Чтение онлайн

Это был хороший шанс изменить свою судьбу — того, кто особенно понравится королю, ждала не только награда: он мог человека безродного наградить дворянством. Что бывало крайне редко, но бывало. Для этого король устраивал лотерею. Если победитель вытаскивал из шара выигрышный номер, то он получал дворянство, так что удача должна была идти с ним рука об руку до конца. Это делалось не всегда — надо было особо отличиться, ограничений на эти игры не существовало.

Позаимствовали их у Кильдиады, переиначив, как водится, на свой манер.

Состязание делилось на два этапа: один для людей высокого ранга и другой —

для простонародья.

Игры мог открыть только король.

Все соревнование простолюдинов представляло своеобразный вид многоборья — и только тот, кто доходил до конца, мог претендовать на награду.

Кулачная борьба, бег на длинную дистанцию, прыжки через барьер, метание дротиков в цель, укрощение коня и подъем тяжестей.

В свое время чтобы один мудрый советник предложил Алонтию Высокому, для того, чтобы избежать назревающих бунтов горожан, отвлечь народ этими играми. Король последовал совету и с тех пор они стали традицией.

На большом поле за городом была сделана огромная площадь — вокруг нее сооружались длинные трибуны. С одной стороны располагались знатные люди, а с другой — простые жители города и окрестных мест.

Игры длились несколько дней, и посмотреть на них съезжалось множество народу.

В первые два дня соревновались рыцари. В оставшиеся два дня соревновались простые граждане.

Но трудно сказать, что больше привлекало людей — рыцарские турниры или соревнования среди сэллов.

Еще один день был посвящен карнавалу в масках, также заимствованному из других культур, похоже, что кроме старых культов у Ларотум не было ничего своего.

В завершение Золотой саллы, король устраивал грандиозный пир и бал во дворце. На все это стоило посмотреть: в Ларотум умели веселиться.

В столице готовились к праздникам. Мэриэг был хорош, как никогда: на высоких башнях развевались яркие знамена с гербами королей Ларотумских, город пестрел флагами и лентами желтого, голубого и зеленого цветов — все это цвета королевства.

Гостинцы были надраены до блеска и готовы к приему гостей. Цены на комнаты резко подскочили. Всем были выгодны праздники и состязания.

Лавочники забили свои лавки товаром, девушки вынимали из сундуков лучшие наряды, юноши чистили оружие и сапоги, ларотумцы готовили озорные куплеты — все с нетерпением ждали начала Золотой саллы.

Во дворце царил переполох не меньший, чем в городе. Королевская прислуга сбилась с ног. Мастер-повар боялся, что к концу состязаний он сойдет с ума, и грозный окрик его, то и дело, раздавался на кухне. Фрейлины были на грани истерики от своего возбуждения и многочисленных заговоров против соперниц. Главный конюший уже сам начинал пританцовывать, как королевские лошади; все были в предвкушении радостных событий и вкусной еды. Даже крестьяне, у которых к концу зимы зачастую не оставалось съестных припасов, задолго до игр затягивали пояса, но готовили хороший обед в праздничный день.

В плохие годы короли нередко устраивали раздачу муки и съестных припасов в эти дни для голодающих горожан, а в хорошие годы обходилось и без этого.

В день Олалы я вышел вместе с друзьями прогуляться по городу. Небо было по-весеннему ясное, и в воздухе чувствовался тонкий аромат наливающихся почек, запах первоцветов, которыми торговали старухи на оживленных

улицах.

Акробаты, паяцы, дрессированные животные наводнили Мэриэг.

На Круглой площади стояла большая клетка с надизагром. Животное металось по клетке и периодически издавало грозное рычание. Выглядел он очень даже…не для слабонервных. Мощное тело хищника покрыто полосатой коричнево-белой шкурой, черная пасть с острыми клыками, из которой текут слюни. Красные зрачки, не мигая, взирают на всякого, кто осмелится подойти поближе к клетке.

Грозное рычание сотрясает всю площадь.

От зверя у всех мурашки бегали по коже. Вокруг клетки собралась толпа. И высокий загорелый мужчина, с повязкой на лбу и огромным безобразным шрамом на щеке, громко объявлял свой номер.

— Итак, граждане Ларотума, жители славного города Мэриэга, есть ли среди вас смельчаки? Кто осмелится войти в клетку к этому ласковому и доброму зверю?! Кто сумеет не наделать в штаны и накормит зверушку вкусным обедом?

Зрители посмеивались, но не спешили откликнуться. И он еще раз прокричал приглашение.

Много раз повторять ему не пришлось — нашелся смельчак. Невысокий, худощавый человек, тридцати — тридцати пяти лет, с бледным лицом. На нем был строгий костюм с придворными знаками, — такие обычно носят люди, которые служат во дворце: лакеи, горничные, художники, музыканты, учителя.

Я вспомнил, что видел его однажды в Дори-Ден. Кажется, он придворный учитель или что-то вроде того.

Теперь этот человек на моих глазах входит в клетку с надизагром. И протягивает зверю дрожащей рукой кусок мяса.

Животное мгновенно выхватывает у него лакомство и смачно проглатывает его. Наступает напряженная пауза.

Надизагр приковывает свой взгляд к самозванцу и буравит его своими выпуклыми и хищными глазами и, пожалуй, готовится проглотить и его.

Тут-то и происходит главный фокус: дрессировщик делает неожиданное движение и перед самым носом у добровольца опускает разноцветную ширму. Смельчак выскакивает из клетки, а на его место заступает дрессировщик с очередной порцией мяса и новым трюком.

Несмотря на огромную ловкость и мастерство дрессировщика, человек, входивший в клетку, должен был обладать изрядной храбростью. Все зрители поддержали учителя одобрительными криками.

Оторвавшись от толпы зачарованной зрелищем мы пошли далее. Но в тот же день я имел удовольствие еще раз наблюдать придворного учителя только в другом качестве.

Из города Барм приехали тимэрцы, у которых в обычае были различные фокусы с горящими углями. Они ходили босиком по ним, клали их в рот и выделывали прочие замечательные вещи, но самым эффектным номером, пожалуй, у них было хождение по высоко натянутому канату над огромным костром, разведенным на площади.

Насмотревшись вдоволь на огнеедов и их огненные пляски, я, вспомнив мое приключение в замке духа и хождение по огню, внутренне содрогнулся и захотел уже уходить, как тут объявляют новое чудо — житель Мэриэга, скромный учитель хочет блеснуть мастерством хождения по канату.

— Э-э! Да это же наш учитель из клетки! — воскликнул знакомый голос, — это Паркара и Влару, с которыми я разминулся оказались опять рядом со мной.

— Орджанг! Вы здесь?

— Вы тоже видели этого учителя?