М+ж
Шрифт:
Прически Ануда не отличались разнообразием - советник носил то хвостик, который распадался от жирности на неровные части, то ли косичку, чтобы выглядела немного аккуратнее, но была тоненькой и слабой.
Карие глаза всегда были навыкате, словно кто - то впопыхах забыл дать Ануду веки. Нос длинный, губки тонкие, бегающие. Одевался Ануд всегда соответственно статусу - носил преимущественно белые мантии с королевскими знаками отличия да темно - бордовой лентой наперевес. На ногах, как правило - простенькие сандалеты в теплое время года и закрытые кожаные боты в холодное. В общем, крайне мерзкий и неприятный тип.
Его
– Да!
– первый кронпринц жизнерадостно улыбнулся - Ануд, распорядись насчет похорон.
– Уже, ваше высочество - советник поспешил загладить конфуз и придал своей мине выражение скорбящего патиссона - Тело уже приготовлено, ждали только вас.
Советник присмотрелся к отпрыску Груна внимательней. Интересно, откуда эта помесь дуба и валенка прознала о смерти папеньки? Надо же, даже не скрывает своих чувств.
– Правда?
– Ануд просчитался. Радость на лице Рене сменилась озадаченностью - Я же их только принес!
– Кого?
– лицо советника на диво точно скопировало лицо наследного принца.
– Тех мерзавцев, которые на меня напали!
– А, вы об этом - теперь Ануду было понятно, отчего молодой король так светиться. Интересно, от его наемников хоть что - нибудь осталось?
– Да там всего ничего - только пару мешков!
– гора мышц скромно поправила короткий меч.
Ануд мысленно застонал. Откуда он знал, что этот недоумок возьмет с собой оружие?
– Хорошо. Я распоряжусь - советник давно усвоил, что со старшим кронпринцем лучше общаться простыми нераспространенными предложениями. У меня есть новость. Новость для вас. Новость очень скорбная.
– Что стряслось?
– на монаршее чело попытались натянуть наиболее сосредоточенное выражение.
– Брааааатик!
– малолетняя истеричка, которая по совместительству была второй занозой на его пути к трону, слетела прямо с перил - Братик, братик! Папа наш умер!
– Что?
Ануд подождал минуту и повторил. Рене не шелохнулся.
– Ваше высочество, вы теперь - король Шушоранский.
– Ась?
– до Рене постепенно начало доходить.
Советник возликовал. Это будет еще проще, чем он думал.
– Как...это...произошло?
– волосы на голове принца зашевелились. Это означало, что Рене начал думать.
– Саботаж! Предательство! Диверсия!
– Ануд старался использовать наиболее заковыристые слова, чтобы окончательно сбить принца с толку.
– Его убила эта принцесаааааа!
– тотчас перевел младшенький поганец. Реветь он так и не прекратил.
– Казнить!
Ануд усмехнулся. Рене был достойным сыном своего папочки.
– Уже! Чужеземка убита и по обычаю
будет похоронена вместе с вашим отцом, как его последняя супруга. На моем месте я бы выбросил ее тело собакам, но увы, такова была последняя воля вашего батюшки. Когда вы будете готовы, прошу проследовать в криофонд для проведения ритуала.– Какого ритуала?
– Рене привык доверять инстинктам. Он не блистал особым интеллектом, но было в его мозге нечто такое, что помогало одновременно отражать удары сразу пятерых противников и то, что удерживало его от того, чтобы помочиться в городском фонтане.
Сейчас инстинкты кричали об одном. Он влип, причем крупно.
– Ваша коронация состоится завтра, а эту ночь, по традиции, вы должны провести в криофонде, дабы напитаться духом и знаниями ваших предков. Образно.
Ануд поспешил поправиться, чтобы не возникло непредвиденных конфузов. С без пяти минут короля всея Шушораны станется открыть каждую нишу и потереться о каждый кусок замороженного мяса, для более равномерной "пропитки".
– Я с тобооой!
– младшенький вцепился старшенькому в штанину и выл,выл,выл....
– Ваше высочество, вам туда нельзя - Ануд мягко отстранил младшего кронпринца, предварительно надев на руку специальную перчатку из огнеупорной кожи. В порывах истерики младший кронпринц был способен на многое.
– Я прибуду туда...
– в глаза его величества появилось новое, доселе не виданное выражение. Ануд встрепенулся. Неужели там появилась осмысленность?
– Вот только....
– Да, ваше высочество?
– Я хочу отлить.
Ануд уронил голову на руки.
Безнадежно.
Триада Фригг
Касле Торпера
Ниал спускалась вниз по лестнице, злобно впечатывая каблуки в коврик. В моменты, подобн6ые этому, Ниал искренне надеялась, что когда - нибудь также пройдется по матушкиной крио - капсуле.
Все стены были увешаны портретами королевы. Ниал спешила пройти мимо них.
"Парадный портрет Менархеи с любимой гончей", когда несчастной псине вкололи ударную дозу транквилизаторов, чтобы та часок посидела спокойно, не пуская слюни на королевское платье...
"Портрет королевы в домашнем", который некоторые лекари использовали для лечения сексуальной гиперактивности.
Хвала Великий Фриге, маменька благоразумно отказалась от идеи повесить портрет из купальни, после которого художник повесился...
"Менархея разрывает пасть Верминтской Годиле", на котором с первого взгляда было не понятно, где заканчивается королева и начинается чудовище...
Ниал ускорила шаг. Маменькины лица проносились с пугающей скоростью.
Внезапно среди сплюснутых поросячьих морд и умело замазанных морщин мелькнуло другое, до боли знакомое лицо. Ниал остановилась как вкопанная, оказавшись перед их единственным семейным портретом.
Неподалеку от картины нес вахту Гаст. Принцесса помнила старого охранника по имени, ведь именно он в свое время научил маленькую Ниалку рвать надвое лягушек.