Корректор
Шрифт:
– Все назад! – закричал Орин.
Дар дёрнулся.
– Чего орешь? Ты меня до смерти напугал. Теперь будет вонять как от Перегара.
Куча камней за его спиной зашевелилась. Раздался скрежет. Булыжники поползли друг на друга. Образовалась человеческая фигура, только в три раза выше. Глаза – чёрные провалы – злобно уставились на людей, каменный рот открылся, гигант взревел. Дар выронил собранные самородки.
– Беги! – закричал Орин.
Поздно, огромный кулак устремился к воину. Орин произнес триггер, движение гиганта резко замедлилось, опешившие воины застыли. Делиаранец быстро пересёк зал. Дар отлетел в сторону. Орин пресёк выход Силы из тела. Камни пещеры подпрыгнули от могучего удара о пол. Под ногами побежали крупные трещины, с потолка хлынул каменный град, застучавший по доспехам, кто-то вскрикнул
– Лучники! – заорал Дар.
– Бесполезно, – попытался перекричать грохот падения камней и рёв гиганта Орин. – Надо выводить людей.
Звонко пропели песню смерти тетивы луков, но стрелы безвредно чиркнули по гиганту, огромная голова повернулась к лучникам. Гигант метнулся к ним. Камни под его ногами превратились в крошку. Воины бестолково заметались по пещере. Руки и ноги каменного великана заработали как молоты. Крики боли и глухой хруст ломаемых костей усилили какофонию ужаса и вырвавшейся на волю ярости. Несколько воинов в мгновение ока превратились в кровавые лепешки. Кровь, раздавленные внутренности и серые мозги брызнули в разные стороны, омарывая стены и бегающих в панике людей. Отдавленные руки задергались недалеко от тел, пальцы заскребли каменный пол. Руки-молоты гиганта шарахнули по двум несчастным. Полёт закончился ударом о стену. Тела влипли в породу, как самородки. Наспинник и нагрудник стали единым целым. Кости лица от удара превратились в кровавое месиво. Один не умер сразу. Руки едва шевелятся, язык дергается в поисках опоры, но нижняя челюсть влипла в смятый нагрудник, по металлу стекает струйка крови вперемежку со слюной. Ноги пытаются спасти несчастного хозяина, безнадежно упираются в стену. Наконец стражник дёрнулся и затих, конечности безвольно обвисли.
Гигант же разошёлся не на шутку. Ещё пятеро превратились в кровавые лепешки. Один из них споткнулся, упал плашмя, самородки вывалились на землю. Огромная каменная нога с резким хрустом опустилась чуть ниже пояса. Раздался хруст костей. Воин закричал. Гигант склонился над поверженным. Воин пытался ползти. Гигант медленно пошёл следом. Только это и спасло остальных. Орин быстро вытолкал бестолково бегающих людей в тоннель, а сам, прекрасно понимая, что ничем не сможет помочь, кинулся калеке на выручку. Но великан довершил начатое. Огромная ладонь подхватила человека с пола, каменные пальцы сдавили страшно. Хрустнуло, несчастный даже вскрикнуть не успел. Пальцы разжались. На пол упал кусок покореженного металла, с торчащим из него окровавленным мясом и раздробленными костями. Великан внимательно осмотрел месиво, носок стопы поковырялся в останках. Увиденное удовлетворило. Глаза зашарили по пещере в поисках новых жертв. Она оказалась пуста. Голова повернулась к выходу. Глаза Орина и гиганта встретились.
– Это мой сирминий! – взревел гигант, мощные ноги задвигались.
Орин обернулся. Люди недалеко отбежали от пещеры, гигант всё равно догонит, и тогда вряд ли кто-то доберётся до выхода. Огромная нога нависла над ним, и Орин перешёл в темп. Великан не заметил, как делиаранец оказался за спиной. Бухнуло так, что булыжники подпрыгнули до самого потолка, а трещины пола расширились настолько, что Орину пришлось через них прыгать. Нога поднялась, гигант попытался отыскать останки человека. Голова завертелась в поисках внезапно исчезнувшей жертвы.
– Эй, я здесь, – крикнул со спины Орин.
Великан резко развернулся, каменные пальцы попытались схватить наглеца, но коснулись лишь пустоты. Орин снова зашёл к гиганту сзади, бросив мимолетный взгляд в тоннель.
– Что же вы такие медлительные? – пробормотал делиаранец, наблюдая как воины, мешая друг друга, толкаясь, спотыкаясь, падая, едва добрались до середины тоннеля.
Великан, не найдя врага, снова повернулся. Орина насторожило, что он не кинулся сразу, словно забыл о нём.
– Эгей, я здесь! – крикнул Орин и на всякий случай, вдруг не видит, помахал ему факелом.
Гигант не обратил на него внимания. Могучие руки разошлись
в стороны, он что-то забормотал, камни пещеры охватило едва заметное бело-голубое сияние. Орин попятился к выходу. Камни пещеры зашевелились, поползли друг к другу, собираясь в большие кучи, приподнялись. Орин ахнул, а великан рокочуще засмеялся. В пещере появилось ещё пять таких как он, только ростом меньше. Великан ткнул в Орина каменным пальцем, собратья кивнули. Орин едва успел увернуться, от метнувшихся к нему многочисленных рук. Раздался мощный треск, кулаки новых великанов раскрошились на мелкие камешки. Несколько из них полосонули по лицу делиаранца. Остальные ударили в нагрудник и шлем. Великаны с удивлением посмотрели на культяпки.– Раздавить! – взревел их создатель.
Гиганты одновременно кинулись на жертву со всех сторон. Орин сказал Слово, это позволило отбежать в тоннель. Тела гигантов столкнулись с неистовой силой. Пол снова устлал ковер из каменного крошева. Орин прицелился и швырнул факел. Огненная линия закончилась глазом великана. Факел не причинил вреда, но привел в дикое бешенство. Гигант кинулся вдогонку. Голова ударилась о балки, кулаки впились в стены, камни брызнули щедрым градом. Орин не рассчитывал на такую прыть гиганта, а сил осталось немного. Но выскочить из тоннеля успел. Выход оказался слишком узким для порождения пещеры. Если бы делиаранец хоть на секунду задержался, огромная рука, высунувшись наружу, превратила бы его в лепешку. На земле от могучих ударов осталась несколько глубоких вмятин. Гигант понял, что промахнулся. Раздался негодующий рёв. Мощные удары сотрясли гору. Из тоннеля выплыло плотное облако серой пыли, по склону побежали трещины, покатились камни, широкий пласт земли с травой и небольшим деревцем съехал к подножию. Гигант немного побушевал, но тщетность усилий заставила убраться вглубь пещеры. Орин осмотрелся. Кроме Дара никого. Остальных, наверное, услал подальше в лес от греха подальше.
– Как хорошо, что вход в штольню оказался для него узким, – сказал Дар.
– Сколько уцелело? – сурово спросил Орин.
– Да я что, я только доспехи купить… – начал оправдываться воин.
– Сколько?
– Э-э-э… – Дар замялся.
Он попытался посчитать, загибая пальцы, но почему-то на третьем у него получилось пятнадцать.
– Ладно, пересчитаем позже, – буркнул делиаранец.
Он бросил взгляд в штольню. Там восстановилась тишина. Лишь медленно оседающее облако пыли, да съехавший пласт земли указывают на то, что ничего не привиделось.
Отряд собрался на первоначальном месте стоянки среди мощных стволов деревьев. Воины, побывавшие в передряге, выглядят испуганными, но и те, кто был снаружи по белизне кожи недалеко от них ушли. Единственный кто сохранил цвет лица, а именно сизо-бордовый, так это Перегар. Глаза любителю горячительного удалось продрать только сейчас.
– Ну чё, к горе пойдем? – промямлил он.
– А как же, – огрызнулся Огл, – вот только портки сменим и могилку выроем. Хотя нет, могилку можно не капать.
Перегар икнул, в глазах промелькнуло такое детское удивление, что почерневший от злобы Огл потянул меч из ножен. Пришлось Орину вмешаться.
– Возвращаемся в город. Мы свое дело сделали.
Воины построились, делиаранец провел перекличку. От первоначальных пятидесяти восьми человек, вышедших из города, осталось двадцать шесть.
– За мной, – скомандовал делиаранец.
Дар попытался завести разговор, но Орин лишь зыркал злобно по сторонам, да отмалчивался.
– Ну виноват! – наконец воскликнул воин. – Что уж теперь.
– Теперь действительно – ничего, – мрачно ответил Орин.
Воин насупился, взгляд упёрся в землю, кожа бледная, выражение лица жалкое. Орин, чтобы хоть как-то отвлечься от увиденного, развернул свиток, подаренный Эскобаром. Взгляд несколько раз пробежался по словам. Над ухом угрожающе просвистело. Орин осмотрелся. Дорогу перегородил человек в звериной шкуре. Коричневая, с древесной трухой и листьями борода, будто является продолжением волос. Из старых дырявых сапог торчат пальцы, сквозь дыры в штанах просвечивает волосатая кожа. Кажись у него и на ногах борода. Вместо шлема – голова волка. Руки – такими только подковы гнуть – упёрты в бока. Оружия Орин не заметил, но, судя по наглым раскосым глазам, он их остановил не для того, чтобы о дороге расспросить. И как назло вокруг высокие кусты и густые кроны деревьев.