Чтение онлайн

34

Последний пятичленный пленник из системы Аяэ умер, повторяя одни и те же утверждения – заканчивая, он начинал сначала, – и теперь Экур из когорты Ткалала спорил сам с собой: было ли такое повторение симптомом гибели мозга или предсмертным ритуалом. Рефлекс или молитва? Так или иначе, пять членов, сведенные судорогой, выгнулись кверху, вздрогнули и стали биологически неактивными. То, что было материальным проявлением разума, сделалось неодушевленным предметом. Это называется «смертью».

Допрашиватель-библиотекарь уединился в своей нише, куда не допускались животные, чтобы отточить

свои выводы и приготовить их для передачи высшим. Его сведения будут переданы затем еще выше, и так далее, пока не дойдут до регулятора-библиотекаря и через него – до самой Совран… «Организм утверждал, что является искусственным, – полуразум, но составленный из живых тканей. Неясно, истинно ли данное утверждение: есть свидетельства как в пользу этого, так и против этого».

Поступил вызов, и он не смог закончить доклад. Камера, куда его вызвали, находилась в другой части мира-дворца, но путь был недолгим. Экур-Ткалал отложил инструменты, поднялся на ноги и прошел к очереди на транспорт над большой аркой. У него не имелось подчиненных, которых следовало бы уведомить, а вызов пришел от стоявших выше его в порядке вещей. Внезапно созванное собрание могло коснуться только встречавшихся ему по дороге животных, а те не представляли для него интереса.

Его ожидал корабль, небольшой, но оснащенный всем необходимым. Пилот был не из числа животных – ремесленник-каррикс, настолько успешный, что сохранил принадлежность к мужскому полу. Экур-Ткалал ожидал безразличия с его стороны, но пилот, несмотря на свое превосходство, встретил его с почтительным гостеприимством. После взлета они продолжили движение в высшие слои атмосферы.

Корабль цвета кости, к которому они причалили, был шире большой арки. Вокруг него зависли тысячи золотых и серебристых дронов. Транспорт опустился на гладкую каменную площадку. Встречавшие библиотекаря охранники были ростом с солдат, но тоже сохранили половую принадлежность. Эти стражи-самцы были красными с золотом, от их тел исходил едкий, цветочный запах – запах угрозы. У библиотекаря закружилась голова от всех этих странностей – или от сочетания повисших в воздухе феромонов.

Причал напоминал тщательно вспаханную землю и увлаженный дождем камень. Сочный, биологически активный. Органы брюшного отдела Экура, давно усохшие до рудиментарных бугорков, впервые за десятилетия налились кровью. Охранники, сопровождавшие библиотекаря, насмешливо переглянулись; он подумал, что это из-за его неровной походки. Тело менялось, отвечая на неосознанные химические сигналы, и это ощущение необычайно пьянило.

Они миновали широкий, ярко освещенный переход, затем двое охранников ввели его в зал собрания. У библиотекаря подломились суставы. Он бессильно опустился на пол. Боевые конечности распластались по холодному камню, лицо уткнулось в пол.

Совран восседала, подогнув громадные ноги под филигранно украшенную, пульсировавшую светом брюшную часть. Сотни ее глаз двигались с величественной независимостью, а питающие конечности – каждая толщиной с боевую руку библиотекаря – изящно пригибались к грудному отделу. Прикажи она сейчас умереть, библиотекарь повиновался бы не раздумывая.

В сравнении с Совран регулятор-библиотекарь выглядел не так подавляюще. Экур-Ткалал ощутил, как размягчаются, разжижаются его внутренние органы, готовясь принять новую предписанную форму. Метаморфоз запустился даже без указаний.

– Мы получили известие, – заговорил регулятор-библиотекарь. – Сражение у Аяэ окончено.

Дактиля, которому ты служил, больше нет.

– Да, – сказал Экур-Ткалал.

– Твое место в долях меняется. Вместе с этим меняются твои обязанности и твоя ответственность.

– Я повинуюсь.

– Существует подчиненный вид, по-видимому, биохимически родственный доставленным тобой пленным пилотам. Мы оказали честь его хранителю-библиотекарю, занявшись этим случаем. Твоя служба Карриксу будет касаться их.

– Будет, – подтвердил Экур-Ткалал, и его плоть задвигалась, заколыхалась, спеша принять изменения, становясь тем, чем ей приказали стать. – Я готов. Готов.

Когда избиение завершилось и хранитель-библиотекарь людской доли возвратился назад, два мягких лотарка отвели Дафида обратно в комнаты. Куда отправили Джеллита, он не знал. В другое место. На обратном пути он все представлял, как скажет Джессин, что ее брат уцелел, мысленно рисовал ее лицо с написанным на нем облегчением. Единственное, что было хорошего в мире, наполненном чувством вины и унынием. За него и цеплялся Дафид.

В коридоре перед входом в их квартиру беспокойно переминались два рак-хунда. Широкая дверь откатилась. Джессин, Рикар и Кампар сидели у окна, безмолвные, как на похоронах. Тоннер, стоя в кухне, брал одну за другой тарелки и чашки и грохал их об пол. Илси с Синнией не было. «Она умерла. Илси умерла». Это сказал Тоннер. «Все умерли». Казалось, Дафиду запустили в лоб кирпичом. Сначала удар, потом медленно приходящая, захлестывающая все боль.

Рядом с этим известие о том, что они выменяли жизнь Джеллита на раскрытие заговора Остенкура, выглядело незначительным. После этих смертей Дафид не мог думать ни о чем другом.

Карриксы пришли за ними на следующее утро. Солнце поднялось уже так высоко, что розовато-золотые лучи скрылись за высокими облаками. По светлому небу ползли блестящие точки – корабли, транспорты или иные невообразимые механизмы, как думал Дафид. За открывшейся широкой дверью стояли два каррикса, далее – с полдюжины рак-хундов. Одним из карриксов был их библиотекарь. Другого Дафид раньше не видел: чуть больше библиотекаря, темнее его, сильнее отливавший пурпуром. На массивных передних конечностях виднелись ярко-красные полосы.

– Сейчас идете с нами, – сказал новый каррикс. Голос, донесшийся из коробочки-переводчика, был более низким, чем у библиотекаря, а в его бесстрастии чудилась угроза.

– Мы все? – спросил Кампар.

– Вы все, – сказал новый каррикс.

– Дадите минутку на сборы? – спросил Кампар с легкостью, всегда сопутствовавшей гневу или напряжению. – Я куда-то задевал свой саквояж.

Новый каррикс приподнялся, его тяжелая боевая лапа оторвалась от пола. Кампар мгновенно склонился и уже без усмешки произнес:

– Я пойду с вами.

Лапа опустилась.

Пятеро уцелевших членов прославленной научной группы Тоннера Фрейса выстроились, как школьники под взглядом строгого учителя. Рак-хунды закрыли за ними дверь и двинулись по бокам от их колонны. Они вышли из коридора на широкую металлическую аппарель. Дафид отметил, что одни встречные инопланетяне убираются с дороги, другие пристраиваются к ним. Новые рак-хунды и синены, мягкие лотарки – боевые псы карриксов. И новые карриксы: по большей части крупные, в солдатских панцирях. И еще несколько представителей служивых видов, работавших в соборе и в лабораторных нишах.