Чтение онлайн

— Прекрасная идея, — раздался холодный, как Ледяные горы, голос. — Однажды, когда я устану вразумлять тебя, Гимнур, то так и сделаю.

Мистихт Кранх стояла у колонн дворца в окружении свиты азарларов. Она не подходила ближе и не покидала тени сводов. Причиной была белая кожа, настолько бесцветная, что через нее просвечивали вены. Синее платье еще сильнее подчеркивало неестественную бледность? — кожа Старейшины казалась голубоватой.

Помимо лица у Мистихт Кранх были открыты руки, плечи и шея. Существо и с менее светлой кожей не рискнуло бы показаться на солнце. Понятно, почему Старейшина не стремилась покидать тень.

Другие

азарлары тоже не выходили под солнечные лучи. Многие из них сняли шлемы, открыв бледные лица, белые как снег волосы и красные глаза.

У всех встречных на острове азарларов такая внешность. Причиной отсутствия цвета была древняя традиция их расы. Достигнув определенного возраста, азарлары проходили через ритуал так называемого «отбеливания». Магический обряд полностью очищал энергию от стихии, что позволяло азарларам без помех творить нейтральные заклинания. Побочным эффектом ритуала становилось обеление внешности — вместе со стихией уходил и цвет.

Дармер не знал, какими были азарлары до ритуала. Не считая цвета кожи, волос и глаз, они выглядят так же, как маги. То и дело всплывала теория, что это маги и есть, только называют себя по-другому.

Гимнур шагнул в сторону Мистихт.

— Я просто летаю над островом! Даже до воды не добираюсь, не говоря уж о стене! Да что может случиться?

— Советую тебе перечитать реестр врагов нашего альянса, — холодно заметила Мистихт Кранх. — Особенно раздел, посвященный Властителям. Вспомнить, сколько из них умеют летать и сражаться в воздухе. Может, тогда поумнеешь. В чем я уже сомневаюсь. Иди во дворец, — прибавила она голосом, в котором чувствовалась стальная нотка приказа.

Спинорог подчинился. Когда он скрылся, Мистихт скользнула красными глазами по Дармеру.

— А ты, Веспер, прекращай крутиться возле резиденции. Дожидайся учителя в положенном месте!

Дармер не смог ответить — Мистихт ушла во дворец за Гимнуром. Свита направилась следом.

Дармер остался стоять на площади, не желая слушать надменную азарларку. Парень оставался в одиночестве недолго — не считать же за компанию стражей, застывших изваяниями — Гефест Кандаон скоро появился из-за колонн.

— Приветствую, Ваше Старейшинство, — при посторонних Дармер обращался к учителю, как полагалось.

Гефест едва заметно поморщился от официоза, но так, что кроме Дармера этого никто не заметил.

— Здравствуй, Дармер. Гимнур сказал, что ты дожидаешься меня. Пойдем.

Они двинулись к лестнице, ведущей на Драконий причал. Старейшина заговорил снова, когда они спустились на один этаж вниз, и стражи больше не могли их слышать.

— Мистихт недовольна твоими визитами во дворец.

— А разве она бывает когда-нибудь довольна? — вырвалось у Дармера.

Кандаон строго посмотрел на ученика, как бы напоминая, что они о Старейшине говорят, чей возраст превышает семь сотен лет.

— Простите, — пробормотал Дармер. — Но все же, почему она так взъелась на Гимнура? Разве в том, что он иногда летает, есть что-то плохое? Я думал, остров хорошо защищен.

— Вокруг острова есть непроницаемый барьер, но он активен не всегда, — пояснил Гефест. — Его включают лишь, когда нам грозит опасность. Проникнуть сюда, прилетев, возможно. Разумеется, за небесами непрерывно следят, и злоумышленника, если такой появится, немедленно собьют. Однако не стоит исключать любые вероятности.

— Мне кажется, дело не только в полетах, — сказал Дармер. — Мистихт Кранх отчитывает

Гимнура при любой возможности. Как будто только ищет повод.

Старейшина молчал долго. Они успели спуститься с лестницы и проделать половину пути до полигона. Но все же решился сказать.

— Мистихт считает Гимнура виновным в войне.

Услышанное не удивило Дармера.

— Потому что он отдал Гильдии власть?

Всем было известно, что когда-то Гимнур Спинорог передал многие свои обязанности этой организации. И не только Мистихт считала его виновным в том, что Гильдия захватила целый континент и развязала войну, стремясь захватить власть и там.

Гефест кивнул. На его лице была печаль.

— Вы сами так не считаете? — решился спросить Дармер.

— Ситуация, — начал Кандаон, — гораздо, гораздо сложнее, чем кажется. Я присутствовал при тех событиях и знаю, о чем говорю. Видел, как вымотан был Гимнур бесконечными восстаниями. Он перепробовал все, любые решения и не знал, что делать. И мы с Мистихт не знали. А когда Гильдия решила все проблемы… взяла под контроль неуправляемых оборотней… поддаться оказалось очень заманчиво. Скинуть груз ответственности на того, кто справится лучше. У меня нет права осуждать Гимнура, поскольку и сам не знаю, как в тот момент поступил бы. Тогда Гильдия казалась лекарством от всех бед. Ее репутация была белее снега. Мы думали, организация станет на Земле Иных Миров чем-то наподобие Варнорта. Но случиться этому не было суждено. У Гильдии с самого начала были далеко идущие планы. Что ж, — вздохнул Гефест, — все мы иногда делаем неправильный выбор. Избежать ошибок невозможно.

Слушая Старейшину, Дармер не заметил, когда они вышли на поляну, где всегда тренировались.

— Иногда, — произнес Гефест, всматриваясь в горизонт, — я думаю, что мой отец, Гелиос Кандаон, тоже ошибся, когда создал третьего Старейшину. Ты не подумай, — словно опомнился он, — что я попрекаю Гимнура или недоволен им. Мы хорошие друзья, и я рад, что он мой соратник. Но если бы отец избрал кого-то из жителей Земли Имных Миров, как Мистихт среди азарларов, то, возможно, восстаний и не было бы. Иномирцы никогда не считали Гимнура своим, поэтому Гильдии удалось завоевать их доверие. Но отец решил, что, отдав предпочтение одной расе, обделит другие народы. И создал Гимнура. Но оставим эту тему. Сейчас приступим к занятию.

Дармер прошел за Старейшиной на середину поляны.

— Ты многого достиг за весьма короткий срок. Твоя физическая форма и навыки фехтования улучшились. Я доволен, что ты упражняешься и вне площадки. Теперь можно больше времени уделять магии. Создай Доспех.

Дармер выдохнул, расслабился и позволил энергии течь через все тело, от макушки до пяток. Теперь он мог испускать ее не только из рук, но всей кожей. Дармер закрыл глаза, но знал, что сейчас он окутан слоем красной дымки. Мысленный импульс — и тело охватило тепло.

Дармер открыл глаза, и по ним ударило волной жара.

— По-прежнему медленно. Ты должен учиться создавать Доспех быстрее.

Дармер и сам об этом знал, но ему трудно выпускать энергию всем телом. Получалось, только когда он полностью сосредотачивался.

— В остальном, — продолжил Гефест, — хорошо. Ошибок в заклинании нет. Энергия распределена равномерно, проплешин нет, пламя ровное.

Дармер посмотрел вниз на руку. Пламя окутывало ее желто-красной перчаткой, не поднимаясь высоко. Лишь дрожащие всполохи бегали по огненному рукаву.