Катарсис
Шрифт:
– Ну что же? Вам и сказать-то нечего! Чего и ждать от вэлферного ученика! Откуда только у вас деньги на такую игру?!
Глаза Джейсона начали разгораться огнем злости, руки тряслись.
Что со мной? Я не буду больше терпеть. Никогда и нигде, особенно здесь.
Игры были его убежищем. Они позволяли ему забыть про вечно отсутствующих родителей и издевательства богатых товарищей по учебе.
Я не позволю ей отравлять мне жизнь еще и здесь!
Несмотря на опущенные глаза, он видел, что госпожа Абрамс двинулась в его сторону:
– Вы не заслуживаете того, чтобы посещать нашу школу. Люди, подобные вам, оскверняют наши стены.
Он вдруг увидел камень в своей руке, и злость, кипевшая в жилах, превратилась в лед. Руки перестали трястись, и им овладело невозмутимое спокойствие. Это же игра. Здесь он может делать, что хочет, и никто не в силах ему помешать. Здесь он не обязан терпеть издевательства.
– Когда вы подали на стипендию, я говорила приемной комиссии, что принимать вас не следует: представителям низших классов в нашей школе не место!
Игра тьмы и лунного света придавали фигуре госпожи Абрамс нечто демоническое. Ее руки, охваченные зеленоватым свечением, стали похожи на кости скелета с когтями-крючьями. Она протянула их и грубо толкнула Джейсона в плечо, и это отозвалось волной тупой боли.
– Я умоляла предыдущего директора избавиться от вас, как от позора. По счастью, господин Эдвардс наконец-то увидел вашу истинную цену!
Слова ее были похожи на шипение, лицо искажено злобой и отвращением. Джейсону на мгновение почудилось, что на ее голове выросли черные рога.
Он стоял молча, ощущая, как ледяная кровь медленно струится в его жилах.
Госпожа Абрамс снова приблизилась, глаза ее горели ненавистью, язык между острых зубов раздвоился по-змеиному.
– Вы никто, вы – ничтожный вэлфер!..
Договорить она не успела: Джейсон вложил всю свою ярость в удар, отозвавшийся в плече, когда камень встретился с виском госпожи Абрамс.
Как в замедленной съемке, ее тело обмякло и распростерлось на земле у его ног.
Он стоял и смотрел, сохраняя странное спокойствие.
Голова госпожи Абрамс была повернута под необычным углом, кровь из разбитого виска образовала лужицу, глаза смотрели в пустоту. Не было никаких рогов или когтей, но рука Джейсона с удивлением ощущала, что его рубашка местами порвана.
Он смотрел на окровавленный камень в руке; проведя другой по лицу, он обнаружил, что оно забрызгано кровью. Джейсон не мог этого знать, но глаза его персонажа стали совершенно черными.
Странно. Он не испытывал ни малейшего раскаяния в том, что ударил ее, что убил ее.
Она ненастоящая. Это просто сигналы в моем мозгу. По правде, я никого не убивал.
Он не знал, что думать.
Пусть ненастоящая, но разве я не должен испытывать чувства вины за то, что забил женщину камнем до смерти? Разве я не должен чувствовать… хоть что-нибудь?
– Это было интересно, – произнес голос за его спиной.
Он знал, кто это. У входа в пещеру стояла знакомая темная сутулая фигура. Свет луны на секунду заиграл на верхушке посоха, и Джейсону показалось, что он видит лезвие косы.
– Ты справился, мой мальчик. Не многим дана воля, чтобы пройти через туннель, или сила, чтобы посмотреть в лицо своему страху.
Но ты пошел еще дальше, – старик кивнул в сторону мертвого тела.– У тебя был выбор, но ты не остановился перед тем, чтобы уничтожить то, чего ты больше всего боялся. Я полагаю, ты можешь быть достоин моего пути.
– И что это за путь? – голос Джейсона был абсолютно спокоен.
– Путь тьмы. Соответствует? – спросил старик, обводя жестом своды пещеры. – Я чувствую, ты хочешь большего: контроля, власти… Идущие моим путем все это имеют. Моих последователей часто считают злодеями без стыда и совести. Однако, как и все на свете, тьма – это не безусловное зло. Создатели обычно раскрашивают свои создания в различные оттенки серого. Со временем ты это поймешь.
– Туманные пояснения становятся скучны. Вы создали этот тест? Откуда вы знали, как выглядит эта женщина? Как она вообще сюда попала? – в мозгу Джейсона образовался водоворот вопросов.
Почему игра знает о его ненависти к Абрамс? Она участвует в игре?
– Вот ты стоишь здесь, пришелец из другого мира. Разве не чувствуешь веса камня в своей руке? Не видишь лунного света, не ощущаешь капель крови на губах? И ты еще спрашиваешь, откуда мне известны твои воспоминания и страхи?
Голова Джейсона закружилась. Это что же получается: игра имеет доступ к его памяти и мыслям? Почему нет? Если шлем может посылать и принимать сигналы его мозга, почему все должно ограничиться только сенсорной информацией? Многим, вероятно, такое вмешательство не понравится. И не понравится – еще мягко сказано.
Ему не верилось, что испытание в рамках его инициации привело к убийству. При этом какая-то часть его словно говорила, что Абрамс заслужила свою участь. Что, интересно, чувствовали бы другие игроки на его месте?
Старик терпеливо ждал.
– Многие проходят через такие тесты?
– Тест не самое удачное слово, – видно было, что старик улыбается под капюшоном. – Это скорее оценка. Единого правильного пути пройти испытание не существует. Да и испытания все разные: все зависит от путника и от проводника.
Появилось уведомление.
Квест завершен: Инициация
Вы проявили твердую волю в неблагоприятной ситуации, сообразительность и прозорливость при перемещении в пещере и сумели обеспечить себя некоторыми средствами. Вы посмотрели в лицо своему страху и победили его. Жестокость и быстрота ваших действий, а также отсутствие угрызений совести отмечены администратором теста. Он одобряет вас.
Вы получаете +100 к Скверне
Вы получаете +3 к Воле
Вы получаете +2 к Интеллекту
Вы получаете +1 к Выносливости
Вы получаете +1 к Силе
Вы получаете +1 к Ловкости
Путь во тьму – открыт
Внимание со стороны Темного
Ого. Очки характеристик подросли. Рано, наверное, думать, насколько это круто.
Но он не мог не думать об этом. А если бы он продолжал терпеть? И были ли другие варианты поведения, которых он не заметил?