Чтение онлайн

И в том же году, в апреле месяце, болонцы вступили в соглашение со своими друзьями и провели генеральный совет и совет населения и аренго и приняли множество постановлений /f. 413c/ о намерении отправить войско с боевой повозкой в Моденское епископство с целью получить от коммуны и города Модены всю территорию епископства выше реки Скольтенны до Болоньи. И постановили болонцы высечь по этому поводу каменную доску с вырезанной на ней надписью о том, что коммуна Болоньи твердо решила создать вышеназванное войско. И вышеназванная каменная доска была сооружена и поставлена во дворце коммуны Болоньи, так что подеста и капитан народа Болоньи видели вышеназванный камень всякий раз, когда бывали во дворце. И болонцы всякий день заявляли названному подеста и капитану, чтобы они набирали вышеназванное войско, потому что коммуна Болоньи приняла твердое решение об этом, а вышеназванный подеста и капитан поклялись сделать вышесказанное. Сверх того, болонцы отправили своих посланников в Парму, и те во дворце пармской коммуны произнесли речь, говоря и прося от имени своих сограждан, что им было бы желательно, чтобы пармцы не домогались земель моденцев от реки Секкья до Болоньи, а они [болонцы] не будут посягать на земли от вышеназванной реки до Пармы.

Вот что было сказано: вы держите под своей властью город Реджо и его епископство до такого-то места, а мы будем держать под своей властью Модену и ее епископство до этого самого места. Но жители Пармы им ответили, что не в обычае у них разорять своих соседей без вины. И те ушли, не добившись желаемого, потому что не согласились пармцы помочь им в этом деле, а сохранили мир и дружбу со своими соседями и друзьями, моденцами /f. 413d/ и реджийцами, и по сей день. А город и коммуна Модены не захотели отдать названным болонцам ни упомянутого епископства, ни своей земли выше реки Скольтенны. И поэтому моденцы искали себе союзников для защиты от болонцев. И на службу к моденцам пришли сто рыцарей из Кремоны, каждый с тремя конями, и из Пармы две тысячи пеших и тысяча конников, и господин маркиз д’Эсте из Феррары, и много рыцарей из города Реджо – самые почтенные, влиятельные и знатные из города Реджо пришли на службу к моденцам ради собственной чести, а не ради реджийской коммуны. А болонцы вытащили свою боевую повозку и привезли ее на городскую площадь Болоньи. И когда названные болонцы должны были идти к названному войску, сторонники партии Джереми из Болоньи не захотели выступить против моденцев. И стояли они, хорошо вооруженные и в полной боевой готовности, у своих домов. И если бы те пошли против моденцев, партия Джереми позволила бы войти в Болонью маркизу д’Эсте с его людьми, и пришли бы в Болонью люди из Пармы, Кремоны, Реджо и моденцы, находившиеся в городе Модене, и многие из Тосканы и Романьи и изгнали бы из города Болоньи партию Ламбертацци. И поэтому решили болонцы, что не пойдут они против Модены.

В том же году, в последний день мая, скончался господин Герардо да Триполи и был погребен в пятницу, первого июня, накануне Вознесения, в монастыре святого Проспера в Реджо.

И во время правления вышеназванного [2099] подеста, а именно господина /f. 414a/ Тиверио де Рустичи, гражданина города Губбио, была величайшая дороговизна на все съестные припасы, так что секстарий пшеницы стоил 8, и 9, и 10 имперских солидов. И секстарий спельты продавался за 4 имперских солида и за 13 и 14 гроссо. И секстарий сорго – за 12, 13 и 14 гроссо. И секстарий проса – за 12, и 13, и 15, и 16 гроссо. И секстарий бобов – за 15, и 18, и 20 гроссо. И секстарий гороха – за 8 и 9 имперских солидов. И большой фунт свинины – за 18, и 20, и 22 имперских солида. И фунт оливкового масла – за 22 имперских солида. И головка сыра – за 8 и 9 имперских солидов. И секстарий фасоли – за 20 гроссо и 7 имперских солидов. И все другие съестные припасы были весьма дороги в течение всего названного времени, и продолжалось это два года.

В том же году, в июле месяце, господин Гульельм деи Лупичини был назначен аббатом монастыря святого Проспера в Реджо, и это назначение было утверждено господином легатом, находившимся в Пьяченце. И поставлен был на кафедру названный аббат в среду 13 июля. И в этот день названный господин аббат устроил великий пир, на котором были и клирики, и монахи, и все достойные люди города Реджо. И в субботу, во второй день от исхода июля [30 июля], скончался господин Бонифачо да Каносса и был погребен в городе Реджо у Святого Леонарда.

И в том же году, в 20-й день мая месяца, в город Реджо прибыл король Англии господин Эдуард [2100] с супругой, возвращавшийся из Святой Земли, и гостил он во дворце /f. 414b/ господина епископа. И на другой день он отправился в путь в свои края. И в том же году было начато строительство нового дворца коммуны Реджо на пересечении трех улиц, к которому примыкали дома членов семьи да Сессо и другие дома, а именно принадлежавшие Уго Спечиале, и дома других владельцев. И в том же году скончался господин Гвидо Гайо из семьи Роберти и был похоронен в церкви братьев-миноритов.

В лето Господне 1273, в I индикцион, в 27-й день сентября месяца, а именно в день памяти святых Космы и Дамиана, господин наш папа Григорий X со своими кардиналами прибыл в город Реджо и остановился в монастыре святого Проспера, и на следующий день отправился в Парму. Ибо он спешил в Лион для проведения собора. Этот Григорий был человеком великой набожности, любил бедных, был щедрым, благосклонным ко всем, весьма милосердным и кротким. Он, будучи архидиаконом Льежской церкви, отправился по обету в Святую Землю, и, пока он там находился, кардиналы, собравшиеся во дворце в Витербо, избрали его папой. Он совершил лишь одно посвящение в сан, заслуживающее, однако, всяческих похвал, ибо он сделал кардиналами лиц достойных и добропорядочных.

На третий год своего понтификата он провел в Лионе торжественный церковный собор ради блага Святой Земли, которую он собирался лично посетить, и начался он [собор] в первый день мая. В нем участвовали высокопоставленные посланцы от греков и татар; греки обещали вернуться к единству Церкви, в знак чего они признали, что Дух Святой исходит от Отца и от Сына, /f. 414c/ торжественно провозгласив на соборе «Верую» [2101] .

Посланцы же от татар, приняв крещение, по окончании собора вернулись в свои края. Число прелатов, присутствовавших на соборе, – пятьсот епископов, шестьдесят аббатов и около тысячи других прелатов. На этом соборе было принято много хороших решений, именно: о помощи Святой Земле [2102] , о выборах верховного понтифика [2103] и о положении вселенской Церкви. И в то же время на названном соборе императорскими выборщиками был избран римским императором граф Рудольф из Германии [2104] . Во время понтификата Григория X король римский Рудольф, и король французский [2105] и многие бароны получили благословение на помощь Святой Земле. Этот папа был удивительно опытным в мирских делах и старался не получать прибыли от денег, а творить милостыню бедным. Умер он в Ареццо и там же похоронен. Он получил престол в лето Господне 1272 и сидел на нем от своего избрания четыре года и десять дней; и папский престол не был занят десять дней.

В лето Господне 1274, во II индикцион, папа Григорий X провел в городе Лионе Вселенский собор. На этом соборе папа упразднил орден «ходящих в мешках» и сборище, или, лучше сказать, разброд тех невежд и мошенников, «которые говорят о себе, что они» апостолы, «а они не таковы, но сборище сатанинское» (Апок 2, 9) и предвестники антихриста; начало им положил Герардин Сегарелли [2106] в городе Парме, совершивший множество глупостей, как, помнится, я раньше говорил [2107] и даже видел; и многих других он заставил совершать такие же глупости вместе с ним. Но исполнится на них то, что давно уже предсказал Давид, Пс 57, 8: «Да исчезнут, как вода протекающая; когда напрягут стрелы, пусть они будут как переломленные»./f. 414d/

Этими стрелами напряженными был папа Григорий X, упразднивший на Вселенском соборе в Лионе вновь созданные нищенствующие ордена, вроде этих «ходящих в мешках» и тех мошенников, которые называли себя апостолами; сделал он это во исполнение декреталии Иннокентия III, провозглашенной им на Вселенском соборе [2108] и гласящей следующее: «Дабы чрезмерное многообразие орденов не вызывало тягостного смущения в Церкви Божией, мы решительно запрещаем кому бы то ни было создавать новый монашеский орден. Но, если кто-либо захочет вступить в орден, пусть входит в один из утвержденных. Равным образом, кто захочет основать новую монашескую обитель, да получит устав и устройство от уже утвержденных. Также мы запрещаем, чтобы кто-либо дерзал занимать монашеское место в разных монастырях и чтобы один аббат возглавлял несколько монастырей». Вникни в декреталию папы Григория X, провозглашенную им на Лионском соборе, в которой он упразднил вновь созданные ордена за то, что, нищенствуя, они обременяют христианский люд; а еще и потому, что хотят они возвыситься вопреки запрещению Римской церкви.

В том же вышеозначенном году в городе Болонье был великий раздор между жителями, и часть города сгорела. И сторонники Империи, а именно партия Ламбертацци, были ограблены и изгнаны из названного города в день блаженного Иоанна Крестителя [24 июня]. В этом году, в субботу, во второй день от начала июня [2109] , утром, болонские сторонники Империи, устрашенные тем, что к сторонникам Церкви этого края подходило подкрепление против приверженцев Империи, без всякого сражения и применения силы бежали из Болоньи и ушли в Фаэнцу.

И в том же году Фаэнца была осаждена болонскими сторонниками Церкви, жившими в городе, вместе с некоторым количеством рыцарей, пехотинцев и арбалетчиков из городов Модены, Реджо, Пармы и Кремоны. И была она полностью опустошена и разрушена. И я в то время жил в Фаэнце, /f. 415a/ в ордене братьев-миноритов, и видел и знаю все это.