Пробурить Стену
Шрифт:
— Что-то шумно тут у вас, — стал возмущаться древний старик, размахивая посохом. Без громкоговорителей, в безумном грохоте взрывов, но его всё равно было слышно, даже через наушники с активным шумоподавлением.
Седрик растерялся, не сразу признав в старике учителя.
Громыхнуло так, что уши заложило несмотря на наушники. Шея почуяла смрад улицы. Седрик успел обернуться и удивиться, обнаружив у себя за спиной проплавленную дыру размером с человека, видя, как вспышка бьёт его около самого лица. Мелькнула тень Сильвии и тело её отлетело в сторону, загораясь и дымясь. Седрик сосредоточился, время замедлило свой бег, но не остановилось.
Он обернулся, видя, как экипаж БТРа рассыпается пеплом, а учитель шагает во тьму. Седрик не раздумывая шагнул за ним. Привычное уже давящее и закладывающее уши ощущение, он пролетел извилистыми путями межреальности и плюхнулся на колени на крыше дома. Всё застилал тот же смрадный дым, лишь солнце пробивалось чуть ярче.
Вспышка ударила уже учителя, но не попала в него, рванув в метре. Вторая взорвалась около его груди, но слишком слабо. Третья рванула уже на другом конце крыши. Седрик встал на ноги, пошёл за Титаниусом, который шагал бодро и широкими шагами.
Вспышка за спиной озарила два силуэта в тёмных плащах. Спустя мгновение ещё одна, а за ней расходящиеся ветви огненных нитей от края крыши и, казалось, до самого неба. Седрик чувствовал бурлящий поток той дикой Силы, которой Титаниус учил его пользоваться. Настолько мощный, что Седрику хотелось уменьшиться, исчезнуть, или бежать как можно дальше от этого места.
— Ээ, не, вы никуда не уйдёте прямо сейчас, пока я не договорю, — буркнул учитель, хотя Седрик и не видел, чтобы кто-то пытался куда-то удрать.
Две тени застыли на краю тридцатиэтажной пропасти каменного изваяния, едва угадываясь в дыму. Огни пожаров, прожекторов и слабые лучи солнца выхватывали из мрака тёмные силуэты.
— Ой молодёжь пошла нетерпеливая. Постреляли, попрыгали, обосрались и тут же убегать, — принялся снова причитать Титаниус, подойдя к теням на расстояние десяти шагов. Его лицо вдруг сделалось суровым: — Лишить бы вас тел для профилактики!
Тени не шелохнулись от такого заявления.
— Какие твои условия? — раздался мелодичный мягкий мужской голос.
— Во-от, уже правильно. Для начала скажите мне, смерть всех Седриков в Авалоне — ваших рук дело?
Они зашушукались.
— Да, — ответил правый. — Но больше мы ничего не скажем.
— Какие дерзкие парни… Ты думаешь я не знаю, кто ваши хозяева? Небось даже не на саму Алейну работаете, а на одного из её сыновей. Я, между прочим, Истинный, как и она сама, — он выдержал паузу. — Но это моя песочница — пусть не лезет! А ежели будет, то я созову совет и доложу Эльнире, что мне мешают в моих исследованиях — так и скажите, слово в слово. А сейчас убирайтесь с глаз моих!
Две тени поклонились и исчезли, а Титаниус снова сгорбился, тяжело опираясь на посох.
— Если придёт другой чародей, ты его так же прогонишь прочь, учитель? — нарушил недолгое молчание Седрик.
— А ты разве любитель под юбкой прятаться, внучок?
Седрик стушевался и даже разозлился.
— Ты иди лучше смотри, что там у тебя внизу творится, — буркнул Титаниус, открывая для Седрика портал.
Тот шагнул, оказавшись посреди бойни и вначале не понял, что произошло.
Солдаты пятились, отстреливаясь против людей. Они стреляли по толпе, пули прошивали людей, во все стороны летела кровь, но люди упрямо шли. Они обязаны были падать. Их глаза вываливались из
глазниц, головы падали на плечи, ноги с простреленными мышцами должны были перестать слушаться, но люди шли. Словно кара, спустившаяся на плечи Седрика.А он продолжал упражняться в невероятных вещах.
— Зани, координируй артобстрел.
— Что? Это же…
Даже он, беспринципный Зани, задумался.
— Так надо, Зани. Ты не хочешь знать, что я сейчас вижу.
Рядом встала Сильвия: кожа её покрылась волдырями, одежда местами проплавилась и врезалась в тело, волосы, что странно, остались на месте. Она окинула толпу взглядом:
— Ты к такому был готов?
С юга ветер донёс грохот, а после свист летящих снарядов.
От ударной волны его самого чуть не сбило с ног. Передовую линию солдат со щитами должно было втоптать в землю, стоять должны были остаться только сержанты в экзоскелетах, и то не все. Но из-за облаков пыли ничего видно не было.
Ветер задул в спину, унося смрад пожара.
Тишина.
Седрик, немного оглушённый, не слышал ничего. Рядом лежал развороченный БТР, поодаль стояло с десяток других бронированных машин, солдаты прятались за технику, взяв оружие на изготовку, выжившие тащили раненных и убитых. Всё молча: шелест перетаскиваемых тел, глухие стоны.
Сильвия щурилась. Левый глаз её пострадал и превратился в бельмо с выжженным веком. Седрик глянул на неё и та лишь скривилась, оглядываясь по сторонам.
Ветер унёс остатки пожара, распахнув над головой ясное небо с яркими солнечными лучами, падающими на коридор между двух рядов домов, засыпанный трупами. Море перестало колыхаться, наступил вынужденный штиль. Посреди этого моря, расставив в стороны руки стоял человек под пристальными взглядами солдат: в джинсовой куртке, в чёрных штанах и кроссовках, голубоглазый высокий блондин.
— Седрик Красс, — сказал он тихо, но его голос звучал на весь город.
Император Шияра пошёл вперёд, переступая трупы вначале своих военных, потом своих гражданских: перемолотые, смятые в кашу. Он шёл по камням своего же разрушенного города, по стеклу выбитых окон из домов, сделанных руками его людей. Вот он — враг. Прямо перед ним.
— Я буду говорить не от своего имени, но от имени великого освободителя Наяхши Хавы. Я есть его апостол, посланник и верный подданный. Он слышал ваши мольбы, ваши крики. Великий Наяхши Хава освободит этот мир от тирании демона во имя Вечных Сестёр.
Демон внутри Седрика рассмеялся, надрывно и неестественно, будто дразнился.
Император Шияра знал, куда всё идёт. Люди не понимали, а он понимал. Все считали, что он — чудовище, приняв его методы за зло. Сейчас тупое стадо отдаст себя в руки кровавому мяснику, который раскроит, разделает и пожрёт каждую глупую овцу.
— Седрик Красс, Наяхши Хава желает предать тебя смерти, но ты жалок и слаб, посему с тобой буду сражаться я. И ежели ты сумеешь меня одолеть, то так и быть, мой покровитель позволяет тебе уйти из этого мира живым.
Седрик не стал тратиться на слова, принявшись сгущать магические потоки. Две секунды на заклинание. Блондин улыбнулся.
«Правее бери!» — крикнул Агъирдоросс.
Заклинание сорвалось с рук, устремилось к ехидной ухмылке. Мир дрогнул, пространство пошло волнами, а маг продолжил стоять на месте. Стены домов принялись плавиться, видоизменяться. Люди за спиной исчезли, дорога превратилась в тропинку, а спустя мгновение свернулась гармошкой.