Корректор
Шрифт:
Гору заметили на рассвете. Тёмная громада словно вынырнула из ночной темноты, нависла над лесом. Солдаты задрали головы, зашушукались.
– Шире шаг! – рявкнул Дар.
Оказалось, что до горы не так близко, как думали. Уже и солнце припекает, а она приблизилась незначительно. Лишь к середине дня добрались до полоски леса у подножия.
– Пришли, – для особо тупых пояснил Перегар.
Он вымотался настолько, что рухнул где стоял. Омерзительный запах гниющей змеёй пополз по траве, кустам, из-под коры деревьев полезли толстые личинки, птицы покинули гнезда, а муравьи быстро заделали все входы в расположенном рядом муравейнике.
– Стой! –
Наступила тишина.
– Тихо как-то, – сказал Орин
Дар с омерзением посмотрел на лежащего Перегара.
– Оно и не мудрено.
Орин прикрыл нос ладонью.
– Надо бы посмотреть что там, да как.
– И нас возьмите, – взмолился длиннорукий Роланд.
– Тихо! – прикрикнул Дар.
Он едва сдерживался, чтобы не последовать примеру Орина, но нельзя показывать слабость. Командир он или нет?
– Огл, Мерв, Григос – вы на часах.
– А почему все время мы? – возмутился Огл.
– Рыжие потому что, – сказал один из новичков.
– А ты, шибко умный, – продолжил Дар, – и ты с носом, надо же, ворон обзавидуется, Перегара подтащите поближе. Вас так ни одна тварь лесная не тронет. Даже хазрак, думаю, приближаться побрезгует. Остальным отдыхать.
Огл с товарищами заржали, а Дар нырнул в заросли вслед за Орином.
То, что вся живность покинула лес, друзей не удивило. Странным явилось другое – около горы не обнаружили ни одного человека. Местность осмотрели из-за кустов. Никого. В склоне виднеется чёрный зев штольни, перекрытый деревянными балками. Перед входом вытоптанная площадка. От неё идет дорога, слегка поросшая травой. У штольни валяется кирка с переломанной ручкой. Часть рукояти превратилась в труху, будто на неё свалился огромный камень. Рядом лежит нечто плоское, бурого цвета. И никаких признаков людей. Орин медленно подошёл ко входу.
– А может ну его к нехорошей матери, – пробормотал Дар из-за спины. – Вернёмся и скажем, что всё нормально, ничего подозрительного не заметили. Ведь не заметили же?
Орин заглянул в штольню.
– Пока нет.
– Пока нет… – проворчал Дар.
Носок сапога сковырнул бурую лепешку. Она перевернулась. Дар удивленно присвистнул. Под ней оказался здоровенный самородок. Нечто сплющило и вдавило его в камень. Воин бесцеремонно положил его в кошель. Орин заметил.
– А что? – ответил Дар на возмущенный взгляд товарища. – Сгодится. Вот опять с хазраком встретимся – и доспехи снова придётся менять. А за какие, спрашивается, шиши? Вот самородок продадим и справим себе новую сбрую. Если, конечно, живыми останемся.
Орин махнул рукой, мол, чего со жлобом спорить, и попытался хоть что-то разглядеть в штольне. Глаза постепенно привыкли к темноте. Из мрака проступили бугристые стены с торчащими погасшими факелами, камни на полу, подпорки и балки. Некоторые оказались разбитыми. Дар выглянул из-за спины делиаранца.
– Ты не видишь, может поблизости ещё самородок валяется?
Орин промолчал, прислушиваясь.
– Ну что, рискнем войти?
Дар недовольно хмыкнул.
– Войти войдем, а вот удастся ли выйти?
– Ты что-то почуял?
Дар фыркнул.
– Да ничего я не почуял. Это и пугает.
Орин принял решение.
– Ладно, зови остальных, полезем вместе.
Дар не тронулся с места.
– Что опять не так? – спросил Орин
Дар вздохнул.
– Сирминием делиться придется. Он хоть и дорог, но на всех всё равно не хватит.
– Зато живы останемся. Откуда мы знаем, что нас ждёт и
сколько.– Люли нас ждут и много, – буркнул Дар и затерялся среди зелени леса.
Орин попытался нащупать хоть какие-то признаки опасности. Тщетно. В штольне тихо, будто там побывал Перегар. Хотя, если бы побывал, то вонь стояла бы ещё очень долго. Делиаранец на всякий случай принюхался. Пахнет сыростью, гниющим деревом и каменной пылью. Вернулся Дар с отрядом. Перед входом остались пять лучников и десяток мечников. Дар мотивировал столь большое количество прикрывающих тыл тем, что все равно штольня узковата даже для малочисленного отряда, а вдруг быстро бежать придётся. Перегара оттащили подальше от входа, он так и не проснулся, лишь довольно хрюкнул, да глупо улыбнулся.
Орин первым шагнул в темноту, за ним последовал Дар сотоварищи. На стенах вспыхнули факелы.
– Не нравится мне это, – сказал краснорожий стражник.
Щеки затряслись, лицо побледнело, глаза полезли из орбит. Огл толкнул его в плечо.
– Не вздумай воздух портить, салага. Зря что ли Перегара снаружи оставили?
– Скажи мне Огл, – бросил через плечо Орин, – а ты сам большой боевой опыт имеешь?
Огл стыдливо замолчал.
– Всем молчать! – скомандовал Дар.
Факелы со стен перекочевали к воинам. Дальше шли почти в полной тишине.
Чем дальше отходили от входа, тем сильнее становилось странное постукивание. Орин думал, что звук из-за стены, но оказалось, что стучат зубы новобранцев. Штольня резко расширилась. Сразу бросились в глаза сильно поцарапанные стены и глубокие вмятины в полу. Орин поднял факел к балкам. По ним словно кто-то огромной кувалдой ударил. Дерево треснуло, балки угрожающе прогнулись, едва сдерживают породу. Под ноги попались ещё несколько бурых лепешек, сломанные кирки, пара разбитых в щепки вагонеток и три крупных самородка. Естественно, как впередиидущий, Дар прикарманил все.
Тоннель закончился гигантской пещерой. Орина насторожили сотни блеснувших в темноте глаз. Он поднял факел повыше.
– Чтоб мне всю жизнь с Перегаром в одной комнате спать, – ошеломленно сказал Дар.
Глаза оказались самородками, впещрёнными в породу. Часть россыпью валяется на полу пещеры между грудами камней. В отряде вспыхнула «сирминиевая лихорадка»: люди побросали оружие, щиты и кинулись набивать карманы. Об осторожности забыли. Вспыхнуло несколько драк, благо самородков очень много и соперники быстро разбрелись по пещере.
Орин заметил на полу среди самородков множество сломанных кирок, несколько оказались расплющенными, будто кто-то валуном сверху ударил. И почему-то у каждой валяется бурая лепёшка. В груди появился лёгкий холодок – первый признак будущих неприятностей.
– Не теряйте бдительности, – крикнул делиаранец воинам.
– Да ладно тебе, – сказал Дар, глаза алчно вглядываются в пол, руки быстро подхватывают наиболее крупные самородки. – Никого ж нет, всё нормально.
– Я бы не стал так говорить, – ответил Орин.
Дар беспечно махнул рукой. Орин ещё раз осмотрел пещеру. Вроде ничего страшного, один вход, один выход, если что, их предупредят. Но беспокойство усилилось. Он побродил по пещере, замечая, насколько далеко воины отошли от тоннеля. Нога подцепила бурую лепешку. К ней пристало что-то длинное, присыпанное каменной крошкой. Орин присмотрелся. С лепешкой перевернулась прилипшая к ней рука. Неведомая сила раздавила человека так, что плоть превратилась в тонкий лист, лишь конечность миновала кошмарная участь.