Раминар
Шрифт:
Неи потихоньку наблюдала за поведением Лайлин и графа Эл Тейтон, отмечая легкие касания рук, внимательные взгляды девушки, улыбку, пробегавшую по губам Вларда, когда она что-то шептала, склоняясь к его уху. Б'Руан была падка на красивые романтические истории. И картина этой нежной связи между юной красавицей и слепым графом, не на шутку распаляла ее воображение. Наконец, леди не выдержала, и, смущаясь, спросила:
– Ваше сиятельство, вы и Лин помолвлены?
Теаран опустил вилку, в который раз сокрушаясь по поводу провинциальных нравов, царящих в этой глуши. Но вопрос прозвучал, и необходимо было как-то отреагировать. Н'Карн пожалел, что не может видеть
– Да.
У Лайлин в груди что-то екнуло, и к щекам хлынула кровь. Она торопливо отпила вина, ради самого процесса. Прежде чем отставить кубок, нервно взболтнула содержимое и сделала еще один глоток. В голове разлилось теплое озеро, медленно стекая к сердцу.
– Какое самопожертвование, - умилилась Неи, пытаясь перехватить блуждающий взгляд невесты графа.
Теаран по привычке вскинул бровь, чувствуя, как под повязкой натянулась кожа, изуродованная шрамами. "Да уж, тут нужна прямо ангельская самоотверженность, чтобы прыгнуть в объятья к калеке, заслужившему немилость самого Арга, и броситься с ним в бега по лесам и долам. Браво, Лайлин! В глазах деревенской кокетки ты заслуживаешь нимба вокруг головы".
Н'Карн сам удивился, откуда взялись эти досада и раздражение. Необъяснимый толчок злобы напугал его.
"Тпру. Стоять. Ты размечтался. Никто не прыгал к тебе в объятья. Наоборот - это тебя приняли, утешили и приголубили в минуту твоей слабости. И до сих пор принимают. Не гонят, и не отворачиваются. Так что засунь свое злобство себе в глотку и хоть подавись им. Но права брызгать ядом в Ее сторону ты не имеешь".
– Любовь так редка в наше время, - продолжала медовый лепет Б'Руан.
– Порой, я даже сомневаюсь в ее существовании. Люди не склонны верить в то, чего не видят, не могут ощутить и осознать. Для этого и нужны примеры счастливых пар вроде вас. Чтобы не терялась вера.
– Неи, вы романтичны настолько, что у меня начинают болеть зубы, - вставил кисло Готрейн, пожирая глазами тонкую фигурку в жемчужном атласе.
– Любви нет. Есть выгода от совместного времяпровождения. Или же необходимость в таком времяпровождении. Леди вполне могла последовать за его сиятельством лишь потому, что не могла остаться. В силу каких-либо неизвестных нам причин.
– Пятая за сегодняшний день бутылка не пошла тебе на пользу, Рейн, - покачал головой Дарнадей, подбадривающе улыбаясь Лайлин.
– Не обращайте внимания на повесу. Его язык полощется по ветру без ведома мозга.
– Дуэль! Дарни, предатель, - вскинулся Готрейн, тут же сползая на лениво-хмельной тон.
– Да. Конечно, - кивнул тот, доверительно шепча соседям, - Это уже двадцать седьмая угроза дуэли. За последний год.
Лайлин позволила себе улыбнуться, радуясь, что между ней и пьяным Готрейном надежной преградой сидят Алестар и отец.
Блюда с дичью наполовину опустели, салфетки все до одной перекочевали в короб для мусора, а радушный хозяин допивал последнюю из принесенных бутылок кардо.
Гости покинули стол, разбрелись по саду, в ожидании десерта гуляя вдоль клумб и подстриженных кустарников. Слуги быстро сменили посуду и приборы, на столе
появились корзинки с лепешками и фруктами, розетки с вареньем. Когда в воздухе неожиданно запахло кофе, Теаран даже сбился с шага, недоверчиво поводя носом.– Чем это несет?
– нахмурился Эрикир, поглядывая через плечо.
– Несет?
– Н'Карн, хмыкнув неодобрительно, пояснил, - Это кофе. Напиток, который варят из прожаренных бобов кофейного дерева. Утонченный вкус исключительно для ценителей. Так что ты можешь расслабиться и, если угодно, задержать дыхание на полчасика, пока я буду наслаждаться ароматом. Лайлин, ты пробовала кофе?
– Нет.
Теаран, плотоядно улыбаясь, промурлыкал:
– Настоятельно рекомендую. Есть один рецепт для сластен - читай для девушек - чашечка кофе и рюмочка малинового ликера. Хотя, откуда тут взяться ликеру, - добавил он уныло.
– А я считаю, что в мире не придумали еще ничего лучше свежего виноградного сока, - Эрикир напыжился, многозначительно изгибая бровь.
– А все же соку нужно позволить побродить года этак два для начала, - вклинился в разговор неизвестно откуда выплывший Готрейн. Лайлин готова была поспорить, что он поджидал их за кустом.
– Стол накрыт. Прошу.
Поднеся к губам маленькую белую чашку с подозрительно темной жидкостью в ней, Лайлин сдула тонкий слой светло-коричневой пенки и отхлебнула. Теаран затаив дыхание, прислушивался к ее реакции, а Эрикир уже кусал губы, чтобы удержать улыбку, эту самую реакцию воочию наблюдая. По лицу девушки скользнула забавная гримаса, которая не могла означать ничего другого, кроме: что это за гадость мне подсунули?
– Ну как?
– спросил Теан, когда молчание затянулось.
Лайлин бросила беспомощный взгляд на строившего ей невинные глазки Эрикира и прокашлялась.
– Эм-м... Ты был прав. Вкус исключительно для ценителей.
Поняв все недосказанное, Н'Карн разочарованно выдохнул. Нащупал свою чашку. Отпил...
Только из уважения к присутствующим, виконт сдержал возглас досады. Это был не кофе. Нет. Скорее это была вода, в которой мыли кофейник
– Чтобы распробовать, одного раза недостаточно, - пробормотал он растерянно.
– Надеюсь, нам еще представится возможность выбора между другими сортами. Вероятно, этот просто не соответствует... э-э-э... Не соответствует, в общем.
Замолчав, Теаран, как он надеялся, незаметно отодвинул чашку в сторону.
Желание заесть или запить паршивый привкус, расползшийся по языку, было поистине непреодолимо, но витавшие над столом ароматы хлеба и сладостей сами по себе никак не могли подсказать ему, где именно стоит блюдо с едой.
– Лин, подай мне, будь добра, что-нибудь за..., - Н'Карн проглотил чуть было не скользнувшее с губ "закусить" и выдавил, - поесть.
– "Запоесть", - Эрикир прикрыл рот кулаком, изображая кашель. Но он был бы не он, если б остановился на достигнутом, поэтому до обострившегося слуха Теарана донеслось также все остальное.
– А потом приподпить, навкурить и отвыспаться.
Неи прыснула в ладошку, тут же принимаясь старательно размазывать масло по булочке.
– Что случилось? Что такое?
– встрепенулся Готрейн, не желая пропускать шутку.
Никто не спешил объяснять. Теаран поставил в уме заметку, отплатить языкатому сыну трактирщика, когда представится возможность. Заминку в беседе заполнило позвякивание посуды и отдаленный шум хозяйственного двора.
Лайлин как раз вложила в руку виконту печенье, когда рядом послышалось едкое:
– Ваш кофе отвратителен.