Чтение онлайн

В очередной раз оглядывая зал, Амрена наткнулась на ледяной взгляд Акадии. Легиора, пропускаемая с изумлением глядящими на нее амазонками, подошла к Амрене:

– Зачем ты это делаешь? Хочешь, чтобы я ушла с трона? Я уйду, только не разбивай им сердца...

– Чем поможет твой уход?
– прошипела женщина.
– Амазонок уже давно нет. Это чудовище должно было стать последней амазонкой, да только отбилось от рук, сорвалось с поводка. Ведь так, Акадия?

– Не впутывай Джайру...

– Я? Я ее впутываю?! Это ты, верховная амазонка и легиора, впутала сюда эту мерзость! Погубила все то, ради чего мы все здесь живем!

Еще не все потеряно - я отослала сокола к заставе, чтобы они не пропускали ее. Если мы снова оденем ошейник на это отродье, у нас будет в руках оружие огромной силы!..

– Джайра никогда не склонит голову перед кем-либо!
– терпение Ксии лопнуло. Она это сделала из отчаяния, но только добавила масло в огонь.

Амрена медленно повернулась к ней.

– А, малютка Ксия, главная почитательница этого демона. Она тебе не говорила сама, откуда она родом? Конечно же, нет! Она и сама ничего о себе не знает. А знаете, почему она так важна для всего мира?..

– Не делай этого!
– в этот раз отчаяние одолело Акадию. Амрена снова обратила взгляд на нее.

– Это правда?
– к легиоре подошла центуора. Лицо вот-вот могла исказить гримаса боли, в глазах отражалось уныние всего мира.
– Скажи! Все, что ты говорила в минуты, когда мы оставались вдвоем обсудить дела, - все это правда?

Эхо многократно повторило "правда", похожее больше на плач чаек. Никогда еще тишина под сводами Дворца Справедливости не была такой тяжелой.

Нерешительный взгляд Акадии вызвал у центуоры выдох, больше похожий на звук удушения, чем на дыхание.

– Мира?
– к ней шагнула одна из копейщиц, обеспокоенная реакцией учителя. И сама тут же растерялась от собственного дрожащего голоса.

– Мира, прошу тебя, не воспринимай все так плохо, - покачала головой Акадия.
– Для нас еще не все потеряно...

– Потеряно?
– воскликнула одна из авангардисток, говоривших с Ксией на лестнице за пару минут до этого. В глазах стояли слезы.
– Что это за страшные слова она говорит? Почему мы все потеряли? Когда это случилось?

В поисках ответа все женщины смотрели друг на друга, но видели только такое же безграничное отчаяние.

– Акадия, что же это?
– как и предсказывалось, даже легаты снова обратились за помощью к легиоре. Но она молчала.

Неожиданно для всех центуора кинула свой меч к ногам верховной амазонки. По лицу прошла едва сдерживаемая судорога горя.

– Кому я служила все это время? Кого я учила? Все это было для отвода глаз? Спектакль для стервятников? Ответь мне, моя госпожа!

Легиора снова вздохнула:

– Надо было мне отпустить Джайру, когда она просила об этом. Тогда бы ты до сих пор молчала, и глядишь, добилась бы своего. Но твоя уязвленная гордыня захотела вытащить свой авторитет из грязи, хотя ты даже не падала. И так было всем ясно, что Джайру превзойти нельзя - ее мастерство доведено до совершенства, которого нам никогда не достигнуть. Она даже не покупается на такие мелкие едкости, какими ты выплескиваешь на всех свой яд... Ну зачем ты рассказала им об этом? Что тебе это дало?

– Ответь мне, Акадия, - прошипела Амрена, глядя на женщину исподлобья, - что от вашего заговора с Эврикидой получила бы ты? И что досталось бы всем нам?.. Молчишь? А я отвечу: ничего. Все это было ложью.

Небо заметно потемнело, откуда-то издалека донесся раскат грома.

Начиная с ближних рядов, все женщины

начали бросать оружие на пол. Грохот металла о мраморный пол отдавался от стен и купола так, будто рушились стены огромной крепости. Ксия не верила своим глазам. С оружием в конце концов остались только она и Акадия. Амрена прошептала:

– Так знаете, почему Джайра так важна для всего мира?..

Легиора умоляюще взглянула на амазонку.

– Посмотри, чего ты добилась!
– опомнившись, что она сорвалась на крик, женщина прикрыла рот рукой, обведя всех взглядом, и, немного успокоившись, продолжила: - Амазонок больше нет, так оставь в покое это дело! Нет нужды раскрывать этот секрет всему миру. Об этом никто не должен знать до предназначенного часа...

– Я скажу. Ничто меня не остановит. Она так важна, потому что она...

– На нас напали!
– в общем горе никто не слышал, как через всю площадь ко Дворцу из последних сил бежала разведчица, ворвавшаяся не к месту и не к времени с роковым известием.

По залу в воздухе пронесся странный, похожий на демонический, смех, сгустившийся на пустом троне, над которым мгновенно проявились сквозь невидимую дымку кроваво-красные глаза и очертания эльфийской фигуры. Под общий вдох ужаса по залу снова пронесся этот гадкий смех, и своды Дворца Справедливости сотряс гром, разбивший купол. Осколки величиной с наконечники копий разноцветным водопадом посыпались навстречу устремленным к ним взглядам...

. Монетки из козырной

– Подъем! Солнце уже высоко и не будет вас ждать целый день, как и я!

От такого крика Фарен вздрогнул, но по старой привычке немедленно сел. Джайра не преминула отметить про себя, что это признак казарменной службы. Протирая глаза, он осмотрелся. Рядом что-то с аппетитом ел Херон, так же аппетитно пахло жаренным мясом с какими-то приправами. Лошади были все еще стреножены, но заседланы и зафиксированы поводом. Сама наемница сворачивала навес, но все это делала впопыхах, будто кто-то гнался за ней. И было отчего так торопиться. Еще до рассвета Джайра заметила синего сокола, летевшего к заставе, видневшейся одинокой стеной посреди дороги. Если в поселении все так и произошло, как то ожидалось, то наверняка стражницам послали приказ не пропускать их. Теперь вся надежда только на привратницу: если она сохранила благоразумие и не поддалась общей панике, то все еще может обойтись, если же нет... Жаль, что придется пойти на жертвы. Чтобы отвлечься от непроизвольного составления плана прорыва, она подумала о том, не сказать ли эльфу, что это полевая крыса, а не фазан? "Он, конечно, разницы не знает - куда ему!
– но было бы забавно увидеть его реакцию".

Кое-как продрав глаза и стараясь отогнать сонливость, Фарен взял одну из палок с нанизанными кусочками мяса и принюхался к нему. Затем удивленно посмотрел на Херона, уплетающего за обе щеки свою порцию.

– Правда, восхитительный запах? Я и не думал, что фазан может запечься до такой хрустящей корочки!

Удивившись еще больше сказанному, он увидел появившуюся самодовольную улыбку наемницы, проходящей мимо с поклажей. Уж он-то знал истинный вкус птицы, но обижать друга разоблачением жестокой шутки не стал.