Чтение онлайн

– И какой ремень вы им хотите показать, премьер-министру?

– Торговый, конечно, - раздражение Галифакса было очевидным. – Вся имперская система выстроена вокруг британских потребностей в импорте. Без рынка, представленного нашим спросом на сырье, Содружество развалится экономически. У нас есть варианты обратиться за помощью к внешним источникам, но доминионы зависят от благополучия британских торговых концессий. От них зависит их экономика. Если мы перенаправим наши торговые потоки в пользу других поставщиков, то они обнаружат, насколько холодно и одиноко в мире. Когда мы отрежем их валюты от стерлингового наполнения, они узнают, насколько бесполезны на мировом рынке.

– Я думаю, вы хотите сказать, насколько бесполезны их валюты?
– Бриджес был напуган услышанным, и в его животе

стал скручиваться холодный узел страха.
– Премьер-министр, я должен просить вас тщательнее обдумывать то, что предлагаете. Торговая война со странами Содружества не закончится ничем иным, кроме всеобщей разрухи. У нас есть возможность предложить доминионам такую морковку, которой они не смогут воспротивиться. Сделаем им предложение продолжить торговые отношения на существующих условиях. Мы получим сырье, сможем вернуться к экономике мирного времени. Это заставит их решить, хотят ли они и вернуться к нормальным взаимоотношениям. Нависший над ними крах замечательно обостряет ум. У них не будет реального выбора, кроме как признать существующее положение. Содружество не может довольствоваться сложившуюся обстановку, оно чрезвычайно нуждается в торговле. Едва разрыву будет положен конец и неприятности забудутся, отношения между Лондоном и доминионами станут, как обычно, взаимовыгодными.

Бриджес сделал паузу, хорошо ощущая, что если бы взглядом можно было убить, он уже распростёрся бы замертво на ковре. Галифакс буквально вперился взглядом в него. Проблема состояла в том, что Бриджес был уверен - он должен продолжать работать, не только для общей пользы Империи, но и в интересах самой Британии. Во сне его преследовало ужасное видение будущего, такого, в котором по стране ударил голод [168] . Оно началось, когда священник в его местной церкви произнёс проповедь, основанную на притче о семи тучных годах и семи скудных. С тех пор Бриджес видел себя идущим по пустым улицам британских городов, последним оставшимся в живых в стране, исчезнувшей от голода. Он встряхнулся, пытаясь забыть видения, которые иногда казались взятыми из рассказов Лавкрафта [169] .

– Есть ещё один вопрос для рассмотрения, премьер-министр. Он касается наших силы за границей. Многие из них связали судьбу с правительствами Доминиона и подчиняются их приказам. При этом они цитируют передачу из Дэвентри в качестве коронного разрешения для своих действий.

– Тогда пусть и платит им корона, - Галифакс сердито зашагал туда-сюда, всем телом содрогаясь от гнева.
– Забудьте их. Если они не служат стране, то страна больше не должна платить им.

– В этом-то и проблема. Некоторые служащие выделили долю от зарплат, которая будет переводиться как пенсионные сбережения. Правительство также платит часть их содержания семьям, проживающим здесь, в Британии. Закрыть выплаты значило бы оставить эти семьи на произвол судьбы.

Галифакс прекратил шагать и повернулся лицом к Бриджесу, его голос внезапно изменился.

– Об этом я не подумал. По совести, мы не можем расторгнуть соглашение, которое заключили с нашими военнослужащими относительно их семей. Я посмотрю, что можно сделать с оплатой наших войск за границей. Независимо от того, к какому решение мы придём, выплаты для их семей продолжатся. Мы также будем продолжать начисление отсроченных и пенсионных выплат. Кроме всего прочего, это даст нам моральное право заявить о том, что британские заграничные сил продолжают подчиняться нам.

– Имеется одно затруднение, - Бриджес немного выдохнул. Галифакс не был настроен на конфронтацию, как ему поначалу показалось из его отповедей.
– Мы можем продолжить начисления и прочие платежи согласно отчетам,

имеющимся здесь. Однако без регулярной связи с другими администрациями у нас не получится поддерживать эти сведения актуальными. В случае продолжения военных действий, как они, кажется, собираются поступить, по крайней мере на Ближнем Востоке, будут потери. А мы их даже не отследим.

Галифакс махнул рукой.

– Значит, вместо стандартного пайка установим выплату как для иждивенцев. В этом нет ничего нового, она работает точно так же, как любая другая правительственная субсидия. Мы устанавливаем процентную ставку с учётом числа детей, состояния жилья, арендной платы и так далее. Сделаем так, и люди примирятся с событиями последних нескольких недель.

Его гнев прошёл, лорд Галифакс вздохнул и вновь посмотрел на Бриджеса.

– Я понимаю ваше замечание о торговле и Содружестве. Ещё подумаю над этим вопросом. Нужно ещё очень над многим подумать, прежде чем мы примем окончательное решение.

Индия, Калькутта, правительственная резиденция

– Теперь у нас есть вопрос раджей. Или, точнее, богатства, которым они располагают. Продуктивно использовать его, вероятно, будет проблемой, - лорд Линлитгоу слегка дёрнул носом.
– А потом перед нами встанет вопрос, что сделать с самими раджами.

– С последним разберёмся пристальнее и позже.

Сэра Эрик Хаохоа интересовали некоторые стороны проблемы раджей, но ни одна из них не могла сравниться с экономическими трудностями, которые были готовы обрушиться на Индию.

– Их богатства, с другой стороны, имеют непосредственное отношение к нашим финансовым затруднениям - близким к критическому состоянию. К счастью, Южная Африка придумала одну штуку, которая может быть, по крайней мере, частичным решением. Основная проблема в том, что распад Содружества оставило нас без валютного обеспечения. Без него мы неспособны мобилизовать даже те экономические силы, которыми располагаем. Это приводит нас к двум вариантам. Или вернуться, поджав хвост и просить прощения, умоляя, чтобы нам позволили вновь залезть в корзинку с фунтами...

– Никогда!

Сэр Мартин Шарп, лорд Линлитгоу и пандит Неру с поразительной гармоничностью пропели это слово. Затем изумлённо посмотрели друг на друга и рассмеялись.

– Вы знаете, я думаю, что этот политический союз заработает, - замечание лорда Линлитгоу было суховатым, но добавило неожиданного юмора.

– Сэр Эрик, может быть, вы ещё больше скрепите нашу дружбу, огласив второй вариант?

– Ну, ваше превосходительство, если у нас должны быть такие недосягаемые вещи, как валютное обеспечение и стерлинговая корзина, то остаётся одно. Всё создать самим. Именно это предлагают южноафриканцы [170] .

– И как они предлагают это сделать? У них есть вообще понимание, насколько сложна эта идея для исполнения? Новые валюты не могут появиться по щучьему велению, - Гарольд Хартли покачал головой.
– Чем мы обеспечим такую валюту?

– А каким был фунт стерлингов? Так как Британия отказалась от золотого стандарта [171] , он стал просто ещё одной валютой, основанная на коллективном доверии, - сэр Эрик начал загибать пальцы.
– Во-первых, мы должны найти замену стерлингу как единому стандарту. Во-вторых, должны остановить обесценивание наших валют на мировом рынке. И в-третьих, должны вернуть хоть какую-то стабильность в тот хаос, которым стало наше международное торговое положение. Нынешние краткосрочные сделки только подрывают его.