Каро
Шрифт:
Тобиас сморщился. Как это все нелепо! Он мог сделать ее свободной хоть сейчас, только вот свобода эта без письменного разрешения Наместника и Знака Свободы, который ставили освобожденным рабам рядом с клеймами, ничего не значила. Каро поймают и жестоко накажут, как всех беглецов, и он никак не сможет этому помешать.
— Зачем ты сбежала? — тихо спросил Тобиас.
Молчание.
— Сьерра.
Нет ответа.
— Отказываешься разговаривать со мной?
Она даже не шелохнулась.
— Послезавтра я уеду. Прости, что не смог помочь тебе.
Снова не получив ответа,
Глава 17
Завтра его свадьба.
Было за полночь, когда Тобиас вернулся в свою спальню. Предсвадебная суета вытянула все силы. Отовсюду прибывали гости — Наместники соседних краев и их дети, столичные шишки, богатые купцы. Всех нужно было приветствовать. Если бы не старания Фола, он бы точно сошел с ума — но управляющий все продумал заранее, и прибывающие бесконечной вереницей гости размещались по строгому плану.
В обеденной зале было не протолкнуться. В коридорах царил хаос. У Тобиаса кружилась голова от обилия цветов и душных духов столичных леди. Замия и Алексия порхали по дворцу, и их громкий смех звенел в ушах. Улыбаясь и принимая подарки, Тобиас молил всех богов разом, чтобы этот день поскорее закончился.
И он закончился. Завтра его свадьба.
— Вы искали меня, мой господин?
Тобиас, без сил свалившийся на кровать прямо в одежде, резко сел. Он не видел Сьерру с утра, когда оставил ее одну в спальне. Отдавая Фолу камень, он строго-настрого велел не отпускать ее с кухни, чтобы та не попалась на глаза ни одному гостю. Управляющий даже не стал ворчать — понимал, что скандал накануне свадьбы ни к чему.
Теперь она стояла перед ним. Бронзовые глаза блестели из-под отросших волос, острые ключицы выпирали из широкого ворота платья, тонкие губы были сжаты. Тобиас вздохнул.
— Садись, — он хлопнул рядом с собой.
Сьерра села и уставилась на свои руки. Тобиас разглядывал ее профиль и не мог подобрать слова. Он должен был поговорить с ней перед отъездом, но что сказать, теперь не знал.
— Завтра ваша свадьба, — тихо заметила Сьерра.
— Да.
— А послезавтра вы уедете, — добавила она, все еще глядя на руки.
Тобиас кивнул.
— Вы, наверное, хотели меня попросить обещать ждать вас и ничего с собой не делать, — продолжила каро бесцветным голосом.
— Все верно, — прошептал Тобиас.
— Я пообещаю, если вам так будет легче.
— И выполнишь обещание?
— Я постараюсь, — еще тише ответила она.
— Сьерра, — Тобиас притянул ее к себе и уткнулся носом в волосы. То, как она себя вела, выдавало тщательную подготовку. Вчера она была вне себя, а сегодня говорила так спокойно и рассудительно. Тобиас понимал, что та не может быть так спокойна на самом деле. В носу нехорошо засвербело. Если каро сейчас расплачется, то и ему не сдержать эмоций.
— Не надо меня жалеть, — Сьерра выбралась из объятий Тобиаса,
но не отстранилась. — Сегодня последний вечер…Она не договорила. Тряхнув головой, она взяла в ладони лицо Тобиаса и нежно прикоснулась к его губам. Тобиас прикрыл глаза, целуя в ответ мягкие губы, и охнул, когда тонкие пальцы исчезли с его лица и скользнули по шее и ниже.
Сегодня действительно был последний вечер. Возможно, последний в их жизни.
Тобиас проснулся в одиночестве. Растерянно обшарив глазами комнату и не найдя в ней никого, кроме слуги, который явился, чтобы разбудить его, он не сдержал тяжелого вздоха. Умывшись, он принял помощь слуги в облачении в парадный наряд.
— Уберите это мрачное выражение, — в комнату влетел хмурый управляющий.
— Сперва ты, — фыркнул Тобиас, пытаясь пригладить волосы. — Где моя рабыня?
— На кухне. Сказала, что вы велели ей прислуживать там с самого утра, — Фол вскинул брови, отбирая у Тобиаса гребень. — Да хватит уже, Олдариан предупредил, что поправит ваши космы.
— Ничего подобного я не приказывал. Пусть поднимется ко мне, — желудок почему-то сжался.
— На это нет времени.
— Еще рано, и…
— Наследник, — перебил его Фол. — Это неуместно! И странно, что девчонка-рабыня понимает это лучше, чем вы!
Тобиас закусил губу.
— Идемте уже!
Бросив последний взгляд на заправленную уже постель, Тобиас выдохнул и последовал за Фолом.
— Так и не прикоснешься ко мне?
Позади были долгие часы церемоний и торжеств. Волосы Тобиаса пропитал запах храмовых благовоний, дыма и еды. Он валился с ног, и в любой другой день уже давно бы заснул, но сейчас вместо этого он сидел в ночной сорочке и штанах поверх одеяла на кровати в своей спальне и старался не смотреть в сторону Замии. Она дотронулась до его плеча и отдернула руку, когда он раздраженно дернулся.
— Я уже слишком протрезвел для этого.
Прошуршала воздушная ткань ее одежды, и невеста — уже жена — забралась под одеяло.
— Тоби…
— Помолчи. Еще успеешь сказать все, что хочешь, — грубо отрезал Тобиас.
Он так и не увидел Сьерру. Да, они сказали друг другу все, что могли сказать, прошлой ночью. Они попрощались, если это можно так назвать. И, наверное, действительно было бы лишним им увидеться сейчас, украдкой, в спешке, бестолково, чтобы еще больше растеребить друг другу сердце. Но эта встреча была сейчас всем, о чем он мечтал.
Тобиас запустил пальцы в волосы. И когда он успел стать таким сентиментальным?
Едва начало светать, когда Тобиас ворвался в комнаты отца.
— Отец, я сделаю все, что угодно, если ты позволишь мне освободить эту рабыню.
— Тобиас!
— Ты все равно ее казнишь. Она непригодна для службы. Я знаю, что ты скажешь. Но это действительно важно для меня.
Наместник вздохнул, и Тобиас был удивлен, каким спокойным был его тон.
— Я знаю. И именно поэтому рабыня останется на том месте, где и должна быть. Ты забыл, кто она и что она. Это рабыня, ты можешь играть с ней сколько угодно, пока это не выходит за рамки, — Тамидар повысил голос, видя, что сын собирается возражать ему. — То, о чем ты просишь, уже выходит.