Пена дней
Шрифт:
— Разве здесь не производят пушек? — спросил Колен.
— В принципе производят, но мы только подходим к выполнению плана за прошлую войну. Эти пушки неважно работают, и их нужно уничтожать, но они очень прочные, поэтому на их уничтожение уходит много времени.
В дверь постучали, и в комнату вошел заведующий складом. Перед собой он толкал белую стерильную тележку, где под белоснежной простыней лежала последняя продукция Колена. Простыня заметно приподнималась с одной стороны, и Колен с тревогой подумал, что стволы, должно быть, не вышли цилиндрическими.
— Нет, — воскликнул старик, —
Он снял простыню, и Колен увидел двенадцать холодных стволов из синей стали. На конце каждого ствола распустились свежие белые розы с бархатистыми кремовыми лепестками.
— Какие красивые, — прошептал Колен.
Старик ничего не ответил. Он откашлялся и проговорил, не очень уверенно:
— Я думаю, завтра вы можете не приходить.
Он нервно барабанил пальцами по краю тележки.
— Можно, я заберу их с собой? — попросил Колен. — Для моей Хлои?
— Если вы их сорвете, они завянут, — ответил старик. — Вы же знаете: они стальные.
— Не может быть, — прошептал Колен.
Он осторожно дотронулся до одной из роз и попытался сорвать ее. Но пальцы его соскользнули, и один из лепестков рассек ему руку. Рана была несколько сантиметров длиной. Из нее, медленно пульсируя, вытекала кровь, и Колен машинально начал слизывать языком огромные темные сгустки. Он не отрываясь смотрел на белый лепесток, на котором виднелся влажный кровавый полумесяц. Старик похлопал его по плечу и осторожно подтолкнул к двери.
Хлоя спала. Днем ее кожа была того же цвета, что и кувшинка, казалось, что цветок подсвечивает ее изнутри, но стоило Хлое уснуть, как на ее щеках выступали красные пятна. Густая синева заливала ее глаза, и издали нельзя было сказать, закрыты они или открыты. Колен сидел на стуле в столовой и ждал. Вокруг Хлои стояло множество цветов. Колену оставалось еще несколько часов до очередного собеседования, и он хотел отдохнуть, чтобы произвести хорошее впечатление и получить приличное место. В комнате было почти совсем темно. Окно уже практически заросло, оставалось только сантиметров десять над подоконником, и свет вяло сочился из этой узкой щели. Полоска света падала Колену на лоб и глаза, остальная часть лица оставалась в тени. Проигрыватель сломался, приходилось ставить пластинки вручную, это было утомительно. Да и сами пластинки порядком износились. Иногда было даже сложно узнать мелодию. Колен подумал, что, если Хлоя захочет его позвать, она отправит к нему мышку. Интересно, женится ли Николя на Исиде? Интересно, какое платье Исида наденет на свою свадьбу? Интересно, кто это звонит в дверь?
— Здравствуй, Ализа, — сказал Колен. — Ты пришла навестить Хлою?
— Нет, — ответила Ализа. — Я пришла просто так.
Единственной комнатой, где они могли посидеть, была столовая. Там еще оставалось два стула. От Ализиных волос сразу стало светлее.
— Ты грустишь, — сказал Колен. — Я даже знаю почему.
— Шик остался там, — ответила Ализа. — Он у себя.
— Он просил тебя зайти к нам, — предположил Колен.
— Нет, он просто просил меня уйти, — пояснила Ализа.
— Понятно, — сказал Колен. — Он красит стены.
— Нет, — ответила Ализа. — Он собрал все книги Партра и больше меня не хочет.
— Ты устроила ему
скандал? — спросил Колен.— Нет, — ответила Ализа.
— Он просто не понял, что ты имела в виду. Когда он успокоится, ты ему все объяснишь.
— Да нет же, — сказала Ализа. — Он мне просто заявил, что у него как раз осталось достаточно трублон, чтобы переплести последнюю книгу в обложку из небытия, и поэтому он не хочет, чтобы я с ним оставалась, он не может мне ничего дать, я стану некрасивой, с шершавыми руками.
— Он прав, — откликнулся Колен. — Ты не должна работать.
— Я люблю Шика, — сказала Ализа. — Ради него я готова даже работать.
— Это бесполезно, — возразил Колен. — К тому же ты слишком красивая, чтобы работать.
— Почему же он меня выставил за дверь? — спросила Ализа. — Я, правда, красивая?
— Не знаю, — ответил Колен, — но мне почему-то очень нравятся твои волосы и твое лицо тоже.
— Посмотри на меня, — сказала Ализа.
Она встала, дернула за маленькое колечко застежки, и ее платье, светлое шерстяное платье, соскользнуло на пол.
— Да… — выдохнул Колен.
В комнате сразу стало светло, и он увидел Ализу всю целиком. Ее груди, казалось, готовы были вот-вот взлететь, ее длинные легкие ноги на ощупь оказались теплыми и упругими.
— Можно, я тебя поцелую? — спросил Колен.
— Да, — ответила Ализа, — ты мне нравишься.
— Ты простудишься, — сказал Колен.
Ализа подошла к нему, уселась ему на колени, безмолвные слезы покатились по ее щекам.
— Почему он меня разлюбил? — вопрошала она.
Колен укачивал ее, как ребенка.
— Он просто не понимает. Но знаешь, Ализа, в душе он славный.
— Он так любил меня, — говорила Ализа. — Он думал, что книги смогут со мной ужиться, но так не бывает.
— Ты простудишься, — повторял Колен.
Он целовал ее. Он гладил ее волосы.
— Если бы я встретила сначала тебя, я бы тебя так же полюбила, — говорила Ализа. — А теперь я уже не могу, потому что я больше люблю его.
— Я знаю, — отвечал Колен. — Я тоже теперь уже больше люблю Хлою. — Он помог ей встать, подобрал ее платье. — Оденься, моя малышка, — попросил он. — Ты простудишься.
— Я не простужусь, — ответила Ализа. — И вообще, мне все равно. — Тем не менее она стала машинально одеваться.
— Мне жалко, что ты такая грустная, — сказал Колен.
— Ты такой милый, — ответила Ализа. — Я не грустная. Мне кажется, я могу еще кое-что сделать для Шика.
— Пойди к своим родителям, — сказал Колен. — Они, наверное, будут рады тебя видеть. Или к Исиде.
— Там не будет Шика, — ответила Ализа. — Я не хочу быть там, где нет Шика.
— Он придет, — сказал Колен. — Я его навещу.
— Нет, — ответила Ализа, — ты к нему не попадешь. Он теперь всегда закрывается на ключ.
— Я его все равно навещу, — сказал Колен. — Или он меня.
— Вряд ли, — ответила Ализа, — теперь это совершенно другой человек.
— Не думаю, — возразил Колен. — Люди не меняются. Меняются только обстоятельства.
— Не знаю, может быть, — ответила Ализа.
— Я тебя провожу, — сказал Колен. — Мне пора искать работу.
— Мне в другую сторону, — ответила Ализа.
— Тогда спустимся вместе, — сказал Колен.