Чтение онлайн

Ура! Ура! В эту ночь слышалось от тёмного дома среды тысячи других домов, и только упитанные голуби гуляли по черепичным крышам.

— Хочешь, я рассажу тебе сказку?

— Да, моя королева.

Леди Релада потянулась на подушках. Ночной воздух наполнял залу запахом тихих листьев и молока, что разносили женщины на нижних этажах. Далеко в башнях молоко смешивали с мёдом и готовили сладкие напитки для этой ночи.

— Давным-давно жила была девочка и вот однажды её взяли за руку и отвели к запретной двери. «Что это?»- спросила девочка, смотря на вырезанные узоры всевозможных чудищ. Впервые в жизни она испугалась и вцепилась в сухую руку старого проводника. Другой рукой высоко над

их головами он держал дрожащий фонарь. «Почему мне страшно, — не унималась девочка, — почему эти узоры двигаются?». И тогда учитель сказал ей, что бояться узоров не стоит, пусть себе двигаются. «Они двигаются, потому что восполняют», — говорил он. «Что восполняют?». «Смотри на эту дверь, — сказал проводник, — смотри очень внимательно. Ведь за ней ничто, пустота. За ней одно равнодушие и серость, ни одного цвета, ни одного оттенка. Ни яркого всполоха мысли. Ни вспышки злости. Нет там и стремлений и взлётов, и падений». «Но что же за дверьми?»- спросила девочка, наблюдая, как узоры выписывают дивные сюжеты и сказки. «За дверьми, — проводник торжественно помедлил. — Тени». «Тени?»- переспросила девочка. «Да, — был ответ».

В зале стало сладко тихо. Оба они, девочка и старый учитель, следили за узорами и видели там тысячи несбывшихся судеб. Мечты, о которых никто никогда не думал. Не приключившиеся сны.

«Всё это могло быть, но не сбылось».

«Почему?».

«Тени были и раньше, — как ни в чём не бывало, продолжал проводник. — Кому-то было легче не надеяться. Кто-то предпочёл не мечтать. Кто-то отказался от снов. Кому-то показалось легче не пытаться. Вот так пустые и скучные они вместо фантазий расползались от человека во все стороны. И пожирали фантазии. Но теней всегда было мало, потому что мечты сильнее. А наш Творец был Мечтателем и создал мир подобным Ему. Ни одной Тени не радостна мечта. Она ей как бельмо на глазу, как муха в ухе. Избавиться! Вывести! Иногда чья-то серость становилась такой сильной, что собиралась в клубок и налетала на самого яркого мечтателя, или сновидца, или фантазёра. И тот превращался в такую же скуку и обыденность. Но в золотой век, когда ещё недалеко было от создания, люди фантазировали и мечтали почём зря и теней было очень мало. Но чем дальше — тем мечтать становилось неудобнее. А кто-то и вовсе разучился».

Тут фонарь дрогнул и проводник умолк.

Они долго молчали в тишине. А ворота узорами поползли медленнее.

«Учитель…».

«Да?».

«Что было дальше?».

«Дальше, — он опустил фонарь и зелёный свет отразил бледное лицо. Тени заплясали под глазами и на подбородке. — Дальше всё пошло как и теперь. Нужно было чтобы кто-то…».

Девочка ждала и ждала.

«За этой дверью тысячи тысяч теней. И они появились не просто так».

«Но тогда что их породило? Учитель?»

— Кисонька.

— Что?

— То есть, о Великий.

— Да чего уж тебе?

— Я тут подумал…

— Хоть ты!

— И мне стало интересно…

— Говори уже.

— Вот…

— Да не тяни кота за хвост!

Оба призадумались.

— А почему ты не хочешь, чтобы Ксандер победил королеву? — Мист устроился тут же в прямоугольнике лунного света под окном и сложи ноги в позе лотоса. — Разве от этого всем не станет лучше?

Кот только скривился.

— Они её не победят.

— Даже если ты поможешь?

— А я что, я ничего. Мне моя шкура дорога. А эти самоубивцы, да пусть лезут куда хотят. Предводитель… Тоже мне! Ума как в орехе. В горошине. Тьфу!

— Кис.

— Ну?

— А чем так плоха королева?

На этот раз кот посмотрел в глаза мальчишке и увидел там себя.

— У неё есть двери.

— Разве это плохо?

— Она их и бережёт.

— А теперь объясни мне так, чтобы это не звучало как военный клич трёхлетнего тритона.

— Всё предельно ясно.

— Александр.

— Что?

— Ты

ведёшь себя неразумно.

— Зато ты до сих пор как с бала сдёрнутый. — Бросил Ксандер Соулу и выразительно посмотрел на того.

— Если бы не твоя милость… — начал Соул.

— То так бы и носили манжеты, — закончил за него Ксандер.

— Ты знаешь кто ты, Александр, пора уже образумиться.

— Но я и образумился. Пять лет назад.

— Было ли это разумно? Я хочу сказать, вот сегодня ты вздумал одолеть королеву. Но почему? Зачем? Что с того тебе будет? Ведь тебе достаточно… ладно, пусть будет так. Допустим, ты ввяжешься во всё это. И что дальше? Организовать какое правительство, парламент? А он сможет удержать Ардан.

— Это точка зрения каждого аристократа.

— Разумеется. Я ведь и есть аристократ, — парировал Соул. — Впрочем…

— Забрать, подчинить и править единолично. Вот чего они хотят. Им только власть важна, они слишком привыкли забирать.

— Но именно так мы накапливаем силу.

— Забираем её у других.

— Чтобы жил и процветал Ардан.

— Нет, чтобы жили и процветали мы. Ты не видел, как забирают мечту, фантазию. Выпивают всё досуха. И остается одна раздраженная бледность. Со временем она озлобляется. И носится по Ардану в поисках в кого бы вселится или кого бы съесть. И если тень достаточно сильная, он может занять чьё-то тело. Знаешь, почему вампиры добились власти? Когда-то давно мы научились пить чужие мечты и замаскировали это под кровь. Так мы становились всё сильнее и сильнее, а потом пошли войной на остальных. Мы показали им своё фантазерство, и трон занял самый напившийся из нас. И как пиявка продолжал тянуть фантазии из своих подданных. Так продолжалось год от года. Мы просто боимся потерять власть.

— Но ведь можно было лучше…

— Нельзя.

— Я не поддерживаю твою точку зрения. Без сильного правителя, способного концентрировать фантазии всего народа — Ардан развалится.

— Концентрировать, а не забирать их себе.

— Ты слишком категоричен.

— Соул, а ты как был королевским вельможей, так им и остался.

— Нет, просто я не забываю, кем являюсь. К тому же во всё это я вязался исключительно, чтобы проследить, что тебе не скрутят шею в первом же переулке. Кто тебя учил фехтовать?

— Как будто нам это здесь пригодилось, — заметил Ксандер попивая кровь из стакана.

— Если бы ты меньше колдовал, пригодилось бы.

— Не было выбора.

— Так тебя скоро рассекретят.

— Нет.

— Естественно, ведь эти твои даже не догадываются.

— Они смелые и преданные.

— Как будто этого когда-нибудь хватало?

Соул предпочёл не пить и только обличающе стоял напротив.

— Таков порядок вещей, — сказал он, скрестив руки на груди. Лицо как всегда бесстрастное. Сам одет во всё чёрное.

— А Камран? Этот мир помнишь. Сколько раз в древности они пытались извести нас. Ардану нужен сильный правитель, чтобы защищать его. Ладно, давай посадим на трон Миста. Он вампир, да ещё и фантазёр.

— Не знаю, — Ксандер задумался и повертел стаканом, его гранями отражая свет масляных ламп. — Что-то…

— Что?

— Не знаю. В любом случае, больше никакого единоличного правления, никакой тирании.

— Но ты же понимаешь, после того как он умер…

— Не надо. Не будем трогать это.

— Однако королева, — Соул не закончил.

— Её надежды мне известны. Этого никогда не будет.

— Почему?

Ксандер удивлённо посмотрел на друга. Обычно тот не задавал этого вопроса.

— Я же уже объяснил.

— Потому что прятаться вечно не получится. Рано или поздно всё раскроется. А сражаясь против королевы и пытаясь одолеть её. Ксандер, я сильно сомневаюсь, что её можно победить. Она чрезвычайно сильна. На её стороне огромные силы.

— Мы получим браслет и вставим в него талисман.