Реформатор
Шрифт:
— Можно было бы просто убить. Подослать кого-то, — буркнула принцесса.
— Просто убить великого ишиба? Тут имис нужен. Или я с Арралом. Никого другого он и близко не подпустит.
Король Ранига слегка преувеличивал. Смерть даллы пока что просто не была ему выгодна. Он не совсем вник в способ управления, принятый в городе. Если Зореант умрет, кто придет на его место? Будет этот человек лучше или хуже для дальнейших переговоров? Сохранит ли полноту власти? Может быть, смерть даллы окажется катастрофой для привлечения беглых ишибов Иктерна на сторону Ранига. Кто знает? А вот их-то Михаилу очень хотелось заполучить. Прежде всего из-за могущества. Среди тех были великие ишибы, а также некоторые, кто приближался к ним по уровню. Разбрасываться такими кадрами нерационально. Тем более, король Ранига
Но, с другой стороны, оставить даллу в Иктерне он тоже не мог. Во-первых, сохранялась нежелательная угроза со стороны принцессы. Король не представлял себе, как оградить Зореанта от яростной Анелии. Она его точно бы не простила, хотя сейчас появился шанс, что со второстепенными участниками эльфийской войны принцесса способна смириться. А во-вторых, далла чувствовал себя здесь, дома, слишком уж уверенно. Такого тяжело контролировать. Это будут бесконечные торги, болото, которое затягивает…. А вот после того, как далла погуляет некоторое время по чужим городам как бездомный скиталец, глядишь, и станет более сговорчивым. Вместе со своими советами и советниками. Текущая ситуация не может долго сохраняться. Она не выгодна обеим сторонам. Михаилу — потому что ему нужны великие ишибы, а бывшим властям Иктерна — потому что им необходим собственный город-порт. Нужно только подождать. Королю было самому интересно, чем все закончится. Сделал он ошибку или нет — покажет время.
— Однако не мешало бы наказать за сопротивление, — сказала Анелия. — Чтобы другим неповадно было.
— Большие потери защитников, пожары в городе и бегство руководства — разве недостаточное наказание, твое высочество? Может быть, посоветуешь отдать Иктерн на разграбление солдатам? Так он мне нужен самому целый и невредимый. А ишибы… как мне нужны ишибы!
В мире Горр, как и на Земле, наказание городов-бунтовщиков практиковалось, но лишь в тех случаях, когда в них не было особой надобности. Ценными городами дорожили. Везде побеждал рациональный подход.
— Хорошо. А что я буду делать с кораблями? — спросила принцесса, решив временно поменять заведомо проигрышную тему.
— Как что? — удивился король. — Строить их.
— Но я же не умею. Никогда этим не занималась. И ни один из моих эльфов тоже.
— Наверняка кто-то остался в городе, кто разбирается в кораблестроении. Ты, как губернатор, должна будешь его найти и заставить работать на себя. С помощью денег или еще чего-то.
— Но твое величество упомянул, что тебе нужны особенные корабли.
— Не такие уж и особенные. Даже наоборот — очень простые. По сути, необходим лишь хороший и не очень большой корпус, чтобы не сидел глубоко в воде. А паруса… ну, для вида можно поставить паруса. Хотя двигать судно будут не они. Хотя для начала можно построить несколько галер.
Анелия слушала короля с легким недоверием на лице. Она не могла поверить, что сделать это все предлагается ей. Конечно, принцесса очень уважала всякие новинки и восхищалась личностями, которые их создают, но ее восторженные чувства не простирались так далеко, чтобы принимать собственное участие в их изготовлении.
— А руль должен быть самым обычным, — продолжал король, словно не замечая реакцию невесты. — Вообще предлагаю делать корабли так, словно их должны двигать простые амулеты Иктерна.
Когда город был взят, Михаил обнаружил, что уже существовали судовые амулеты-двигатели. Точнее, он слышал об этом и раньше, но только сейчас удалось заполучить работающий образец. Двухфункциональный амулет представлял из себя трубу, изогнутую под прямым углом. Это был обычный водомет. С одного конца трубы поступала вода, чтобы выбрасываться под напором с другого. Амулет черпал энергию от движения то ли воды, окружающей судно, то ли и воды и воздуха вместе, но его эффективность была крайне низкой.
Король провел испытания в разных условиях и обнаружил, что амулет довольно слабенький. Если оснастить им даже небольшой корабль, то тот не сможет идти даже против течения средней силы.— Твое величество, буду очень признательна, если ты мне точно укажешь, какие именно корабли нужно строить, — сказала принцесса после небольшого раздумья.
И король остался еще на пару дней, хотя, ознакомившись с ситуацией в Иктерне, пришел к выводу, что до постройки флота там делать нечего. В городе царили тишина и настороженность. Местные жители заняли выжидательную позицию, не спеша приветствовать новые власти, но и не критикуя их. Морские купцы по расчетам не должны были появляться в порте из-за возможной блокады, даже рыбаки выходили в море не очень далеко и старались возвращаться быстро и с минимальным уловом. Военное равновесие в окрестных водах сдвинулось. Но Михаила это все мало беспокоило. Он еще не успел вкусить прелести морской торговли, полагаясь целиком на сухопутную, а проблемы с блокадой считал временными.
Король все же переложил общее управление на плечи Анелии, однако самостоятельно нашел образцы судов и попытался слегка реформировать работу верфей. Помимо оставшихся судостроителей, на них теперь трудились солдаты в амулетах Террота, показывая недюженную силу и отсутствие всякого мастерства. Впрочем, последнее — дело наживное. Король не страдал гигантоманией в деле постройки судов. Он хотел на скорую руку соорудить множество небольших кораблей, сделав ставку на их скорость. Парочка галер же должна была доказать или опровергнуть эффективность гребцов в амулетах Террота. Его величество предполагал, что они смогут развивать неплохую скорость, но точно сказать можно было только после испытаний.
Лишь после этого, оставив в Иктерне большую часть армии под руководством Ферена и Аррала, Михаил в компании Меррета снова отбыл в Парм, где его ожидали разрушенный дворец, неповрежденный подвал и несколько странных путешественников.
Комендант Иктерна, великий ишиб Зореант, прибыл на остров Хирент на второй день после бесславного бегства из Иктерна. Правитель этой земли, ишиб Сарет, коротышка с длинными волосами, путающийся в полах своего халата, не был рад гостям, но не посмел проявить этих чувств. Его власть опиралась на несколько экипажей пиратских кораблей, избравших остров своей постоянной резиденцией. Эта опора была ненадежна и не могла сравниться по мощи с прибывшим войском.
Не успел далла сойти на берег и отмахнуться от услужливой улыбки правителя Хирента, как в дополнение к гневу и разочарованию на него навалилось новое чувство — ощущение начинающегося идиотизма ситуации. Он, великий ишиб, все еще обладал армией, но был лишен своего города. Более того, отлаженная финансовая система Иктерна тоже превращалась в призрачную мечту вместе с привычными источниками дохода. У Зореанта, конечно, были деньги, но, как и всякий торговец, он не очень любил их тратить, не видя перспектив восполнения убытков. В довершение картины Малый Совет тут же развернул бурную деятельность по части заседаний. Это смотрелось донельзя нелепо: совещания руководства при отсутствии объекта управления. Однако далла, стиснув зубы, принимал участие в работе Совета. Выбора у него все еще не было.
— Нам нужно вернуться и нанести неожиданный удар, — твердил широколобый ишиб Фенлин, пытаясь своей жестикуляцией подвигнуть присутствующих на решительные действия.
Далла не очень внимательно прислушивался к речам этого члена Совета, потому что они были довольно предсказуемы. Аристократия Иктерна сейчас заседала в очень своеобразном дворце, смахивающем больше на огромную хижину с каменными стенами и камышовой крышей. Присутствующие делали вид, что не замечают разницы между теперешним помещением и тем, которое у них было в Иктерне. Но далла знал, что они замечают и страдают. Потому что страдал сам. Он скучал и по светлому дворцу, в котором провел значительную часть жизни, и по своему удобному креслу-трону и по цветочной террасе, где так любил коротать время за ужином, лицезрея красочный закат. Далла уже не был во власти паники. Он старался трезво оценивать ситуацию и очень хотел найти идеальный способ для ее успешного разрешения.