Разрушительные истины
Шрифт:
— Тронь меня еще раз, и я обещаю тебе, что в следующий раз я выстрелю, — мои глаза опускаются к промежности нападающего, прежде чем медленно скользнуть вверх по его торсу и встретиться с его убийственным взглядом, — я не промахнусь.
Бросив последний яростный взгляд, он бросается на меня, его глаза устремлены на пистолет, крепко зажатый в моей руке. Он хватает меня за запястье, и каждый из нас борется за доминирование. Используя его травмы в своих интересах, я поднимаю колено и ударяю им по его ушибленным ребрам. Со стоном он толкает меня, и я теряю равновесие. Внезапно я падаю назад, и моя спина соприкасается с полом с сотрясающим
Переступив через меня, он смотрит на меня сверху вниз с победоносной усмешкой на губах. Желчь подступает к моему горлу, но я сглатываю ее обратно, не желая показывать этому придурку ни капли слабости.
Доннак тянется ко мне, но останавливается, когда с лестницы доносится громовой рев, эхом отдающийся в открытом дверном проеме спальни.
— Сирша! СИРША! — Хриплый напев, наполненный панической настойчивостью, достигает моих ушей, сопровождаемый тяжелыми шагами, несущимися вверх по лестнице.
— Черт. — Затравленный взгляд Доннака мечется между мной и дверью.
Я вижу, как в его голове крутятся колесики. Он знает, что слишком ранен, чтобы встретиться с тем, кто приближается. Нерешительность искажает его черты, и я использую это в своих интересах, заронив сомнение в его разум.
— Он убьет тебя за то, что ты прикоснулся ко мне. Беги или умри. Выбор за тобой, милый. — Сентиментальность слетает с моего языка, оставляя после себя мерзкий привкус.
Его решение за долю секунды вспыхивает в его глазах, и прежде чем я успеваю это осознать, он отстраняется от меня и выбегает за дверь.
Мои плечи с облегчением опускаются, когда я приподнимаюсь на локтях и опираюсь на изножье кровати. Поднимая пистолет вверх, я крепко прижимаю рукоятку ко лбу и отчаянно пытаюсь успокоить дыхание. С каждым вдохом миллион бритв режут мои легкие, умоляя меня остановиться.
Потерявшись во всем, что произошло, хор грубых бормотаний срывается с моих губ, когда адреналин рассеивается. Шок окончательно обездвиживает меня, обрушиваясь на меня весом товарного поезда. Я смутно осознаю эхо шума в коридоре, и хотя мой разум умоляет меня встать и что-нибудь сделать, я не могу пошевелиться.
Мои глаза закрываются, блокируя все вокруг. Я борюсь с паникой, сжимающей мои легкие, и сосредотачиваюсь на своем дыхании. Вдыхаю через нос, выдыхаю через рот, снова и снова, пока нежное прикосновение не касается моего плеча, заставляя меня вздрогнуть.
Моя хватка на пистолете усиливается, и мои глаза распахиваются, натыкаясь на знакомое мальчишеское лицо.
— Полегче, Сирша. Это всего лишь я. — Мужская интонация Айдона витает надо мной. — Все в порядке. Он ушел. Я держу тебя, — продолжает он, сохраняя свой тон мягким и несколько мелодичным. Прежде чем я успеваю отреагировать на его спокойную непринужденность, Айдон стягивает через голову толстовку и протягивает ее мне. — Ты, должно быть, замерзла. Надень это.
Это требует больше усилий, чем я готова признать, но я кладу пистолет на пол и просовываю руки в рукава, натягивая толстовку через голову и прикрывая покрывшуюся мурашками кожу.
— Спасибо тебе.
Я таю в мягком хлопке, когда меня мгновенно обволакивает тепло. Мои глаза не отрываются от Айдона, пока он поднимается со своих корточек. Следя за каждым его движением, я наблюдаю за тем, как он лезет в карман, достает телефон
и касается экрана, прежде чем поднести его к уху.— Давай, Ри.
При упоминании имени Роуэна чувство вины захлестывает меня, атакуя мои чувства, как колония разъяренных пчел.
Я так быстро поверила, что нападавшим на меня был Роуэн. В моем сознании не было ни капли сомнения. Он держал меня под контролем, крадя жизнь из моего тела.
Снова и снова Роуэн клялся, что он не злодей из моей истории, но часть меня всегда пыталась поверить ему. Как я могла, когда полуправда и красивая невинная ложь были обернуты вокруг каждого момента, который мы провели вместе? Из-за него было легко поддаться на уловки Доннака. Меня тошнит от этих противоречивых чувств и от того, что я никогда не знаю, кому и когда можно доверять.
Впервые в жизни я чувствую себя одинокой, мне некуда обратиться. Все вокруг меня утаивают информацию, подкармливая меня ровно настолько, чтобы я не умерла с голоду. Но также оставляют меня жаждущей большего.
Я не знаю, что думать и как себя чувствовать. Конечно, Роуэн не был человеком под маской — не в этот раз, — но кто скажет, что он не кукловод, дергающий за все мои ниточки?
Мои руки обхватывают мое тело, оборачиваясь вокруг меня, как пресловутое одеяло безопасности. Не сводя глаз с Айдона, я слежу за каждым его движением, наблюдая, как он запускает свободную руку в свои светлые волосы.
— Возьми свой гребаный телефон, придурок. — Он ходит взад-вперед, прежде чем попробовать снова. — Черт! Где он, черт возьми?
Это риторический вопрос, но я хотела бы услышать ответ. Мои мысли возвращаются к сегодняшнему утру, когда я услышала, как Роуэн разговаривает по телефону с моим отцом. Мог ли он быть частью плана избавиться от меня? Боже, почему вопросы продолжают накапливаться? Мне нужны ответы. Сейчас.
Я решаю держать свои карты при себе, потому что, хотя Айдон и не дал мне повода сомневаться в нем, он верен своему лучшему другу, и на данный момент я не могу доверять никому. Даже тот парень, с которым я делила прошлую ночь.
Поэтому, вместо того чтобы раскрыть то, что я знаю, я кладу ладони на пол и поднимаюсь на ноги. Огромная толстовка Айдона накидывается на меня, задевая верхнюю часть бедер. Не уверенная в том, что делать, я натягиваю манжеты на ладони и сажусь на край кровати. Мои ступни ступают по половицам, и мои ноги дрожат, когда взрыв нервной энергии проходит через меня. В несколько монтажных моментов все обрушивается на меня одновременно — Доннак, ванна, пистолет. Поднося руку ко рту, я покусываю кончик большого пальца и отключаюсь, теряясь в своих мыслях. Я смутно слышу голос Айдона, когда он что-то тихо бормочет в трубку, но не обращаю на него внимания.
— Эй, посмотри на меня. С тобой все будет в порядке. — Айдон балансирует на носках ног, приближаясь ко мне. — Лоркан уже в пути, и он выяснит, что, черт возьми, происходит.
— Кто такой Лоркан? — Мои слова дрожат, едва слышны.
Айдон опускает подбородок на грудь.
— Кто-то, кому Роуэн доверяет свою жизнь.
Беспокойство покидает меня. Действительно ли мне нужен еще один игрок, вступающий в игру, которая стала моей жизнью?
— Это должно меня успокоить?
Но, в истинной манере Айдона, он пропускает мимо ушей суровое выражение моего лица и дерзко подмигивает в мою сторону.