Чтение онлайн

Ах, оказалось - Горн не её сын. Молот - её. Первая жена Клема умерла. Бывает. Это мне рассказал Горн, когда мы вышли во двор. Кузнец так смотрел, так смотрел на жену, что все - мигом оказались во дворе. Дети сразу пристали с расспросами, Горн, на правах старшего, сделав важную мину лица, раздал всем задания.

Я объяснил парню что я ему подарил и как это использовать. А он предложил раскрыть термос и использовать на производство доспеха.

– Смотри сам. Моё дело - подарить. Доспех ты и из другой стали сделаешь, вон сколько привезли, а вот такого термоса - ты не сделаешь

никогда.

– Сделаю.

Я покачал головой.

– Утраченная технология. Тут всё герметично. Видишь, как всё уплотнено? Стенки - двойные. Там - изолятор. Не ломай. А зачем тебе доспех? Воином хочешь стать? Отец твой доспех - не носит.

– Хочу. Воином стать хочу. Но, я старший. Кузня - мне останется. А вот Молот - воином стать готовиться. И почему он - не родился первым?

Я пожал плечами:

– Не дан нам такой выбор - где родиться и когда. Я вот, вообще - сирота. Не отца, ни матери - не помню. Шут с ним! Покажи мне кузню.

Закопчённые стены - дымоотвод явно сложен неправильно. Горн, наковальня. Похожа на привычную. Молоты, молотки, клещи, напильник! Напильник! Дернул напильником по ржавой болванке - берёт. А сталь доспеха? Берёт! Вот тебе и средневековье.

– Отец добыл в Скверне! Ни у кого такого - нет, - гордо заявил Горн. Молот, кстати, тут же. Делает вид, что наводит порядок.

Понятно. Осколок былой цивилизации. А вот это - интересно. Расколотый глиняный лоток, похожий на вытянутый тигель.

– Поверхностную цементацию делали?
– спрашиваю. Горн хмурится, пытаясь понять. Рассказывает, что делали. Точно. Она самая. Это с сельском хозяйстве я - дубина. А вот в металле - шарю слегонца.

Возвращается Клем. Не могу смотреть на его довольную морду.

– Молот, Лохматку кормил?

– Всё сделал. Запрягать?

– Да. Горн, Андр, давайте ещё раз проверим все заготовки. Не должно остаться ни одной птички. Нам вопросы не нужны. Надо их Чистильщику свести. И к знахарке - заехать. Пламя, куда дела узелок с травами?

– Уже несу, тата!

– Клем, а этот меч?

– Лича? Не знаю такого клейма. Пусть будет.

Клем упёр меч в стену, надавил. Меч согнулся упруго. Отпустил - выпрямился. Построгал одну из заготовок. Меч исправно снимал стружку. Погладил лезвие, не котором не осталось следа, после строгания железки.

– Хороший клинок. Мне такой - не сделать. Мало кто, сейчас, умеет такое делать. Очистим - пользуйся. Смотритель - обзавидуется.

– Отберёт?

– Что с бою взято - свято. Если сам отдашь только. Но, ты - не отдавай. Как бы не уговаривал.

– А смысл? Всё одно - не умею им владеть.

Немая сцена. Они - так и не верят что я такой весь рыцарь на белом скакуне и не умею мечом махать. А ведь не первый раз говорю. Думали - понты кидаю? Погоди, как же это, литературно? Блин, не знаю - как.

Клем вздохнул:

– Припрячем. Научишься, тогда и открыто носить будешь.

– Научусь?

– Научишься, - Клем на секунду задумался, вздохнул, - всё одно думал Глака нанимать мальцов моих бою поучить, вот и ты - поучишься.

Клема прервал визг. Горн и Молот с визгом столкнулись и начали, обнявшись, прыгать. Клем опять вздохнул

и с тоской осмотрел кузню, кивнул.

– Дорого?
– спросил я.

– Весь добытый металл переделаю, продам, хватит. Наверное.

– Я помогу. Я немного работал с металлом.

– Хорошо. Молотобоец, из тебя, должен знатный получиться. Потому и предложил...
– Клем осёкся, украдкой огляделся.

Хм, интересно. А если спрошу:

– А кто тебе... он? Почему так просто все эти доспехи тебе отдали? Думаю, это - немалая цена.

– Не здесь. И не сейчас, - покачал головой Клем, - Властитель - наверняка тобой заинтересуется. А у него маг - немного Разумник. Меньше знаешь - меньше расскажешь. Ну, давай - грузить. Давай, этот клинок - на низ клади. Чистильщик старый, не будет разглядывать. А вот у стражи - глаз намётан.

Когда повозка была вновь погружена и стояла в воротах, мальчишки пристали к Клему, чтобы взял с собой. Он посмотрел на Светило, покачал головой:

– Вам, двоим, - строго так, наверное, "дедовщина" тут меж мальцов, - угля заготовить, просушить, горн вычистить, инструменты просушить, скотину - убрать, накормить, баню - стопить, воды натаскать. Чтобы завтра мы - не отвлекались. Дел много. Чем быстрее всё переделаем, тем быстрее Глак вами, непутёвыми, займётся. Понятно?

– Да, батя, - хором.

– То-то!
– возвестил Клем и повёл лошадку. Я пошёл сзади. Лошадь меня боялась, дергалась.

Местная церквушка была деревянной. Золочённая (!) луковка на крыше сияла светом. Стрельчатый купол указывал шилом громоотвода в небо.

– У, как сияет!
– невольно воскликнул я.

Клем запнулся, лошадь тоже встала. Клем внимательно всмотрелся в мои глаза:

– Ты видишь?
– встревоженным шёпотом спросил он.

– Что?
– таким же шёпотом в ответ спросил я.

– Сияние?

– Вижу, конечно. Удивился, что церквушка - вся такая замызганная, а луковка вся - сияет, как свежей позолотой.

– Неприятные ощущения? Больно глазам?
– шепчет ещё тише.

– Нет, - пожал я плечами, - с чего вдруг?

– Так, - Клем покрутил головой, - некуда тут... пойдём к лобному, там у колодца - поговорим.

Опять трудности перевода. Лобное - это площадь. В центре площади - колодец в тени маленького скверика. Площадь огораживают административные здания - замок, арсенал, суд, церковь, дом собраний, дом Смотрителя. Сам Смотритель живёт в замке, а Дом Смотрителя исполняет функции мэрии. Чиновничье племя, крапивное семя - там заседает. Наверное.

Клем налил в поилку воды для лошади, мы сами - зачерпнули по берестяной чарке.

– Не больно?
– опять спросил Клем.

– Да с чего мне должно быть больно?
– я уже начинаю злиться.

– На самом деле церковь - не сияет. Сияние, которое ты видишь, могут увидеть только чувствительные к Свету люди. Для меня - не сияет. Сияет Сила, которую дают Создатель и Светлые Боги местам поклонения им. И людям, служащим им. Силу эту - видят только Клирики, Маги и... Скверные. Проклятые, оскверненные, Тёмные и их служки. Но, Тёмным сила эта - неприятна. Она их опаляет, как огонь. Ты не чувствуешь боли?