грибы
Как было приятно оказаться в лесу, где всё тебя приветствовало. Воздух чистый, птицы поют, ветер спокойно разгуливает по верхушкам деревьев, а насекомые то и дело снуют туда-сюда. Сосны стали выше, а берёзы раскидистей, воздух жадно наполнял мои городские лёгкие. Я остановился и посмотрел наверх. Солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь сосны, мягко падали на моё лицо. Я чувствовал, какими тёплыми они были. От удовольствия закрыл глаза и невольно улыбнулся. Я полной грудью вдохнул этот чудесный воздух и с каким-то неимоверным облегчением, и удовольствие выдохнул его:
— Как же хорошо… как же здесь хорошооо! — неожиданно для себя крикнул я.
И это было удивительным. Я словно попал в совершенно другой мир. Нет машин, светофоров, спешки, телефонных звонков, ругани людей вокруг. Ничего этого не было. Только лес, природа и сказочная тишина, ласкавшая слух. И вот в этот самый момент я понял, как сильно хочу остаться здесь навсегда! Жить с бабушкой, помогать ей по хозяйству и фотографировать природу во всех её проявлениях. Деньги? А уж деньги я найду как заработать и никакого юридического образования мне не нужно.
— М-да, осталось только об этом плане рассказать своим и выслушать обвинительный приговор. Боюсь, даже адвоката не предоставят. Ох уж эта взрослая жизнь! Как же здорово было в садике! Привели тебя туда, отдали воспитательнице и делай, что хочешь. Хочешь в игрушки играй, хочешь в носу сиди, ковыряйся и никто тебе ничего не скажет, а хочешь — ничего не делай. Жди завтрак, обед, тихий час и ужин. А там и родители придут, и ещё какую-нибудь вкусную штуку купят по дороге. И всё, что бы ты ни делал в столь прекрасном возрасте, только умиляло и восхищало взрослых. Даже ошибки исправлялись с улыбкой. А что сейчас? А ладно…, — я шёл и сам собой разговаривал, и это звучало довольно громко.
Где-то вдалеке куковала кукушка. В одном месте я увидел
белку. Она сидела на ветке и старательно грызла шишку. Удивительно, я был в зоопарке и видел белок, но они были другим. Шёрстка немного невзрачная, слегка худоватые, но зато они не боялись и, подбегая к решётке, стояли в ожидании чего-нибудь вкусного. А эта упитанная, шёрстка тёмно-оранжевая, на ушках разглядел небольшие кисточки, а вместо облезлого хвостика, хвостище. Конечно, я её сфотографировал, но, к сожалению, камера на телефоне, так же как и возможности самого телефона, не показали ту яркость и чёткость цвета, которая так нужна была.По дороге я нашёл штук пять мухоморов, их я точно знал… из детских книжек. Свернув с тропики на берёзовой полянке, нашёл подберёзовиков — пока интернет ловил, нашёл их описание. По крайней мере, они очень походили на грибы с фотографии одного грибника. Вернувшись на тропу, пошёл дальше в сторону небольшой речки. Я остановился перед самым мостом.
— Как же давно я не был здесь… — я внимательно стал разглядывать перила. Мы с Костяном в детстве через этот мост бегали на озеро. Как-то однажды я сделал ножом зарубку, даже не помню, почему я её сделал. Наверно какие-то мальчишеские тараканы в голове были. Не помню.
— О, вот она ничего себе! Столько лет прошло, она всё ещё здесь и даже немного стала меньше. Странно, ведь дерево мёртвое, разве оно может себя исцелять?
На часах уже было почти семь вечера, и меня терзали сомнения. С одной стороны родители уже могли приехать, но дозвониться до меня не могли, так как в этом месте интернета уже не было. С другой стороны, когда я ещё смогу прогуляться по лесу и дойти до озера, ведь скорей всего мы завтра уедем. Хотя, бабуля ещё болеет и нужно помогать по хозяйству. Короче, я решил воспользоваться случаем и сходить до озера. Тем более солнце ещё вовсю светило, да и озеро по моим воспоминаниям было уже близко. И вообще, в конце концов, я уже взрослый человек и сам волен принимать решения! В общем, с этими рассуждениями, я не спеша отправился к озеру детства. Если честно, я уже про грибы забыл, нёс корзину и с нескрываемым любопытством рассматривал всё вокруг. Кукушка куковала всё громче и громче. В итоге я не выдержал и решил задать ей традиционный вопрос:
— Кукушка, кукушка, сколько мне осталось жить в этом мире?
Она замолчала, а я с улыбкой на лице приготовился загибать пальцы.
— Ку… — сказала она и остановилась.
— Ха, и всё? Серьёзно?? А если подумать? Я так-то ещё молодой…, очень молодой и полон сил мужчина! — крикнул я.
— Ку, — снова ответила она и замолчал. Затем я услышал, как разом где-то вспорхнули птицы, и наступила тишина.
— М-да, ну и ладно. Мой дед же до 90 дожил? Дожил. Значит и я доживу. Тем более все в нашей семье долгожители.
Я не то, чтобы верил во всю эту чепуху, просто стало как-то обидно, что ли. Чего она так мало насчитала?
— Ладно, это же всего лишь птичка! Чего с неё взять, — и я направился дальше к озеру.
Где-то минут через 20–25 я пришёл на озеро. Оно напоминало блюдце, которое стояло посреди стола. А вокруг множество зелёных салфеток. Большая часть берега одичала. Там давно уже росли кустарники и трава. Я пошёл к небольшому пирсу по правую и левую сторону, от которого всё ещё лежал песок. Территория не очень большая, но для человек десять места бы вполне хватило. Я аккуратно расположился на песке. Скинул ветровку, поставил корзину, избавился от резиновых сапог, которые начинали натирать ноги, и стянул с себя носки. Ноги оказали в нагретом песке: