Чтение онлайн

— Разгоните этот сброд впереди.

Интонация Анелии не допускала даже возможность ослушания.

— Не подчиняйся ей, Бреатент, — быстро произнес торговец, обращаясь к командиру наемников. — Отойди в сторону или иди к нам. Я в долгу не останусь, ты знаешь.

Эти двое были очень хорошими знакомыми. Можно сказать, друзьями. Долгие совместные плавания на кораблях сильно сближают. Не говоря уже о сражениях, в которых им приходилось биться вместе.

Не успел Бреатент отреагировать на слова приятеля, как Анелия, высокомерно усмехнувшись, произнесла, обращаясь к двум королевским ишибам:

— У вас есть сегодня редкая возможность умереть за принцессу, господа.

Ее голос звучал так, словно она дарует почетное право пасть за нее в бою. Почетное настолько, что мало кто способен удостоиться такой награды. О, Анелия

была хороша.

Лицо Иукерста быстро изменило выражение. Он недооценил принцессу, не потрудился собрать заранее информацию о ней. А между тем, информация была бы прелюбопытная. Анелия не только возглавляла группу непримиримых эльфов, не только планировала нападения на людей и их ишибов, она еще принимала во всем непосредственное участие. Если торговец рассчитывал смутить женщину своим напором, заставить ее расплатиться, то совсем не преуспел в своих планах. Она была цельной личностью. Непредсказуемой, эмоциональной, гордой, обидчивой, — обладала многими качествами, присущими обыкновенным женщинам. Но было еще кое-что. Бесстрашие и опыт. Когда мужчины сражались, она не отсиживалась в тиши дворцов, как делали многие дамы мира Горр. Она была на переднем крае битв. За ее плечами осталось множество сражений. И уж конечно какой-то жалкий торговец не мог испугать ее или даже склонить к тому, чтобы пойти на уступки. Высокомерие Анелии не позволяло ничего платить. Она скорее бы умерла, чем заплатила. Впрочем, именно это и собиралась сделать сейчас. Умереть. Иукерст жестоко ошибся. Ему не нужна смерть принцессы, ему нужны деньги. Своей ошибкой он поставил и себя и ее в ситуацию, из которой есть только один выход — бой.

Возвращение обоих королей в Парм не было столь триумфальным, как в прошлый раз, но все-таки они получил свою долю приветствий от населения. Тем более, численность жителей столицы Ранига в последнее время увеличилась. Прежде всего за счет бывших рабов, которые рыскали по стране в поисках лучшей доли, несмотря на запреты бродяжничества.

Вокруг дворца же бурлила деятельность. Строители, нанятые Ксарром, явно шли на рекорд скорости возведения многоэтажных зданий в мире Горр. Впрочем, это было неудивительно, учитывая их количество. Люди в запыленных рубахах сновали туда-сюда как муравьи. Короли, пытаясь добраться до уцелевшей части дворца, огибали примитивные строительные механизмы, разбросанные то тут то там. Трещали лебедки, кричали бригадиры, повзводно выстраивались солдаты, отряженные канцлером в помощь главному архитектору в качестве рабочей силы, идеально приспособленной для перемещения тяжестей. И везде стояла пыль, проникающая во все щели и вызывающая удушливый кашель не только у обыкновенных людей, но даже и у ишибов.

— Как тут можно жить, твое величество? — говорил Михаил, обращаясь к Мерету. — Надо было раньше об этом подумать. Переехать в какой-нибудь загородный дворец. Их ведь у нас полно. До сих пор пустуют.

— Думаю, что пармская знать так и сделала, — отвечал король эльфов. — Этой пылью невозможно дышать.

Его собеседник согласно кивал, раздумывая о том, куда именно переехать, чтобы иметь возможность часто посещать подвал с ти-машиной. Несомненно, все даллы, тагга и обеспеченные уру давно покинули город и пережидают сейчас в удобных виллах тяжелые времена.

Но стоило распахнуться дверям дворца, как выяснилось, что умозаключения обоих королей были ложны. Придворные находились на своих местах. Стойко и безропотно они несли свой долг. Или то, что понимали под ним. Перед глазами Михаила предстала толпа разодетых дворян и дворянок, чьи наряды, казалось, не могла повредить никакая пыль. Их радостные лица и энергичные поклоны не оставляли никаких сомнений — они дождались. Король снова с ними, значит, жизнь имеет смысл.

— Приветствую, твое величество, — счастливо щебетала далла Улара Ортак в ответ на случайный взгляд короля. — Мы так ждали, так ждали твое величество, его величество Меррета и ее высочество Анелию. Слухи о блистательной победе опередили вас. Но даже если бы меня кто-то спросил об исходе похода заранее, то ответила бы так: «Твое величество не

знает поражений!»

Михаил тяжело вздохнул.

— Приветствую, далла, — сказал он. — Рад, что строительство не оказало на тебя подавляющего влияния.

— Как можно, твое величество! Я целиком прониклась важностью работы. Это же будет новый, прекрасный дворец, сделанный лично по мудрому заказу твоего величества. Ах, как бы я хотела оказать хоть какую-то помощь моему королю! Мне бы хватило мало-мальски завалящей придворной должности. Например, места Первой фрейлины ее высочества.

Михаил закашлялся. И не пыль была тому виной. Если канцлер являлся вторым лицом в государстве после короля, то Первая фрейлина была второй дамой после принцессы — будущей королевы.

— Я посмотрю, что можно сделать, — ответил владыка Ранига и Круанта и, не удержавшись от соблазна подшутить над словоохотливой даллой, добавил. — Хотя по этому вопросу ко мне уже обратились с петицией несколько знатных дам. Причем, одна из них нравится принцессе.

Шутка удалась на славу. Лицо Улары мгновенно вытянулась, поток слов стих и король, воспользовавшись паузой, зашагал дальше, размышляя о том, что с толпой придворных надо бы что-то сделать. В отличие от генерала Ферена, который считал дармоедами простых людей, Михаил принимал за них всю придворную рать. Дворяне, не имея возможности никуда приложить свои способности, создавали постоянную массовку во дворце. Из-за безделья они были погружены в интриги, утонченные любовные переживания и прочие вещи, с успехом поглощающие время и не приносящие пользу государству. Король бы с удовольствием разогнал всю эту братию, но, увы, положение обязывало. Монарх не существует без двора. Он даже подумывал о том, чтобы ввести никому не нужные придворные должности с целью хоть как-то организовать толпу бездельников. Например, Главный Смотритель Парадных Ворот. Или Распорядитель Королевских Садовых Дорожек. Михаил предполагал, что с помощью подобных нелепых назначений в королевских дворах его мира поддерживались хоть какие-то структура и порядок. По крайней мере, формально многие были при деле и точно знали свое место в табели о рангах.

Не встречая более никаких помех, Михаил проследовал в свои покои, чтобы освежиться после дороги и вызвать к себе канцлера, казначея и главного полицейского для отчета.

Тем было что рассказать, но король слушал вполуха, его беспокоили более серьезные планы, давно уже вынашиваемые им. Ознакомившись с докладом Ксарра, который касался воровства и задержек сроков строительства, владыка Ранига взял слово.

— Господа, прежде у нас не было ни времени ни возможности для принятия основных государствообразующих решений. Но мы не можем все время ждать каких-то войн. Поэтому медлить уже нельзя.

Лица присутствующих тут же изменили выражения. Канцлер и казначей смотрели на короля выжидательно, а Комен — настороженно. Главный полицейский уже слышал подобные вступления. Они касались отмены рабства. Поэтому справедливо предположил, что сейчас прозвучит нечто столь же важное и неожиданное, последствия чего еще долго придется расхлебывать. Михаил оправдал его ожидания.

— Ситуация в стране печальна, — сказал король. — Появилось очень много безработных, которые живут вообще непонятно на какие средства. В основном это — бывшие рабы. Наши ремесленники тоже занимаются неизвестно чем. Впрочем, они и раньше этим же занимались. Что происходит с крестьянами — тоже неясно. Не все перестроились, когда мы отменили рабство, некоторые несут убытки или чего-то выжидают. Мы получаем нормальные налоги только от торговцев, трактирщиков и, стыдно сказать, игорных домов. Причем, значительная часть торговцев — заезжие купцы. Дворянские хозяйства столь же эффективны, как и крестьянские. К тому же многие из поместий простаивают без владельцев.

— Но у нас есть деньги, твое величество, — возразил Ксарр.

— Да, — согласился король. — Это — налоги с торговцев и продажи амулетов. Но у нас могло бы быть больше денег. Гораздо больше. И обошлись бы без толп нищих бродяг. Сейчас даже цены на продукты резко пошли вверх. Томол превратился в поставщика зерна для Ранига!

— Бродяги были всегда, твое величество, — заметил Комен.

— Всегда, но не в таком количестве. К тому же их число будет увеличиваться за счет беглых рабов из других стран. Они голодают, собираются в банды, грабят, потом их ловят, сажают в тюрьмы, а мы несем расходы на их содержание!