Реформатор
Шрифт:
— Приветствую, — король взмахнул рукой, словно призывая успокоиться. — Как дела среди слуг? Как твоя семья? Жена? Дети?
— Благодарю, твое величество, — согнулся в поклоне тот. — Со слугами все хорошо. Мой старший сын выбрал карьеру писаря, его почерк очень хвалят. А у младшего обнаружены способности ишиба.
— Это замечательно, — улыбнулся король. — Пусть начинает обучение как можно скорее. Чем раньше начнет, тем больше будет толк. Отдай его Парету, если хочешь. Скоро у нас будет самая лучшая школа ишибов.
— Да, твое величество. Моя жена тоже советует отдать его на обучение как
— Женщина, а мыслит как король, — рассмеялся Михаил.
Пеннер тоже попытался улыбнуться, его круглые щеки порозовели.
— Я вот зачем позвал тебя. Думаю, что нужно готовиться к переезду. Сейчас здесь совершенно невозможно находиться. Присмотри какой-нибудь из пустующих дворцов рядом с Пармом. И через несколько дней — переезд до окончания строительства.
— Его величество Меррет тоже поедет?
— Скорее всего, — подтвердил король.
— И весь двор, твое величество?
— Вот в этом я уверен. Даже если их не возьмем с собой, то они все равно попытаются расположиться где-то поблизости. Поэтому будет лучше сразу все организовать.
— Да, твое величество.
— Ступай.
О приходе следующего посетителя король был уже предупрежден. И даже более того, все последние дни внимательно следил за его деятельностью, регулярно получая донесения и отчеты.
Этот человек тихо вошел в дверь, спокойно посмотрел на сидящего короля и, повинуясь знаку, опустился в кресло. Его неподвижное лицо не выражало никаких эмоций. Бывают люди, которые заражают всех своей суетливостью, а бывают и другие — испускающие вокруг себя волны спокойствия и невозмутимости. Посетитель был из числа подобных людей.
— Я очень рад, что твоя миссия окончилась благополучно, — сказал король. — Были какие-то сложности?
— Каждый случай сложен по своему, твое величество. В заговоре удалось обвинить лишь троих. С остальными пришлось разбираться обычными методами.
— Кстати, хотел поинтересоваться, а что это за методы? Ты ведь не имис. Тебе должно быть нелегко расправляться с ишибами.
Кретент слегка пожал плечами.
— Твое величество, как ни странно это звучит, я предпочитаю не ввязываться в прямые и затяжные столкновения. Все очень просто. У каждого ишиба есть свои слабости, никто не способен постоянно поддерживать совершенную защиту. Задачей является лишь выбор момента. Возможно, кому-то из дворян мои действия покажутся бесчестными, но стараюсь нападать внезапно. Из-за угла, можно сказать.
— Бывает, что нападение не приносит успеха?
— Конечно, твое величество. Это — самое неприятное, что может быть. Если быстрая победа не достигнута, то покидаю поле боя. Но после этого жертва настороже! Мне приходится прикладывать значительные усилия, чтобы снова застать ее врасплох.
— А с ишибами Томола как было?
— Все прошло гладко, твое величество. Они были слишком уж расслабленными. Вот даже сужу по нашим, ранигским ишибам. У нас все время что-то происходит, ишибы готовы ко всему в любой момент. А в Томоле иначе. Была война, в которой не все приняли участие. А те, кто принял и вернулся домой, тут же потеряли всякую бдительность. Как же — тихий, спокойный Томол. Там последний переворот произошел больше сотни лет назад. Неудачный,
к тому же.Король подумал, что Кретенту очень хотелось выговориться. Действительно, с кем тот еще мог вот так свободно общаться? Его род занятий обязывал к сдержанности, а король и так знал о нем все.
— А что ты чувствуешь, когда убиваешь ишибов? Жалость, может быть, или ожесточение? — Михаилу были очень интересны переживания собеседника. Ему еще не приходилось откровенно говорить с профессиональными убийцами.
— Нет, твое величество, жалости не чувствую, есть небольшой азарт — получится или нет. Мы ведь с ними на равных.
— Как же на равных, Кретент? Ты ведь сам сказал, что нападаешь из-за угла.
— Это, твое величество, зависит от того, как смотреть. Если бы я убил таким образом одного ишиба, тогда да, не на равных. А если взять всю совокупность, то совсем другое дело! Вот представь, твое величество, их много, а я один! Как же мне с ними справиться? Не в открытом же бою! Так что мы на равных, именно что на равных. Возможно, у них даже есть преимущество, слишком уж их много.
Короля очень позабавило это объяснение. Он и раньше подозревал, что каждый человек, включая матерых преступников, пытается найти моральное оправдание своим действиям. И сейчас он услышал классическое подтверждение этого вывода из уст наемного убийцы. Еще немного и Кретент мог бы объявить себя благородным воином, доблестно сражающимся с превосходящим противником. Но Михаил предпочитал видеть вещи такими, какие они есть. Перед ним сидел не благородный воин, а законченный преступник и злодей. Убийца на королевской службе.
— Твое величество, для меня будут сегодня какие-нибудь задания? — Кретент прервал свою собственную речь.
— Нет, ишиб, нет. Ты можешь быть совершенно свободен до тех пор, пока я тебя не позову. Сначала хотел включить тебя формально в штат моей личной охраны, а потом передумал. Мало ли что? Вдруг тебя разоблачат? Тогда репутация короны пострадает. Поэтому пока будешь на вольных хлебах. Хотя вот что: возьми-ка себе учеников. Надежных, естественно. Парочку для начала. Сколько времени у тебя уйдет на их обучение?
— Если очень хорошо учить, то полгода, может быть, год даже. А если по быстрому, то пары месяцев должно хватить.
— Вот двумя месяцами и ограничься. Потом их отдашь Рангелу Мерту, а он тебе — своих. А затем опять поменяетесь.
— Рангелу Мерту? — удивился Кретент. — А что… он тоже…?
— Да-да, он тоже работает на меня. Я распорядился, чтобы Ксарр выплатил тебе удвоенное жалование.
— Благодарю, твое величество. Но служить короне — большая честь для меня. Я это делал всю свою жизнь.
— Очень хорошо. Если нет никаких вопросов, то не буду больше тебя задерживать.
По логике вещей, следующими визитерами должны стать Мирена Фрарест и уже упомянутый Рангел Мерт. Михаил старался не идти против логики, поэтому принял их незамедлительно.
Мирена выглядела еще более очаровательно, казалось, что поездка повлияла на нее самым благоприятным образом. Возможно, что так оно и было, если учесть количество предложений по вступлению в брак, которые она получила. Такого рода предложения бодрят любую женщину, даже самую избалованную мужским вниманием.