Потерянный бог.
Шрифт:
– Моя магия слабее твоей, - прорычал Амос, лицо которого вспыхнуло от унижения, - ты это хотел услышать?
– Это я и так знаю, - отмахнулся Тартис, наклонился погладить выбравшегося из-за кустов котенка, детеныша черной пантеры, его собственный подарок Повелителю.
– Но ведь нам с тобой прекрасно известно, что именно Ллэни, из всех элрави, сильнее всего подвержены воздействию старой магии.
– Амадей с усмешкой посмотрел на старого друга-недруга:
– Пусть пока эта маленькая обмолвка останется между нами, родственник. Пока…
Амос стиснул зубы: намек Амадея был более, чем ясен. Не удовольствуется
«Проклятье! Проклятый день, проклятый Тартис! О, Кларисса, милая моя, видишь, в какую яму ради тебя я падаю!» - и Амос вполголоса послал Тартиса в Бездну. Тот, естественно, расслышал, но только довольно хохотнул. Амадей любил выигрывать.
Повелитель был дома. Последние недели он почти все время проводил в своей личной библиотеке, куда не допускались даже самые приближенные к его особе маги. Если верить бродившим среди Темных слухам, Повелитель искал тайное, очень могущественное оружие, которое могло бы помочь им одолеть Орден.
Насчет забытого оружия Амос сказать ничего не мог, но то, что со всех подвластных Повелителю доменов конфисковывались самые старые хроники, желательно восходившие еще ко временам Первых, было правдой. А оружие? Оружием, если подумать, можно считать что угодно. Даже Ллэня, который категорически не желает принимать наследство своей уничтоженной Семьи.
У парадного входа Темных, как обычно, встретил слуга. Как-то язык не поворачивался назвать его обычным сервом. Предки этого человека в течении многих веков служили Темным Повелителям, а до них - Императорам, в те легендарные времена, когда Империя была таковой не только по названию.
Так же, как черные всеядные единороги были выведены Темными магами из обычных травоядных белых, и отличались от своих предков, в прямом смысле, как ночь от дня, так и слуг Повелителя нельзя уже было сравнить с просто людьми. Амос сомневался, что это существо, с огромной, во весь глаз, радужной оболочкой, и кожей серого оттенка, могло бы иметь общих детей с женщиной из местных. Или со ствурой, если уж на то пошло.
Слуга провел Темных в просторный кабинет, где Повелитель обычно удостаивал подданных аудиенцией. Высокий черноволосый мужчина с седыми висками, не так давно разменявший полторы сотни лет. Обычный маг в его возрасте уже начинал терять силы и выглядел намного старше, но Повелитель, похоже, еще не дошел до пика своего могущества. Еще одна несправедливость мира: маги, и так способные взывать к стихиям без помощи колец, живут почти в два раза дольше остальных. Счастливцы.
Повелитель выслушал их рассказ очень внимательно, но его темно-синии глаза мрачнели с каждым словом. Амос знал, тот сейчас с удивительной точностью складывает кусочки мозаики из отдельных, вроде бы ничем не связанных фактов. Однако, Повелитель не торопился сообщать им о своих выводах.
Говорил по большей части Амос, однако, как только речь дошла до встречи с Дареном, Амадей взорвался, яростно настаивая, что мальчик, которого они видели в лесу, его сыном не был.
– Возможно, - пробормотал Повелитель, - возможно.
Амос напрягся: похоже, сегодня будет один из тех редких дней, когда Повелитель соизволит поделиться с подданными своими
размышлениями.– Боюсь, твой сын может быть окончательно потерян для нас, Амадей, - тяжело проговорил Темный.
– Почему?
– спросил Тартис с опасной мягкостью в голосе.
Повелитель взглянул на него с моментальным удивлением, потом криво улыбнулся:
– Дети прошли сквозь Врата, Амадей, сквозь Бездну. Они живы, это я могу сказать тебе точно, но они - в другом мире, куда нам нет и не может быть доступа, даже останься под рукой целый клан Ллэней.
– Я помню, вы упоминали про две силы, закрывающие от нас подростков. Как это связано?
– Амадей старался оставаться спокойным, но, - Амос бросил быстрый взгляд на его кольцо, - так и есть, камень в перстне Тартиса яростно пылал.
– Подумай немного, Амадей, - хмыкнул Повелитель, - ты вполне можешь определить, что они из себя представляют.
– Неужели?
– с ноткой сарказма уточнил Тартис. Брови Повелителя удивленно приподнялись на его наглость, но он все же соизволил объяснить:
– Мальчик говорил вам о Боге, который ищет новых последователей, Боге, посланцы которого говорят на Древнем языке и убивают одним прикосновением. Боге, который, находясь в ином измерении, сперва похитил двух детей из самого сердца Империи и переправил в дикий лес, а потом подвел к остаткам Врат на дне высохшего озера и активировал их. Ну так как, Амадей, дать еще подсказку? Почему на северо-востоке нашего континента не селятся люди, почему охотники не ходят туда за добычей?
Амос прикрыл веки, молясь про себя, чтоб его дикая догадка не оказалась реальностью. Тартис судорожно сглотнул:
– Не может быть! Владыка Бездны? Потерянный Бог?
– Почему же не может быть?
– безрадостно рассмеялся Повелитель, - рано или поздно он должен был проснуться. Конечно же, он выбрал для этого именно нашу эпоху.
– А вторая?
– после долгой паузы поинтересовался Амос, - Вторая сила? Что это?
– А-а, вторая, - Повелитель нехорошо улыбнулся, глядя на Тартиса, - Пусть Амадей просветит нас насчет нее.
Какое-то мгновение Тартис смотрел на Повелителя, явно не понимая, чего от него хотят, потом побледнел, во взгляде мелькнул страх. Амос пообещал себе, что обязательно сохранит в памяти этот редкий момент.
– Я… я… - Тартису явно хотелось солгать, будто он не понимает, о чем речь, однако поступать так перед Повелителем было, по меньшей мере, глупо.
– Думаешь, мне не известно, как ты мечтаешь занять мое место?
– насмешливо поинтересовался Повелитель.
– Как тебя гложет зависть? Но ты не глуп и понимаешь ничтожность своих шансов. Однако идея с Основой была не плоха. И что же, мальчишка стащил кинжал у тебя из-под носа, или ты сам решил поэкспериментировать на сыне?
– Я обнаружил пропажу, только вернувшись домой, вечером дня Примирения, - выдавил Тартис.
– Я бы никогда не позволил Дарену взять Основу в руки, я не враг своему ребенку!
При последних словах Амос едва удержался от злой гримасы: он достаточно видел сам и слышал от Клариссы, чтобы считать иначе.
– Теперь я знаю, кого мы видели в лесу, - с гневной издевкой произнес Амос, - это был не Дарен, ты прав, это был его призрак! Восемьдесят процентов неудачи, Тартис! Этот клинок…
– Спас, скорее всего, обоих подростков, - мягко перебил Амоса Повелитель.