Чтение онлайн

Чувствуя, что его вот-вот стошнит, Тобиас подозвал Риалана.

— Вели привести мою рабыню.

Их оставалась дюжина, когда рядом появился Риалан, крепко держа за шиворот Сьерру. Тобиас встретился взглядом с бронзовыми глазами, полными ужаса, и посмотрел на Императора. Тот кивнул, переступая с ноги на ногу. Несмотря на рану, он простоял на ногах всю казнь.

Тобиас невидящим взглядом уставился перед собой. Пальцы ног онемели от холода, но он едва это осознавал. Одно дело убивать в бою чужеземцев или повстанцев. Совсем другое — казнить безоружных рабов. Он не знал, чего от него ждал Император, но настолько бесчувственным он стать не мог. Если они победят в этой

битве, он попросит об отставке. И пусть его за это тоже объявят дезертиром, он больше не мог это выносить.

Сьерра стояла на коленях на земле, зажмурившись и прижав к ушам ладони. Тобиас кивнул Риалану, который добросовестно продолжал держать ее за воротник, и он поднял ее на ноги. Она пошатнулась, не открывая глаз, и покорно поволоклась за ним. Он не сопротивлялся, ни когда Тобиас затаскивал ее на седло впереди себя, ни когда вел за локоть по коридорам дворца. Они оказались в комнате, и Тобиас усадил ее на кровать.

— Сьерра, — Тобиас подцепил ее подбородок, поворачивая лицо к светильнику.

— Не прикасайтесь ко мне, — хрипло пробормотала она, отшатываясь. Она шумно втянула в себя воздух, и Тобиас отступил.

— Тебе нужно поспать, — проговорил Тобиас и принялся искать сонные капли. Он бы и сам с удовольствием принял зелье, желательно — смертельную дозу, но Император ждал его на утренний совет.

— Я не верила, что вы способны на это, — тихим, задыхающимся голосом сказала каро.

— Они были дезертирами, — отстраненно ответил Тобиас. Да где это зелье?

— Они были людьми. Им просто хотелось выжить!

Тобиас не ответил, несколько раз с силой проведя руками по лицу.

— В вас нет ничего человеческого! — неровный голос сорвался. Тобиас обернулся. Каро било крупной дрожью, искусанные до крови губы дрожали.

— Успокойся, — он сделал шаг к ней, но она вдруг метнулся к подушке и выхватил кинжал. Тобиас так и не понял, что она хотела сделать — шнур Покорности сверкнул, и Сьерра выронила оружие, хватаясь за горло и задыхаясь. Тобиас кинулся к ней и с трудом отнял ее руки от шеи. Едва он коснулся шнура, тот ослаб. Каро закашлялась и принялась яростно отбиваться от него.

— Ненавижу вас! — сдавленно просипела она, пытаясь ударить Тобиаса. Получив два ощутимых пинка, Тобиас повалил каро на живот и скрутил руки за ее спиной.

— Тихо, — он придавил ее своим весом, но каро продолжала беспомощно вырываться.

— Ненавижу вас! — повторил он. — Чтоб вы сдохли!

Тобиас коротко выдохнул. Что-то новое. Такого от каро он еще не слышал.

— Мой лорд? — в комнату заглянул слуга, привлеченный криками.

— Найди синий пузырек, — бросил ему Тобиас, стягивая руки каро своим ремнем. Он поймал подбородок девчонки, крепко стиснул и разжал челюсти. Отдающий мятой сироп разбрызгался по подушке, но все же попал в рот.

— Следи за ней, — велел Тобиас слуге. Оставил рыдающую девчонку на кровати, он забрал кинжал и покинул спальню.

Прибывшая с юга армия, разбавленная криадскими солдатами, вошла в ворота Чериады в полдень. К этому времени Тобиас сбился с ног, помогая подготовить все к их появлению. Их было больше, чем они ожидали. Тем не менее, на вечернем совете Амориас был как никогда суров. Все время с прибытия армии он не отпускал Тобиаса от себя, мечась по Чериаде и наводя шорох среди солдат. Тобиасу пришлось полностью переложить заботу о рабах на Аулуса, но даже без этих забот к вечеру он был полностью выжат. Разморенный теплом залы, он клевал носом, с трудом концентрируясь на словах Императора. От того, чтобы не заснуть прямо

в кресле его останавливало одно — стоило ему хоть на мгновение закрыть глаза, перед ними возникали картины этой ночи. Тридцать восемь отрубленных голов. Ему ничем не смыть с себя эту вину.

— Идем, — Аулус, весь вечер избегавший его взгляда, поймал его после совета. У дверей их ждал Риалан.

— Даже с новыми силами нам не победить, — сказал Риалан, когда они открыли первую бутылку бренди. — Унна растопчет нас.

— Не приведи боги узнать о твоих словах Императору, — Аулус мрачно глядел в стакан.

— Было бы правильней оставить Чериаду и направиться на юг, к флоту, пока его не захватили повстанцы, — продолжил Риалан. — Тобиас, что думаешь?

— Император не намерен сдать Чериаду. Мы либо выстоим, либо умрем, — медленно проговорил Тобиас.

— Тебе будто бы все равно, — упрекнул его чериадский Наследник.

— Если Чериада падет, будет захвачена и Криада с Криолой, а там и до столицы недалеко.

— Вот пусть повстанцы сами и отбивают столицу! — с невиданным доселе жаром сказал Риалан.

— Император не верит, что они смогут противостоять уннцам. По всей Империи не больше пяти сотни действительно стоящих боевых магистров Ковена и с ними толпы неорганизованных вчерашних рабов. Они не в состоянии даже держать их под контролем. На них надежды нет. Если уннцы начнут захват Империи и с суши, и с моря, нам будет не по силам противостоять им даже с флотом.

— Ты вторишь словам Императора, — обвинил его Риалан.

— Я верю, что он прав.

— Так же прав, как этой ночью?

Тобиас уставился на него тяжелым взглядом. Странно, у него даже не было сил злиться.

— Ты даже смотришь, как он, — пробормотал Риалан, опуская глаза, и добавил: — Извини, я зря… об этой ночи.

Тобиас молча налил себе полный стакан.

Сьерра сидела на полу возле высокого окна и пустым взглядом смотрела на улицу. После прошлого раза, когда она чуть не закоченела, окно надежно запечатали. Пошатываясь, Тобиас вошел в комнату. Уронив по пути стул, он подошел к застывшей в напряжении девчонке и схватил ее за руки. Не обращая внимания на попытки вырваться, он протащил ее через всю комнату и швырнул на кушетку. Каро сжалась, тяжело дыша и глядя на него исподлобья. Тобиас фыркнул и, спотыкаясь, доплелся до кровати. Не раздеваясь, он рухнул поверх покрывала и, поморщившись от закружившейся вихрем комнаты, тут же отрубился.

Глотая залпом приводящее в чувство зелье, Тобиас подумал о том, что неплохо бы отметить отличную работу слуги перед Управляющим. В Криаде слуги не были такими расторопными, или он уже просто ничего не помнил. Со стоном окунув голову в холодную воду в умывальной, Тобиас с трудом собрал в кучу мысли. Сегодня предстояло многое сделать, и если Император не умерит заданный темп, он сильно пожалеет о вчерашней попойке. Впрочем, он пожалеет о ней в любом случае — первому военному советнику не пристало напиваться, как последней сволочи, когда Империя в состоянии войны. Со дня на день предстояла, возможно, последняя битва в его жизни, а он по прямой едва может пройти.

Пошевелив каро за плечо и убедившись, что с ней все в порядке — по меньшей мере, она была жива, — Тобиас покинул спальню.

Сьерра прислонилась к стене, обхватив руками плечи, и наблюдала за Замией, нетерпеливо расхаживающей по комнате. Забрызганный грязью подол платья шуршал по ковру, неаккуратные локоны покачивались за спиной. Красивое лицо было на редкость серьезно.

Тобиас на секунду замер, а затем демонстративно громко закрыл за собой дверь. Две пары глаз уставились на него.