Микеле
Шрифт:
Самым младшим в группе оказался, Микеланджело Буонаротти – полгода назад ему сравнялось пятнадцать. Внешне он не выделялся красотой: невысокий, с острым взглядом светло-коричневых глаз, прямоугольным лбом и оттянутыми книзу ушами.
Прежде Микеланджело обучался в мастерской Доменико Гирландайо вместе с Франческо Граначчи. Красавец Франческо расписывал для учителя картины маслом, а подросток Микеланджело растирал и смешивал краски. Сметливый Граначчи не без основания подозревал, что Гирландайо испытывал ревность к таланту Микеланджело, ведь тот мог рисовать по памяти намного лучше учителя. Франческо, как старший по возрасту, смог, благодаря небольшой интриге, получить приглашение в Школу скульпторов для себя и своего друга.
Бертольдо неторопливо говорил, переводя взгляд из-под побелевших от старости ресниц от стены на лица слушавших его учеников. Стена эта была расписана символикой правителей Флоренции и семидесятилетний скульптор с теплым чувством смотрел на красные шары и желтые лилии герба семьи Медичи. Под высоким сводом зала громко звучал хриплый голос, к которыму внимательно прислушивались ученики. Все, кроме одного.
Девятнадцатилетний Торриджано слыл самым задиристым в группе. Он будто ненароком то локтем, то ногой задевал сидевшего рядом с ним Микеланджело. Ему не нравилось, что тот слушал учителя и одновременно делал зарисовки в лежащий на коленях альбом.
Не нравилось прилежание нового ученика.
Не нравился выступающий наружу талант.
Не нравился его заносчивый характер.
С самого первого дня появления Микеланджело с неразлучным другом Франческо Граначчи в Садах Медичи, Торриджано увидел в нем соперника. Его раздражали вдумчивость, прилежание и трудолюбие Микеланджело. При любом удобном случае он пытался выразить новичку свое недовольство.
– Иди к нам, обеденный час давно настал, – усмехался задира, видя, с каким упорством новый ученик перерисовывает мотив фрески к себе в альбом. – Пока ты забавляешься углем, все вино окажется в наших желудках и тебе достанется только вода. Поторопись же! Ветхий Бертольдо все равно не заметит старыми глазами разницы между нашими рисунками. Можешь не стараться!
Микеланджело снизу вверх посматривал на стройного красивого Торриджано и только крепче сжимал губы: отвечать на обидные тирады он не собирался. Талантливый подросток пришел сюда учиться и не хотел отвлекаться на посторонние разговоры или насмешки.
– Ну что ты всех задираешь? – вступился за друга Франческо Граначчи и обратился к Микеланджело: – Микеле, правда, заканчивай работу и присоединяйся к нам. Сегодня оливки с хлебом особенно вкусные.
Остальные ученики охотно слушали поддевки Торриджано и тихонько комментировали их колкими фразами. Они охотно расслабились без надзора учителя за вкусной едой и вином, сильно разбавленным водой.
За общей суетой никто не заметил, что в трапезную давно вошел учитель Бертольдо и встал в сторонке, прислушиваясь к разговорам. Он молча улыбался в белую бороду и радовался беззлобному развлечению подопечных. Послушав достаточно, старый учитель стал разворачиваться, чтобы так же незаметно уйти, как пришел. Его движение оказалось неловким и широкая накидка, которую он не снимал даже летом, задела стоящий на полу кувшин. Глиняная корявая посудина упала на бок, громкий звук раскатился по всему помещению. Головы присутствующих как по команде повернулись к двери. В комнате наступила тишина.
– Что ж, дети, все вы наделены талантом и знаете об этом, – сказал Бертольдо, не считая нужным прятаться или оправдываться перед юнцами. Он решил использовать возможность немного поучить молодежь. Не зря Лоренцо Великолепный именно ему поручил стать учителем: герцог ценил опыт, знания и мудрость старого скульптора. – Некоторые из вас бегут побыстрее, чтобы насытить желудки, другие бегут, чтобы побыстрее взяться
за уголь и бумагу. В моих силах дать каждому из вас задание и заставить работать.Но не в моих силах заставить вас учиться и наполняться мудростью.
Вы пришли сюда добровольно, чтобы получить мои и великие знания моего учителя, скульптора Донателло. Вы сделали свой выбор. И если он кому-то разонравится, я буду не вправе разубеждать его в обратном.
Помните: если вы хотите что-то понять в этом мире, вам нужно его изучать и подстраивать свое понимание под новые, получаемые здесь знания. Только понимая окружающий мир, вы будете одновременно меняться сами.
Вы сможете намного улучшить свое мастерство.
Сможете лучше понять не только мир, но и самих себя.
Я здесь для того, чтобы помочь вам постичь эту истину.
И еще запомните, дети мои, простой закон жизни. Обучению не поддаются только самые глупые из людей, или самые умные и мудрые из них. Из кожи первых вы все давно выросли, а до вторых пока не доросли. Поэтому заканчивайте трапезу и отправляетесь все в церковь Санта Мария дель Кармине. Там я буду ждать вас. Настала пора вам всем немного подрасти, чтобы к зрелым годам занять соответствующее настоящему мужчине положение. С сегодняшнего дня и все следующие недели мы будем с вами изучать и копировать знаменитые фрески Мазаччо. И кто из вас, молодые упрямцы, толком не знает этого великого мастера, получит наконец-то капельку мудрости в пустую голову.
Старый скульптор развернулся и медленно пошел прочь, опираясь на высокую деревянную палку, отполированную временем.
Глава 3 Франкфурт на Майне, Германия
С совместного посещения кафе между Глебовым и Кантор завязались дружеские отношения. Их можно было назвать больше, чем соседские. Саша Глебов, успешный российский бизнесмен, подолгу оставался в Германии. Страна ему нравилась прибранностью, чистотой и порядком. Его родственники и друзья жили в России, и особо сближаться с кем-либо за границей, кроме деловых партнеров и сотрудников, он пока не спешил. С другой стороны, незнакомая страна представляла некоторую опасность, а опасностей Глебов интуитивно старался избегать.
Соседка Глебова, шестидесятитрехлетняя Андреа Кантор, охотно согласилась рассказать ему о немецком менталитете, традициях, писаных и неписаных законах страны. Молодой мужчина сразу проникся доверием к неординарной и интересной женщине. И даже внешне она ему напоминала мать Ларису, по которой он очень скучал. Но только после неожиданно сделанного признания Кантор он понял, что их связывает нечто большее, чем просто соседство.
Эта связь оказалось началом большой загадки.
***
– Если бы мой сын остался жив, он бы выглядел примерно, как ты…
В один из сумрачных вечеров Глебов и Кантор сидели на небольшой зеленой террасе, укрыв ноги пледами. На столе перед ними стояли бокалы с красным вином.
– Не знал, что у вас был сын.
– Откуда же? Я редко кому говорю об этом. Со дня его смерти прошло много лет… – Хозяйка квартиры протянула руку к бокалу, подержала в руке, отпила глоток и продолжила: – Мой муж Карл был отличным инженером. Он закончил технический университет и открыл во Франкфурте фирму по производству каких-то деталей к гражданским самолетам. Я в его дела никогда не вмешивалась, потому что в технике не разбиралась. Наш сын Матео пошел по стопам отца. Он, как и Карл, получил техническое образование и стал работать в семейном бизнесе. С приходом в фирму молодого, полного идей и сил специалиста, она приобрела второе дыхание. Матео, как и ты, Саша, наладил связи с зарубежными заказчиками, что увеличило потенциал фирмы во много раз. Мы с мужем очень гордились нашим талантливым мальчиком…