Гучок
Шрифт:
– А здесь, оказывается много еды, – пережёвывая какие-то листики, сказал Гучок.
– Катлет, тока, нету, – заявил Игорёк.
– Это летом здесь много еды, – сказал суслик. – Зимой всё наоборот. Снег до неба, и мороз до луны. Мы только под снегом ползаем. Пищу искать тяжело. Снаружи морозилка. Если нос покажешь, то вмиг замороженным пельменем станешь. На радость какому-нибудь песцу или сове. Так что, зимой здесь, как в холодильнике у неженатого холостяка: мороз и лампочка не светит.
Игорёк попытался представить
– Мы медленно идём, – сообщил суслик. – С такой скоростью вы к Деду на Новый год попадёте. Получится, что он к вам домой, а вы к нему. Так и будете ходить друг за другом.
– Быстлее мы не мозем, – устало выдохнул Игорёк, остановившись. – Мы зе не алени. У нас ноги с калёсами, а не лапы с капытами.
– О! – поднял вверх коготок суслик, которого осенила какая-то мысль. – Олени! Сидите здесь, я скоро приду.
С этими словами он убежал в сторону ближайшего холма. Пробежав немного, суслик остановился и дальше пошёл гуляющей походкой.
Неожиданно сверху на него упала какая-то тень. Большая серая птица стрелой рухнула на суслика и, схватив его когтями, оторвала от земли. Друзья ринулись с места на помощь, но было поздно. Сокол, широко взмахивая крыльями, понёс суслика в небо.
– Стой! Сто-о-ой! – закричали ребята. – Отдай суслика! Отда-а-ай!!!
Но сокол с добычей был уже далеко. Мальчики какое-то время ещё бежали за ним, но вскоре потеряли его из виду. Ошеломлённые случившимся, они остановились, не зная, что делать.
– Вот тебе и вершина естественного отбора, – проговорил удручённый Гучок, тяжело дыша.
Ребята стояли, напряжённо вглядываясь вдаль.
– Ждать нечего, – мрачно сказал Гучок. – Его уже не вернуть.
Они побрели обратно к месту привала. Всё произошло настолько быстро, что мальчики никак не могли поверить в случившееся. Их новый друг казался им настолько умным и ловким, что представить его в когтях у какой-то птицы они никак не могли. И, тем не менее, рядом с ними его уже не было.
– Да-а, – вздохнул Игорёк. – Если хисьники есть, то им тозе надо сто-то есть. А бабуски, католая болсь гатовить умеет, у них нет. И магазинов с калбасой у них тозе нет. А зубы и кохти есть. Вот и едят ани… сусликов.
– Это всё понятно. Только, почему именно его? Кругом, ведь, полно леммингов!
– Да он савсем не плятался! – разгорячёно заговорил Игорёк. – Хамяки сплятались, а он… луки в блюки и как по палку влазвалку.
Всё произошедшее было непонятным, нелогичным, неправильным и всяким другим «не». А ещё оно не укладывалось в головы ребят. На языках у них было куча «почему» и «зачем». Но ответить на всю эту кучу мог только тот, кому сейчас вряд ли было
до вопросов и ответов.Еда – понятие относительное
Снег прекратил идти, и скоро из-за облаков снова выглянуло солнце. Кто-то из оленей отдыхал, лёжа на земле, кто-то жевал ягель, доставая его из-под тонкого слоя тающего снега. Вожак открыл глаза и приподнял голову с травяной подушки. Дракоша поправил его рога и привязал их покрепче.
– А, ты, молодец, выручил нас, не испугался, – похвалил он оленя. – С этим клыкастиком шутки были плохи.
– У нас в стаде так заведено, помогать друг другу при опасности, – сказал вожак. – Стадо всегда сильнее, чем один олень. Вы, ведь, моё стадо?
Гоша и Кеша рассмеялись. Дракоша потрепал оленя по загривку.
– Драконы и лягушата стадами не ходят, – сказал он. – Ты наш друг. А мы твои друзья. Друзьям не обязательно ходить в стаде.
– Но вы же всё время вместе? – не понял вожак. – Значит, у вас стадо.
– Нам вместе интересно и весело. Мы друг друга всегда понимаем и не ссоримся. Поэтому мы вместе и не хотим расставаться, – объяснил дракоша.
– Вообще-то, нас в стаде… тьфу, то есть в команде, четверо, – начал рассказывать Гоша. – С нами ещё Гучок и Игорёк.
– Это кто? – поинтерерсовался олень.
– Это мальчики. То есть люди. И все мы идём попросить у Деда Мороза для них новых родителей.
– Зачем? – удивился вожак.
– Те, которые есть, всегда их ругают. А хвалят только тогда, когда они сделают то, что они хотели, – объяснил Кеша.
– Манипулируют, – вставил лягушонок.
– Вот-вот,…пулируют. А, ещё, всё решают за них и не дают им быть самостоятельным, – продолжал дракоша.
– Странно, как-то, у людей. У зверей всё не так. Мы учим наших детёнышей искать еду, охотиться, прятаться от врага или защищаться, если на тебя напали. Мы передаём им то, чему учили нас и чему сами научились за свою жизнь. Мы готовим их к взрослой жизни и ничего не требуем взамен. И любим их такими, какими они есть. Всё просто.
– Всё просто, – вздохнул лягушонок. – Но, ведь, им нужны родители-люди, а не родители-животные. Ты же не будешь учить их бодаться или копыта начищать. У них ни рогов, ни копыт нету.
Олень понимающе вздохнул.
– А вы почему с ними идёте? – снова спросил он. – Тоже что-то хотите у Деда попросить?
Кеша с Гошей переглянулись, как будто спрашивая друг у друга, что ответить оленю.
– Мы жили вместе с Гучком, – начал лягушонок. – И однажды его родители решили нас с дракошей выселить.
– В гараж! – возмущённо вставил дракоша.
Произнёс он это с таким выражением лица, как будто говорил «На помойку!»
– Мы бы всё равно с ним пошли, – продолжал лягушонок. – Даже, если бы нас не выселяли. А в дороге узнали, что мы… ну, как бы не совсем настоящие.