Смерть и солнце
Шрифт:
Глава XV
Король опаздывал на заседание совета, чего не случалось со дня смерти Наина Воителя. Валларикс был известен своей пунктуальностью и всегда появлялся в зале Альдов в одно и то же время. Но на этот раз все члены Круга лордов были в сборе, а король по-прежнему отсутствовал.
Обычно собравшиеся в приемной императора аристократы коротали время, прогуливаясь по галерее и ведя беседы о растущих пошлинах и родословных своих лошадей, но в этот раз все были слишком взвинчены, чтобы вести пустопорожний светский разговор. Даже несколько лордов из "имперской" партии, не посвященных в планы заговорщиков, невольно поддались общему настроению и разговаривали приглушенным голосом, как будто бы боясь нарушить давящую тишину, царившую в приемной. И те, и другие то и дело выжидательно
Лорд Аденор гадал, как нужно истолковывать эту задержку, и нетерпеливо кусал губы. Будь он посвящен в планы сэра Ирема, ждать было бы гораздо проще, но после того, как он расстался с Риксом, Аденор больше не видел никого из Ордена. Он даже не знал наверняка, жив ли еще лорд Ирем и его оруженосец. Правда, он предупредил их об опасности, но, может статься, упустил из виду что-то важное. Несколько раз пройдя крытую галерею из конца в конец, лорд Аденор сказал себе, что беспокоиться не стоит - чем бы ни закончился сегодняшний совет, он-то в любом случае останется в выигрыше, чего нельзя сказать о большинстве присутствующих. Но увы, его тревоги это совершенно не уменьшило. Когда Аденор окончательно уверился, что вчера он допустил какую-то ошибку и бесповоротно загубил все дело, дверь, ведущая в покои императора, открылась, и из кабинета Валларикса вышел мессер Ирем.
Лица у собравшихся заметно вытянулись. Большинство их них никак не ожидало еще раз увидеть коадъютора живым.
Лорд Ирем, кажется, нисколько не смутился гробовым молчанием, которым старая аристократия встретила его появление. Аденор даже заподозрил, что он получает удовольствие от этой напряженной тишины и лихорадочно горящих взглядов, устремленных на него со всех сторон. В отличие от самого Ральгерда Аденора, почитавшего политику своеобразной разновидностью искусства, каларийский лорд любил придворные интриги точно так же, как войну, охоту, женщин и ландорское вино, словом - как все, что придает жизни мужчины остроты и красок. Пока Аденор раздумывал об этом, Ирем отыскал глазами лорда Бейнора Дарнторна, лицо которого успело приобрести мертвенно-восковой оттенок, и наградил главу старой аристократии самой обворожительной улыбкой. Щека у Дарнторна дернулась.
– Господа!
– сказал сэр Ирем таким вкусным голосом, как будто бы заранее смаковал каждое слово своей речи.
– Мой король направил меня к вам, чтобы довести до сведения всех присутствующих, что сегодняшнее заседание совета отменяется. Как, впрочем, и все остальные… Начиная с нынешнего дня, задачи Круга лордов будут выполняться Малым государственным советом. Ein dan-Enrix!
– Ein dan-Enrix, - неуверенно повторил Лан-Дарен, а за ним и еще несколько лордов из "имперской" партии. Аденор заметил, как Ван Рэ переглянулся с Мартреллом и в ответ на его вопросительный взгляд слегка пожал плечами.
– Но позвольте!..
– взвился Бейнор Дарнторн, наконец-то обретя дар речи.
– Если император распускает свой Совет, то почему он сам не сообщил нам о своем решении?
Вместо ответа Ирем неожиданно хлопнул в ладоши - звук был таким резким, что стоявший в нескольких шагах от коадъютора Фин-Флаэнн чуть не подскочил от неожиданности. А в следующую секунду двери распахнулись, и в глазах у лорда Аденора зарябило от хлынувших в зал синих плащей.
– А вот, собственно, и ответ на ваш вопрос, Дарнторн, - сказал лорд Ирем, продолжая улыбаться собеседнику с такой леденящей ненавистью, что их собственные стычки с коадъютором стали казаться Аденору безобидными и почти шуточными перепалками.
– Именем Энрикса из Леда, вы и все ваши сообщники, присутствующие в этом зале, арестованы по обвинению в измене, нарушении вассальной клятвы, подстрекательстве к насилию и грабежам, а также в сговоре с повстанцами из Внутриморья. Кроме этого, вы лично обвиняетесь в организации и подготовке нескольких убийств, предотвращенных Орденом, в попытке похищения члена императорской семьи и многочисленных интригах с целью незаконного захвата власти. Признаете ли вы эти обвинения?..
– Нет!
– процедил Дарнторн. Его лицо побагровело так, что Аденор забеспокоился, не разразит ли лорда Бейнора апоплексический удар.
– Все это ложь и клевета. Но даже если бы я был виновен - то кто ты такой, чтобы говорить о моем аресте?.. Я веду свой род от древних королей, а
Договорить лорд Бейнор не успел - Ирем шагнул вперед и влепил Дарнторну затрещину. Это было настолько неожиданно, что даже наблюдавший эту сцену Аденор не сразу понял, что произошло - сначала он услышал хлесткий звук, и лишь потом увидел, как лорд Бейнор, пошатнувшись от внезапного удара, в беспримерном изумлении проводит языком по распухающей губе. Глава Совета даже прикоснулся к набухавшей кровью ссадине рукой, как будто бы никак не мог поверить в то, что с ним действительно могло случиться что-нибудь подобное.
– Сэр Ирем! Это уже переходит все границы, - возмущенно сказал Мартелл.
Каларийский лорд брезгливым жестом вытер о штаны ладонь, которой только что отвесил Бейнору пощечину - и только после этого взглянул на Мартелла.
– Вы ошибаетесь, если считаете, будто Дарнторн не нуждается в защитниках. Примерно час тому назад люди из его личной стражи предприняли неудачную попытку похищения наследницы престола, которую эта "жертва произвола" собиралась силой выдать за своего племянника. Принцессы в ее комнатах, конечно, не было, но зато пострадали несколько моих людей и юноша из Академии, который служит у Валларикса помощником секретаря. Измену лорда Дарнторна изобличают показания его бывших сообщников, бумаги, найденные нами в его доме и в особняке Фин-Флаэннов, и, наконец, груз золота, который он и его партия готовили к отправке в Гардаторн. Так что, кто-нибудь еще хочет выразить мне свое возмущение? Ван Рэ? Лан-Дарен?.. Нет?.. Ну и прекрасно. А вы, Дарнторн, не расходуйте впустую ваше красноречие. Оно вам еще пригодится на допросах. Впрочем… - Ирем смерил собеседника оценивающим, холодным взглядом.
– Может быть, вы предпочтете умереть с мечом в руках, а не на эшафоте?.. Это как-то больше подобает благородному потомку древних королей.
Лорд Бейнор сделал гневное движение, как будто в самом деле собирался бросить каларийцу вызов - но в последнюю секунду он все-таки овладел собой и принял подчеркнуто равнодушный вид, как будто бы хотел сказать: "вы можете сколько угодно оскорблять меня - таково право сильного, но вывести меня из равновесия вам не удастся". Аденор подумал, что на его месте поступил бы точно так же. Глава Круга лордов был в гораздо меньшей мере воином, и гораздо более расчетливым политиком, чем его брат или племянник. Он отлично понимал, что разбирательство судебных дел затягивается по меньшей мере на недели, если не на месяцы, а за такое время может произойти очень многое - тогда как в поединке с сэром Иремом у него в любом случае не будет ни малейших шансов уцелеть.
Впрочем, сэр Ирем тоже понимал, что делает. Лорд Аденор не сомневался, что судить Дарнторна и его сообщников будут представители "имперской" партии - а на них молчание главы Совета произвело самое что ни на есть отталкивающее впечатление. Единственной вещью, которую эта публика считала еще более преступной, чем измена королю, была трусость. Аденору даже стало на секунду жалко бывшего сообщника.
Сэр Эймерик Фин-Флаэнн, почти такой же бледный, как колонна за его спиной, при последних словах сэра Ирема как будто бы очнулся и шагнул вперед.
– Мессер, позвольте мне увидеться с Валлариксом! Я должен сообщить ему крайне важные подробности по поводу того, как именно лорд Бейнор Дарнторн поддерживал мятежников из Внутриморья.
"Ага, - подумал Аденор.
– Кажется, Эймерик сообразил, что дело пахнет жареным, и собирается купить себе прощение, выдав своих сообщников. Похоже, в этот раз все будет точно так же, как семь лет назад. Пара дней в Адельстане - и они начнут наперебой топить друг друга, чтобы только обелить самих себя".
Должно быть, эта мысль пришла не только Аденору, потому что Дарнторн с ненавистью покосился на мессера Эймерика.
Ирем насмешливо прищурился.
– Король предвидел, что кто-нибудь обязательно захочет получить у него… личную аудиенцию. На этот случай он заранее поручил мне и моим офицерам заменить его, поскольку сам он не желает принимать участие в расследовании этого дела. Но не беспокойтесь, господа; я непременно выслушаю каждого, кто пожелает что-то сообщить короне. Только, разумеется, не здесь, а в Адельстане… Рикс!